СТАТЬИ И ПУБЛИКАЦИИ

Вход или Регистрация

ПОМОЩЬ В ПАТЕНТОВАНИИ НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКИЙ ФОРУМ Научно-техническая библиотекаНаучно-техническая библиотека SciTecLibrary
 
Cтатьи и Публикации    Нетрадиционная медицина РАБОТОСПОСОБНОСТЬ И ТЕМПЕРАТУРНЫЙ ГОМЕОСТАЗ В ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ УСЛОВИЯХ

 

РАБОТОСПОСОБНОСТЬ И ТЕМПЕРАТУРНЫЙ ГОМЕОСТАЗ В ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ УСЛОВИЯХ

 

 

© А.С. Павлов

доктор биологических наук, профессор

Контакт с автором: pavlov54@yandex.ru

 

Монография

УДК: 612.55+612.766.1

ББК: 28.073

П 12

Рецензент:

Доктор биологических наук, профессор В.А.Романенко(психофизиолог)

 Представлена ещё не признанная проблема о возможности обязательного перемещения гомеотермии на новый уровень в условиях стресса. Анализируются различные концепции сдвигов установочной точки – set point. Описаны механизмы гипермобилизации функциональной деятельности человека, в том числе физической и умственной работоспособности, в экстремальных условиях.

 

(Макс Планк).

 СОДЕРЖАНИЕ

От автора

Глава 1. Понятие о работоспособности

1.1. Общие представления о работоспособности

1.2. Классификация видов работоспособности

1.3. Авторские исследования работоспособности экстремальных контингентов

1.4. Резюме

Глава 2. Экстремальный труд: особенности

2.1. Распространенность экстремального труда, пределы напряжения

2.2. Опасности: выживание или гибель

2.3. Экстремальный труд и работоспособность

2.4. Рекорды работоспособности и выживаемости

2.5. О резервах организма

Глава 3. Гомеотермия и её возможные “расстройства” – теоретическая дискуссия

Глава 4. Эмоциональный стресс и работоспособность

4.1. Напряжение при нервно-эмоциональном труде

4.2. Эмоции, здоровье и выживаемость

4.3. Теории стресса

4.4. Резюме. Размышления

Глава 5. Спортивный стресс и гипертермия

4.1. Диапазон рабочей гипертермии в спорте

4.2. Гипертермия и работоспособность.

4.3. Синдром спортивного стресса

4.4. Исследования терморегуляции при физических нагрузках

4.5. Резюме

Глава 6. Размышления о биологической значимости гипертермии

Глава 7. Истины и догмы термофизиологии стресса

Литература

От автора

Легко (и наверняка, – приятно) писать о том, что известно. Но наука должна изучать неизведанное. Поэтому я сразу же обозначу нерешённые проблемы термофизиологии стресса (“что неизвестно”).

Главные спорные вопросы незнания

1. Что является объектом температурной регуляции

2. Дифференцировка условий смещения уровня Т - регуляции

3. О поиске новых способов смещения термогомеостаза

4. О вероятности замены стратегии поведения

5. Противоположные представления о значимости гипертермии

6. Размышления о “движущей силе” адаптации

7. Врабатываемость или “сдвиг” гомеостаза?

8. Основные положения теории стресса

9. Разнообразие факторов, влияющих на тяжесть гипертермии

10. О двух стратегиях терморегулирования

11. Варианты термальной и нетермальной гипертермии

 

1. Что является объектом Т регуляции

Важнейший в термофизиологии вопрос это – изыскание точки отсчета (угла зрения) по одному из пока ещё неясных вопросов термофизиологии: что является объектом температурной регуляции?! – Теплосодержание, средняя Т а тела, температура ядра тела?

Точного ответа на этот вопрос в литературе пока нет. Определенный интерес вызывает гипотеза о регуляции Т гомеостаза по теплосодержанию (Иванов К.П.,1984; Кузнец Е.И.,1982). Накопившиеся к настоящему времени экспериментальные данные о механизмах регулирования термогомеостаза показывают, что не существует одного универсального способа регуляции, а используется несколько различных способов, подходящих для конкретных условий. В частности, для получения достаточно обширной информации о тепловом состоянии тела используется “кровь, как сумматор термоизменений в различных тканях и органах, периферические рецепторы, расположенные в коже, может быть, термочувствительные интерорецепторы, и прямая Т чувствительность нервных структур центра терморегуляции” (по К.П.Иванову, 1984, с.12).

Многими исследователями при оценке изменений теплового состояния организма принято рассчитывать среднюю Т тела. Полагают (Burton A.C.,1935; Бартон А., Эдхолм О.,1957), что наиболее удовлетворительным для условий Т комфорта и состояния мышечного покоя является 0,7 ректальной Т и 0,3 средневзвешенной Т кожи – СВТ. Hardy J.D., Du Bоis E.F. (1938) нашли более точным соотношение 0,8 ректальной Т и 0,2 средневзвешенной Т кожи. Указывалось, что в неблагоприятных условиях (цит. по Hardy J.D., Du Bois E.F.,1938) происходит довольно быстрое выравнивание Т “ядра” и “оболочки”. В этих случаях смешивание величин Т ректальной и средневзвешенной Т кожи, очевидно, не имеет существенного значения, т.к. средняя Т тела практически равна Т ректальной.

Stolwijk J.A.J., Hardy J.D. (1966) предложили использовать для расчета средней Т тела следующие коэффициенты смешивания (в тех случаях, когда теплоотдача не затруднена): СТТ = 0,7 Т ректальной + 0,1 СВТ кожи, или даже СТТ = 0,94 Т ректальной + 0,06 СВТ кожи, полагая, что в этих условиях происходит функциональное уменьшение массы оболочки относительно массы ядра.

Наши расчеты (Павлов А.С., 1983) средней Т тела также показали, что при мышечной работе при жаре и в термонейтральных условиях роль кожных Т весьма незначительна, а показателем теплового состояния организма является Т ректальная. Изложенные сведения позволяют нам согласиться с мнением И.С.Кандрора (1984, с.169) о том, что “целью, или объектом терморегуляции при работе, как и в покое, можно считать Т глубоких слоев тела, а теплосодержание, или Т оболочки, – средством регуляции, т.е. переменным параметром”.

После знакомства с данными литературы и пробных исследований, мы избрали Т ректальную в качестве критерия Т “ядра”. Она удобна и безопасна в условиях выполнения физических упражнений, ее инерционность не является помехой, т.к. нас интересовали не срочные изменения Т как таковой, а хороший прогрев областей тела, где находятся основная масса органов и наиболее крупные мышцы. К тому же, центр тяжести человека расположен именно в этом районе.

 

 

2. Дифференцировка условий смещения уровня Т – регуляции

В последние годы некоторыми авторами, в том числе и нами, делалась попытка в дифференцировке условий, в которых происходит смещение уровня терморегуляции (принято называть в дальнем зарубежье - “set point”, установочная точка). Показано, что в зависимости от специфики действия экстремального фактора может происходить или не происходить (!) сдвиг “set point”. В частности, нами (Павлов А.С., 1988) разработана методика создания в организме рабочей гипертермии, с помощью которой всегда удается зарегистрировать “стремление” организма перейти на второй уровень Т-регуляции, на 1,50 выше, чем 1-й, установленный при нормотермии. Значимость описанной возможности сдвига set point в определенных условиях (учитываемых) также, по нашему мнению, является шагом вперед в биологической науке.

 

3. О поиске новых способов смещения термогомеостаза

Проблема выживаемости имеет исключительно важное значение, увеличивающееся в настоящее время. С одной стороны, продолжается техногенный прогресс, с другой – ухудшается нравственность, усиливаются процессы душевного равнодушия (и к чужой и к своей жизни), и возрастает насильственная летальность Очевидно, нужны дополнительные исследования по анализу психофизиологических причин “чудесного” спасения индивидов в тех экстремальных ситуациях, которые представляются безвыходными. Можно полагать, что сохранение здоровья в рискоопасных ситуациях в первую очередь зависит от эффективности физических и умственных усилий, т.е. от максимальности проявления работоспособности (по критериям силы, быстроты, выносливости, гибкости, ловкости).

По излагаемым в этой книге данным есть основания полагать, что извлечение программы “гипермобилизации” работоспособности можно осуществлять не только “физиологическим” путем, т.е. экстремальной эрготермической нагрузкой на организм, но и “психологическим” способом. За счет внедрения в сознание индивида концептуальной психологической установки на поведение в опасных для жизни условиях можно также способствовать извлечению программы “резкого повышения работоспособности”. Такая установка, как нами выявлено, “легче” создается у людей, выполняющих привычную для них экстремальную работу (спортсмены, пожарные, горноспасатели и т.п.). Видимо, есть смысл, с учетом такой точки зрения, разработать практическую систему тренировки в извлечении программы “гипермобилизации”, что позволит подготовить человека заблаговременно к тем опасностям, которые имеют свойство возникать внезапно. По всей вероятности в этом направлении нужны объединенные усилия “экстремальных” физиологов, психофизиологов, психологов, биохимиков, фармакологов и др.

 

4. О вероятности замены стратегии поведения

Очень важно то, что, по нашим представлениям, вербальное обогащение концептуальной модели деятельности (Павлов А.С., 1991) и последующие практические тренировки смогут заменить стратегию пассивного на активное поведение при стрессе (Павлов А.С., 2001,2002), что в конечном итоге должно увеличить вероятность выживания в смертельно опасных ситуациях. Последний вопрос, надо признать, является еще не вполне доказанным. Ведь стратегия поведения при стрессе, как известно из специальной литературы, во-первых (и в первую очередь), обусловливается наследственными факторами. В частности, И.П.Анохина (1988) при изучении особенностей функционирования катехоламиновой системы у крыс с различной устойчивостью к стрессу и у больных с психогенными депрессиями обнаружила, что важным фактором индивидуальной устойчивости в условиях эмоционального напряжения является генетически детерминированная активность ферментов синтеза катехоламинов, в первую очередь, дофамин-бета-гидроксилазы. Врожденная активность животных обеспечивает адаптацию к чрезвычайной ситуации. Однако (!) автором высказано предположение о том, что эта черта может развиваться в течение жизни под воздействием окружающей среды.

Важный интерес имеют представления Д.А.Жукова о том, что реакция особи на неконтролируемое воздействие зависит от стратегии поведения (1996). Автор показал, что крысы “КНА” и “КЛА” различаются по целому ряду поведенческих характеристик, что позволяет говорить о двух стратегиях приспособительного поведения – активной (КНА) и пассивной (КЛА). Крысы с активной стратегией поведения устойчивы к стрессорному воздействию, если они могут контролировать ситуацию. Реакция крыс с пассивной стратегией поведения не зависит от фактора контролируемости ситуации.

 

5. Противоположные представления о значимости гипертермии

До настоящего времени продолжают успешно сосуществовать два противоположных мнения:

1.Тепло (перегрев) истощает человека, снижает его работоспособность;

2.Тепло положительно влияет на организм человека, активизирует его работоспособность.

На основании 1-го мнения (тепло вредно) в народном хозяйстве продолжает совершенствоваться система противотепловой защиты человека. 2-е мнение (тепло полезно) используется в спортивной практике (спортсмены всего мира разогреваются перед стартом), а также применяется в оздоровительных (бани), терапевтических (управляемая гипертермия в онкологии) и др. целях.

В наших нескольких предыдущих монографиях изложены данные о разнонаправленности влияния на организм человека гипертермии, вызванной преимущественно “внешним” перегревом либо только физической нагрузкой. Они позволяют объединить эти два мнения в одно (третье): генез перегрева зависит от “природы” фактора, его вызывающего: а именно – внешний перегрев в основном истощает человека, снижает его работоспособность, а рабочая гипертермия (обусловленная смещением “set point”) – наоборот, активизирует функциональную деятельность всех систем организма на эффективное выполнение работы (Павлов А.С., 1995; Павлов А.С., 2006).

Последнее заключение позволяет подвергнуть коррекции сложившуюся в народном хозяйстве тактику мероприятий по противотепловой защите различных контингентов, которая на практике оказывалась не всегда надежной. Вместе с тем, есть смысл подвергнуть критике и 2-е мнение (“тепло всегда полезно”), рекомендуя учитывать этиологию его возникновения. В частности, история спорта помнит немало случаев тепловых поражений спортсменов, выступающих в жаркую погоду. Практика медицины многократно сталкивается с необходимостью оказывать помощь лицам, парящимся в бане, известно такое явление как “злокачественная гипертермия”, и т.п.

Данные о возможности повышения физической и умственной работоспособности в условиях оптимальной рабочей гипертермии (обусловленной экстремальными условиями) можно использовать в организации и регламентировании труда тех контингентов, работающих в термонейтральных условиях, у которых имеют место кратковременные предельные усилия (пожарники, горноспасатели, воинские подразделения, спортсмены и т.п.).

Однако нельзя считать вопрос о влиянии гипертермии различных видов человека полностью изученным. В некоторых случаях, как нами было установлено, и при “внешнем” перегреве активизируются отдельные виды работоспособности. В частности, при выполнении обследуемыми непрерывной работы в тепловой камере мы обнаружили ускорение зрительно-моторной реакции и на простой и на дифференцировочный раздражители. В литературе (Alinutt M., Allan J.,1973) описаны случаи увеличения скорости работы (при снижении качества) в условиях внешнего перегрева. Спортивная пресса сообщала о том, что много рекордов по легкой атлетике (в спринте, прыжках и метаниях) установлено при повышенной Т воздуха (Э.Симон, 1959). В последние годы получены данные о возможности повышения специальной работоспособности в отдельных видах спорта (борьба, плавание) путем внешнего разогрева организма (Массарский А.С., 1979; Соболевский В.И., 1983). Приведенные данные не позволяют однозначно утверждать, что внешнее тепло всегда оказывает негативное влияние на человека. По-видимому, для уяснения вопроса нужны дополнительные исследования. Определенную ясность в решение этого вопроса могли бы внести наши данные о двух характерах накопления тепла в организме и возможностях их перехода один в другой. Возможно, и при внешнем перегреве в отдельных случаях может происходить сдвиг “set point”.

На наш взгляд, было бы чрезвычайно важным для получения более полных знаний о влиянии на организм человека изменений Т тела изучение вопроса их причин, которые, по-видимому, кроются в центральном звене аппарата Т регуляции.

 

6. Размышления о движущей силе адаптации

В исследованиях на нескольких экспериментальных видах животных нами (А.Павлов, Т.Павлова, 1992) во всех случаях обнаружены ещё на ранних этапах внешнего перегрева (5 – 15мин) явления и приспособления и альтерации, развивающиеся параллельно. По мере увеличения продолжительности и/или мощности нагрева можно проследить, что имеет место усиление и процессов приспособления и явлений альтерации. Равновесие между ними – крайне шаткое и легко нарушалось, что нередко приводило к гибели животных на всех этапах тепловых экспозиций. Можно полагать, что процесс тепловой адаптации реализуется во взаимодействии тех и других, т.е. процессы альтерации принимают деятельное участие в ней. Перегрев, обусловленный сочетанным действием работы и нагревающего микроклимата, является тем фактором, который хотя в “настоящем” и приводит к истощению организма, но в “будущем” при разумном его использовании, может привести не только к быстрому восстановлению утраченных сил, но и “сверхвосстановлению”. Этот механизм повреждения и сверхвосстановления” и лежит в основе (является “движущей силой”) повышения функциональных возможностей организма.

Всё изложенное, может в дискуссионном порядке, позволяет выдвинуть мысль о том, что при тепловой адаптации движущей силой развития нового качественного состояния является “дозированное повреждение” ультраструктуры тканей (назовём “дозированная альтерация”), вызываемое превышением привычных норм, в определенной мере “насилием”, что в последующем ведёт к компенсации и даже “сверхкомпенсации”.

И можно полагать, что вообще в основе повышения функциональных возможностей организма (вероятно, к любому воздействию) лежат не процессы приспособления (“удовольствие”, работа не “через силу”), а объективно – “дозированное” повреждение ультраструктуры тканей, субъективно идущее через “насилие” (работа “до отказа плюс два раза”). Т.е. “мир делают “лучшим” не наслаждения и удовольствия, а более жесткие факторы. А потому можно считать, что “восхождение к звездам” идёт через страдания и боль.

Следовательно, чтобы увеличить шансы выживания в опасных для жизни ситуациях, нужны предварительные даже жестокие (не жесткие) тренировки, причем разумно организованные, с тем, чтобы проливать пот, а не потом – кровь.

 

7. Врабатываемость или “сдвиг” гомеостаза?

Необходимо особо остановиться на одном из аспектов, с которым тесно переплетается физическая нагрузка, а с ней и рабочая гипертермия, это – явление врабатываемости. Многие авторы, сторонники сдвига “set point”, показывали физиологически регулируемый характер повышения Т ядра тела во время мышечной работы, и все полагали, что стабилизация Т тела зависит от мощности нагрузки. Но они не учитывали такое влияние как “врабатываемость”, которое давно известно в физиологии спорта. Если рассматривать мышечную работу с этой точки зрения, то вполне понятно, что с началом достаточно интенсивной работы в организме в первое время превалируют процессы теплопродукции над теплоотдачей, в результате чего наблюдается накопление тепла. Но со временем организм адаптируется к конкретной нагрузке, “врабатывается” и стабилизируется на определенном уровне, действительно зависящем от мощности выполняемой работы. Кстати, “врабатываемость” характеризуется подъемом функционирования на новый уровень, адекватный выполняемой работе, не только системы терморегуляции, но и других принимающих участие в работе систем. На наш взгляд, данные авторов, приведенных выше, доказывали скорее то, что накопление тепла в организме является следствием функциональной недостаточности терморегуляторной системы, чем обусловливается другими факторами (Павлов А.С., 1990).

Однако нами было показано, что в определенном диапазоне эрготермической нагрузки наблюдается такое накопление тепла в организме, которое характеризуется приростом Т ядра на одну величину для лиц различной степени физической тренированности. То есть гипертермия не была адекватной выполняемой экстремальной работе. – И это нельзя объяснить ничем другим, как организованным смещением уровня Т регуляции, носящим центральный характер. В этом – коренное отличие наших исследований от тех результатов, которые получили наши “сторонники”.

8. Основные положения теории стресса

Автор этой книги, сторонник чётких обобщений, взял на себя смелость предложить с учётом своих индивидуально-характерологических особенностей следующие ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ТЕОРИИ СТРЕССА.

  1. Стресс возникает в условиях превышения привычных норм при действии экзогенных или эндогенных раздражителей.
  2. Стресс выражается сначала в неспецифических, а затем и в специфических реакциях.
  3. Повышение Т тела является одной из характеристик стресса.
  4. Стресс последовательно проходит через стадию тревоги, напряжения, перенапряжения (по Г.Селье).
  5. Обеспечение стресса – регуляция нервная (высший регулятор – кора больших полушарий, в том числе и концептуальная модель деятельности) и эндокринная (полуавтоматический регулятор, в основном, “гормональная система стресса”).
  6. Генетическая обусловленность стресса проявляется в наследственных возможностях эндокринной “системы стресса” к усилению активности и изменению пропорции выделения катехоламинов, навязывающих стратегию поведения особи в экстремальных условиях.
  7. Детерминанты психологии стресса – психические факторы, вырабатываемые на основе наследственных особенностей, жизненного опыта и воли человека, обусловливающие стратегию поведения в конкретных экстремальных состояниях.
  8. Стресс играет определенную роль в эволюции - путём влияния экстремального состояния организма на активацию интимных механизмов изменчивости, давая, таким образом, материал для естественного отбора.

 

9. Факторы, влияющие на тяжесть гипертермии

С учётом появившихся в науке мнений о возможности развития “нетермальной гипертермии”, в литературе ещё не определились с полноценной оценкой тех термопараметров, которые утяжеляют тепловую нагрузку. Мы бы предложили учитывать нижеследующее.

1. Этиологию нагрева (“внешнее” или “внутреннее” тепло, площадь воздействия на тело, интенсивность нагрева и т.п.);

2. Т – градиент между Т тела, кожи и воздействующей температурой;

3. Характер теплового воздействия (способы распространения от источника тепла: конвекция, теплопроведение, радиация);

4. Критерии оценки работоспособности (кратковременные или продолжительные, количество работающих мышечных групп и т.п.);

5. Степень привычности обследуемого к выполняемой работе и окружающим условиям;

6. Уровень тепловой устойчивости организма обследуемого;

7. Концептуально-психологические установки.

 

10. О двух стратегиях терморегулирования

Можно полагать, что существуют два характера накопления тепла в организме: “экзогенный” и “эндогенный”. Первый характеризуется адекватной мобилизацией системы Т регуляции, направленной на вывод избыточного тепла из организма; если же перегрев все-таки происходит, то это прогрессирует “насильственно”, в результате превышения мощности воздействия эрготермического фактора функциональных возможностей организма. При “эндогенном” характере воздействие эрготермической нагрузки вызывает в организме человека (по-видимому гуморальным путем) сдвиг “set point”, в результате чего уровень Т регуляции стремится повыситься и стабилизироваться на 2-ом “этаже”, на 1,50С выше нормотермии. Этот второй уровень Т регуляции отличается определенной устойчивостью, т.е. регулируется.

Упомянутые два характера накопления тепла в организме могут переходить один в другой. Для реализации каждого из них требуется определенное время. Сдвиг “set point” обеспечивает достижение своего заданного уровня температуры тела в течение 20-30 минут. Во многих случаях, если повышение Т тела вызвано не экзогенным фактором, а произошел сдвиг “set point”, температура может либо не успеть достичь этого условия, либо происходитсрыв”, когда генез гипертермии переходит на нерегулируемый путь (в условном понимании), приводящий к перегреву. Из-за отсутствия такой дифференцировки другие исследователи получали разные результаты.

11. Варианты термальной и нетермальной гипертермии

H.Hensel (1984 - ?) считал, что измеряемое повышение Т тела может объясняться по меньшей мере 4 причинами:

1.Тепловой стресс привел к рабочей погрешности;

2.Система терморегуляции перегружена;

3.Стандартные состояния измерений не значимы, так как Т-поле не изменилось;

4. Произошел сдвиг уровня Т-регуляции, т.е. “set point”.

В.Д.Линденбратен (1994 – 2008) при анализе моделей температурного гетеростазиса полагает, что изменения Т живых объектов могут быть связаны не только с 1)лихорадкой и 2)перегреванием, но и с 3)лихорадоподобными состояниями.

 

ГЛАВА I. ПОНЯТИЕ О РАБОТОСПОСОБНОСТИ

    1. Общие представления о работоспособности
    2. Классификация видов работоспособности
    3. Авторские исследования работоспособности экстремальных контингентов
    4. Резюме

 

    1. Общие представления о работоспособности

 

Слово “работоспособность” в прямом смысле означает “способность к работе”. В широком смысле понимание этого слова можно основывать на представлении о том, что любое функционирование может оцениваться по конечному полезному результату. В макросистемах полезным результатом существования популяции, биоценоза, вида, биосферы является размножение и совершенствование приспособляемости. В мезосистемах это проявляется в оптимальном функционировании отдельного органа (почки, сердце) или системы органов (выделительная, сердечнососудистая, пищеварительная). В микросистемах полезный результат заключается в успешном выполнении каждым клеточным элементом своей прямой функции (рибосомы - биосинтез белка, митохондрии - ресинтез АТФ, адекватный настоящим потребностям близлежащей тканевой структуры и т.д.). И, разумеется, что критериев оценки работоспособности каждого элемента может быть много.

Регулирующие системы, без которых жизнь невозможна, проявляют свою работоспособность: во-первых, в адекватной регуляции жизненных процессов; во-вторых, - в обеспечении экономичности функционирования при “минимальных” и “средних” режимах интенсивности работы; в третьих, - в мобилизационных возможностях ответственных систем в экстремальном состоянии. В частности, система терморегуляции (основной объект нашего внимания) обеспечивает либо поддержание общего гомеостаза в нормальных условиях либо создание оптимального Т режима для части организма (или даже целого организма) в необычных условиях (воспаление, травма, работа с напряжением, эмоциональное возбуждение). Впрочем, вопрос о целесообразности последнего продолжает оставаться дискуссионным (описание в следующих главах).

 

1.2. Классификация видов работоспособности

Работоспособность целостного организма, в частности, человеческого, с учётом преимущественного напряжения тех или иных систем принято делить на физическую и умственную.

Физическая работоспособность, по мнению И.В.Аулика (1990), проявляется в различных формах мышечной деятельности. Она оценивается в кг, см, сек, количестве повторений и т. п. Например, кистевая мышечная сила составляет у обследуемого “Х” = 55кг, прыжок в длину с места = 235см, результат в беге на 100м = 14,3сек, подтягивание на перекладине = 17раз. Она обеспечивается напряжением сердечнососудистой, дыхательной, нервно-мышечной и др. систем, дающим способность выполнять значительную внешнюю работу.

В физиологии спорта термином “физическая работоспособность” PWC (англ. - Physical Working Capacity) принято обозначать потенциальную способность человека проявить максимум физического усилия в статической, динамической или смешанной работе. Физическая работоспособность зависит от морфологического и функционального состояния разных систем организма.

Кстати, в повседневной жизни и в обычной профессиональной деятельности человек использует малую долю физической работоспособности.

Понятие “физическая работоспособность” - комплексное, оно обуславливается рядом факторов. К ним относятся: телосложение и антропометрические показатели, мощность, ёмкость и эффективность энергопродукции аэробным и анаэробным путём, сила и выносливость мышц, нейромышечная координация, состояние опорно-мышечного аппарата (В.А.Романенко, 1999) - физическое состояние. Сюда можно отнести и эффективность работы эндокринной системы.

И.В.Аулик (1990, с.15) полагал, что характер нагрузки, её интенсивность и длительность определяют значение отдельных факторов для успешного завершения работы. Так, например, при быстрой ходьбе энергопродукция в мышцах осуществляется аэробным путём. Темп и длительность ходьбы лимитируется только аэробными механизмами превращения энергии, в то время как остальные факторы работоспособности практического значения не имеют. Однако, при быстром беге к мышцам ног не поступает достаточного количества кислорода. Освобождение энергии происходит преимущественно анаэробным (бескислородным) путём. Поэтому принято говорить об аэробной или анаэробной производительности, т.е. работоспособности.

При массовых исследованиях часто ограничиваются определением максимума аэробной мощности, что принято считать главным фактором работоспособности. Нельзя, однако, по уровню отдельных факторов судить о физической работоспособности в целом. К сожалению, иногда оценка ей даётся только на основе измерения максимума потребления кислорода или же мощности нагрузки, при которой частота сердечных сокращений стабилизируется на уровне 170 уд/мин (показатель PWC170).

В спортивной литературе в понятие “физическая работоспособность” вкладывают различный смысл, начиная от результатов эргографии пальца и кончая различными физиологическими и эргометрическими показателями при мышечной работе субмаксимальной или максимальной мощности. Нередко используют термины “общая” и “специальная” работоспособность, или просто называют “физическая выносливость”. Кстати, последнее не совсем корректно. Правильнее было бы говорить о “выносливости” преимущественно к аэробной или анаэробной работе. Но обязательно указав её локализацию (локальная, региональная, глобальная), а также характер (статическая, динамическая, циклическая или ациклическая) и интенсивность.

Поскольку началом исследований физической работоспособности являлись спортивные потребности, то наиболее чётко этот вопрос освещен в спортивных науках: теория и практика физической культуры, физиология спорта, биохимия спорта, спортивная медицина, психология спорта и др. В них в последнее время стало более корректным говорить не о работоспособности, а о двигательных способностях человека.

При оценке двигательных способностей человека обычно измеряют такие показатели как гибкость, различные формы быстроты (большое количество тестов), ловкость (множество методик), способности двигательного анализатора к дифференцировке, “абсолютную” силу мышц, “взрывную” силу различных мышечных групп, “статическую” выносливость мышц, динамическую силовую выносливость, мощность и емкость гликолитического механизма в упражнениях скоростной (анаэробной) выносливости, аэробную выносливость и многое другое. (Конкретные методики и подробности тестирования изложены в специальной литературе).

Умственная работоспособность также может оцениваться в объективных единицах (см, сек, и т.п.). Например: обследуемый “Х” воспроизвёл 9 двухзначных цифр из 12-ти, назвал правильно 5 геометрических фигур из 24-х, красно-чёрную таблицу прочитал за 24сек, назвал правильно 4 слова антонима из 5-ти, остановил стрелку электросекундомера в заданном месте 21 раз из 25-ти оборотов, “проследил” за “перепутанной” линией за 6сек, и т.п. Умственный труд требует преимущественного напряжения сенсорного аппарата, внимания, памяти, психомоторики, мышления, эмоционального возбуждения, обусловленных, кстати, значительными гормональными выбросами, особенно симпатоадреналовой системы.

Умственной работоспособностью, как таковой, начали заниматься лишь недавно, возможно это было обусловлено прежними представлениями, в том числе религиозными, о запретности изучения мозга и души человека. Надо сказать, что здесь ещё не разработано общих критериев (стандартов); это сделать намного сложней, чем при изучении физической работоспособности. Ведь по умственным проявлениям люди гораздо больше отличаются друг от друга, чем по двигательным способностям. В частности, нельзя не констатировать, что во многих видах профессиональной работоспособности (операторская деятельность, вождение транспорта, спорт, учебная работа студентов) различия могут быть огромны. В последнем, мы, в частности, убедились, проводя исследования. Например, при запоминании 2-значных цифр одни обследуемые не могли воспроизвести даже 2-х из 12-ти, а другие воспроизводили 9-10 цифр. И даже были “феномены” полного воспроизведения всех 12-ти цифр.

В последнее время в связи с развитием космических исследований и новых интеллектуальных видов труда всё чаще стали концентрировать внимание не только на умственной, но и других видах работоспособности (вестибулярная, устойчивость функционирования организма при психосенсорной депривации: отсутствие шума, света, запахов, общения, контроля времени и т.п.).

В “экстремальных” видах деятельности (пожарные, горноспасатели, воинские контингенты) люди вынуждены максимально мобилизовать все ресурсы организма в целях повышения эффективности выполнения своей работы, причем и за счёт двигательных способностей (мобилизации силы, быстроты, ловкости, гибкости и выносливости), и в результате резкого увеличения умственной работоспособности (по критериям внимания, памяти, психомоторики и мышления). Поэтому более уместно здесь говорить о профессиональной работоспособности.

Следует обратить внимание на то, что различия между физической и умственной работоспособностью весьма условны, скорее придуманы специалистами науки в современное время, и только для того, чтобы отметить акценты напряжения тех или иных физиологических систем организма в конкретных условиях. На самом же деле нет чисто физической или умственной работы: при физической нагрузке человек всегда “думает” (соразмеряет мышечные усилия во времени и пространстве, координирует их силу, быстроту и т.п.), а умственная деятельность, хотя сопровождается меньшим расходом калорий (и вообще известных науке материальных энергических ресурсов). Но и в процессе мышления индивид совершает какие-то движения (двигает головой, руками часто напрягаются мимические мышцы, переставляет ноги, меняет позу туловища, ходит); в конце концов, умственная работа почти всегда приводит к физическим действиям, т.е. как правило, завершается конкретными действиями (перемещениями в физическом пространстве). Об этом великолепно написано в книге И.М.Сеченова “Рефлексы головного мозга” (1863): “Смеётся ли ребёнок при виде игрушки, улыбается ли Гарибальди, когда его гонят за излишнюю любовь к родине, дрожит ли девушка при первой мысли о любви, создаёт ли Ньютон мировые законы и пишет их на бумаге - везде окончательным фактом является мышечное движение”.

Можно было бы предположить, что и сама физическая работоспособность и критерии оценки достаточно хорошо изучены. Это было связано с потребностями развивающейся промышленности и спорта. Уже в 60-е годы были созданы стандарты физической кондиции современного человека. Кстати, и ранее неоднократно человечество создавало стандарты человека своего времени. Это отмечалось и в древней Греции (в том числе в Спарте), и в Риме, и в Западной Европе в средние века. Но задача этой монографии - не описание динамики представлений о человеческой красоте (или хотя бы ее “кондиционности”), а освещение механизмов и последствий резкого повышения работоспособности при аутогенном стрессе, поэтому ниже будут излагаться в нашей интерпретации те сведения о работоспособности человека (и диапазоне её изменений), которые найдены в доступной литературе.

 

1.3. Авторские исследования работоспособности экстремальных контингентов

 

В качестве обследуемых здесь выступали несколько профессиональных контингентов, и мы изучали у каждого контингента специальную работоспособность, свойственную их профессиональной деятельности. Для этого использовали те контрольные упражнения, которые обычно применяются в целях проверки пригодности к работе.

Так курсанты авиационного училища штурманов выполняли “на время” упражнения на лопинге, гимнастическом колесе - “рейнском” (Наставление по физической подготовке Советской Армии и Военно-Морского флота - 1978), а также тесты, характеризующие их оперативные возможности мышления, связанные с необходимостью решения сложных задач в условиях дефицита времени.

У работников военизированной пожарной охраны мы изучали изменения профессиональной работоспособности по следующим критериям:

    1. Штурмование 4-го этажа учебной башни;
    2. Преодоление 100-метровой полосы с препятствиями;
    3. Установка выдвижной 3-коленной лестницы и подъем по ней на 3-й этаж учебной башни (Величко В.М., Тимошенко С.И., Панков Ю.И., 1983).

В целях оценки профессиональной работоспособности рабочих горноспасателей взвода мы использовали те тесты, которые предложены в “Наставлении по тактико-технической подготовке рядового и командного состава военизированных горноспасательных частей”, а именно:

    1. Надевание респиратора и его проверка;
    2. Включение в респиратор;
    3. Включение в изолирующий самоспасатель ШС-7;
    4. Применение порошкового огнетушителя при тушении стандартного пожара;
    5. Подготовка аппарата телефонно-кодовой связи “Шахтофон” к работе;
    6. Преодоление штурмовой полосы с препятствиями.

В таблице 1.1. видны те результаты профессиональной работоспособности, которые могут показывать такие разновидности “экстремальных” профессий как будущие штурманы военной авиации, пожарные и горноспасатели.

Таблица 1.1

Изменение показателей профессиональной работоспособности у курсантов авиационного штурманского училища – 1 (14 чел.), пожарных – 2 (18 чел.) и горноспасателей – 3 (18 чел.) под влиянием “разминки”

Виды работоспо-сти, ед. изм. До раз-минки После разминки Разница % при-роста Достоверность Хар-ка

1. “Штурманы”

1

Упражнения на лопинге, сек

41,0+0,2

39,9+0,2

1,1

2,7

<0,05

 

улуч.

 

2 Упр. на гимнастич. колесе, сек

43,6+0,9

41,0+1,2

2,6

5,9

> 0,05

 

улуч.

 

3 Запоминание цифр:

а) кол-во из 12

б) кол-во ошиб.

 

5,7+0,2

2,7+0,2

 

7,3+0,4

1,6+0,3

 

1,6

1,1

 

28,1

40,7

 

<0,05

<0,05

 

улуч.

улуч.

4 Счет красно-черной таблицы.

26,3+1,1

31,0+0,7

4,7

17,9

<0,05

улуч.

5 Запоминание ге-ометрич. фигур:

а) кол-во из 24;

б) кол-во ошиб.

 

7,0+0,2

3,0+0,2

 

7,1+0,1

1,7+0,2

 

0,1

1,3

 

1,4

76

 

> 0,05

> 0,05

 

неизм

улуч.

6 Кольца Ландольта:

а) точность;

б) раб-ность.

 

0,63+0,08

85,4+1,4

 

0,78+0,03

115,0+3,4

 

0,15

29,6

 

23,8

34,7

 

< 0,05

< 0,02

 

улуч

улуч.

2. “Пожарные” (в сек.).

1 Установка лес-тницы и подъем на 3-й этаж.

20,4+0,2

15,7+0,2

4,7

23,0

< 0,02

 

улуч.

 

2

Преодоление штурм полосы.

19,9+0,4

18,1+0,1

1,8

9,0

< 0,02

 

улуч.

 

3 Штурмование 4 этажа уч. башни.

19,8+0,5

17,1+03,

2,7

13,6

< 0,05

улуч.

3. “Горноспасатели” (в сек.).

1 Надевание респиратора и проверка

93,3+1,8

84,2+0,9

9,1

9,8

< 0,02

улуч.

2 Включение в респиратор.

51,2+1,3

46,5+1,0

4,7

9,1

< 0,05

улуч.

3 Включение в “с-амоспастель”.

24,1+0,3

18,7+0,3

5,4

22,4

< 0,05

улуч.

4 Применение огнетушителя

33,6+1,7

27,8+0,9

5,8

17,3

< 0,05

улуч.

5 Подготовка аппарата “Шахтофон”.

120,7+4,9

98,9+3,8

21,8

18,1

< 0,05

улуч.

6 Преодоление штурм полосы.

240,4+8,7

201,7+8,1

38,7

16,1

< 0,05

улуч.

1.4. Резюме

К настоящему времени в научной литературе довольно подробно определено (создано учение?) понятие о работоспособности. Что же касается методов ее оценки, то здесь пока не достигнуто унифицированной системы, хотя нельзя не признать наличия нескольких серьезных исследований в этом направлении. Определены (в частности, В.М.Зациорским) стандарты физической кондиции многих категорий людей. Однако сведения о работоспособности в основном применимы к “нормальным” условиям жизнедеятельности и работы. Что же касается экстремальных видов труда, которых становится все больше, и в которых работоспособность нередко обусловливает не только результат труда, но и часто обеспечивает выживаемость, то здесь неплохо (?) описаны лишь показатели специальной работоспособности спортсменов. (Кстати, спортивная деятельность является лишь “игрой”, т.е. сравнительно безопасной моделью тех напряжений, которые могут иметь место в реальной действительности). Однако возрастающая летальность у новых “экстремальных контингентов” все же превышает рост научно-технических достижений в области защиты человека. Поэтому имеется настоятельная потребность изучения механизмов “чудесного” спасения отдельных людей или даже групп, попавших в смертельно-опасные ситуации, тех механизмов, которые обусловливают резкое повышение разновидностей работоспособности, ответственных за спасение конкретного человека в конкретной ситуации. В частности, нередко для спасения требуется ускорение зрительной и звуко-моторной реакции на дифференцировочный раздражители, быстрота действий (при непрерывном напряжении оперативного мышления).

Изучение механизмов тех случаев резкого повышения работоспособности, которые иногда наблюдаются у отдельных индивидов, позволяет, во-первых, создать психофизиологические основы для разработки системы тренировок “различных экстремальных контингентов” (с целью последующего уменьшения летальности при исполнении профессиональных обязанностей), во-вторых, разработать рекомендации (или усовершенствовать имеющиеся) для поведения в опасных ситуациях.

ГЛАВА 2. ЭКСТРЕМАЛЬНЫЙ ТРУД: ОСОБЕННОСТИ

2.1. Распространенность экстремального труда, пределы напряжения.

2.2. Опасности: выживание или гибель.

2.3. Экстремальный труд и работоспособность

2.4. Рекорды работоспособности и выживаемости

2.5. Резюме. Размышления.

2.1. Распространенность экстремального труда, пределы напряжения

 

Научно-технический прогресс несет человечеству многие удобства и радикальное улучшение условий жизни. Однако, наряду с созидательным влиянием на жизнь человека, он вызывает и ряд нежелательных последствий. Ускорение темпа жизни, урбанизация, информационные перегрузки, адинамия, монотония и другие факторы научно-технического прогресса, закономерно изменяют структуру жизни современного человека и порождают конфликтные ситуации социального плана. Особенно выражены экстремальные ситуации при работе человека в условиях Севера и пустынь Юга, в космосе, под землей и на море. Служба в армии также представляет собой экстремальные условия жизни.

Следует понимать, что во многих службах (их количество особенно увеличилось в связи с научно-техническим прогрессом и освоением космоса и морских глубин) даже отлично подготовленные индивиды и контингенты при попадании в такие экстремальные ситуации, к которым они, в общем-то, готовились на протяжении длительного времени (более нескольких лет) имеют такой эмоциональный стресс, который выходит за рамки привычных возможностей человека (из-за постоянной опасности для жизни при выполнении своих профессиональных обязанностей).

Перестало быть секретом, что деятельность летчиков, космонавтов, подводников и полярников протекает в условиях высокой степени риска погибнуть в результате аварий, катастроф и несчастных случаев (В.И.Лебедев,1989). Так, для летчика-истребителя риск погибнуть в мирное время в 50 раз выше по сравнению с летчиками гражданской авиации, для которых он равен 3-4 случаям смерти на 1000 летчиков. За период с 1950 по 1970г. ВВС США в результате катастроф потеряли 7850 самолетов, при этом погибло 8600 летчиков

По оценкам специалистов США, из каждой тысячи полетов космических кораблей с экипажем и пребыванием в космосе в среднем 24 часа в полете следует не менее 95 катастроф и аварий. Из них 50% - на активном участке, 25% - в полете, 15% - во время возвращения на Землю. Так американские астронавты В.Гриссом, Э.Уайт и Р.Чаффи погибли 27 января 1967 года во время пожара в кабине космического корабля “Апполон-1” на стартовой площадке. 23 апреля 1967 года на участке возвращения на Землю произошел отказ парашютной системы корабля “Союз-1”, в результате чего погиб космонавт В.М.Комаров. Космонавты Г.Т.Добровольский, В.Н.Волков и В.И.Пацаев погибли 29 июня 1971 года в космическом пространстве из-за разгерметизации спускаемого аппарата космического корабля “Союз-2”. 20января 1986 года во время старта взорвался космический корабль “Челенджер” с семью членами экипажа.

В 1962 году в результате аварии затонула подводная лодка “Трешер”, на которой погибло 129 человек. В 1968 году погибла подводная лодка “Скорпион” с 99 матросами и офицерами. Совсем недавно (в 2000 году) в водах Баренцева моря затонул атомный подводный крейсер “Курск”; предполагаемая причина – взрыв торпеды на борту. Погиб весь экипаж (129 человек).

В марте 1986 года атомная подводная лодка “Натаниэль Грин” потерпела 7-ю аварию, натолкнувшись на дно в Ирландском море. 3 октября этого же года на советской атомной подводной лодке северо-восточнее Бермудских островов произошел пожар, в результате чего 3 человека погибли, несколько моряков получили ожоги и травмы, а лодка затонула. 26 апреля 1986 года на американской подводной лодке “Бодифиш”, находившейся в Атлантическом океане, произошел взрыв: два моряка пропали без вести, 20 человек получили тяжелые ожоги и травмы. 7 апреля 1989 года затонула советская атомная подводная лодка, из 69 членов экипажа были спасены только 27 моряков. С 1959 года это 6-я по счету затонувшая атомная подводная лодка. Причем одна из них затонула дважды.

На зарубежных арктических станциях в послевоенный период (до 1959 года) в результате несчастных случаев (пожаров, падения в трещины, замерзания, отравления и других причин) погиб 81 человек и только 4 человека умерли от соматических заболеваний.

Возможности мобилизации физиологических резервов во время интенсивной физической работы очень велики. Установлено, например, что минутный объём дыхания при больших нагрузках может возрасти в 20 - 30 раз, пульс с 50-60 до 240 уд/мин, а артериальное давление 120/80 до 200/40 мм рт. ст. (Н.Агаджанян,1982, с.17).

Что касается изменения показателей терморегуляции, так здесь имеются немало данных о повышении Т тела до уровня = 39 - 40°С и более при выполнении работы в термонейтральных условиях.

В наших специально проведенных исследованиях также было показано, что уровни рабочей гипертермии могут достигать весьма значительных величин. Остановимся на них.

Доступными нам для исследований профессиональными контингентами являлись работники военизированных горноспасательных и пожарных частей, парашютисты и летчики реактивных самолетов.

На горноспасателях мы изучали Т-изменения в организме под влиянием преодоления штурмовой полосы (Наставление по тактико-технической подготовке рядового и командного состава военизированных горноспасательных частей). Тест содержит многие действия, выполняемые горноспасателями во время аварии на шахте, он наиболее близко отражает те нагрузки и соответственно уровень функционального напряжения, которые имеют место в естественных условиях их профессиональной деятельности. Исследовать же нужные показатели не в модельных условиях, а в реальных, когда идет борьба за спасение людей, по вполне понятным причинам не представлялось возможным.

По нашему предложению руководство штаба ВГСЧ Луганской области организовало участие личного состава 5 взвода 2-го горноспасательного отряда в контрольной прикидке по преодолению полосы с препятствиями длиной 150м. Указанная полоса преодолевалась отделениями в среднем за 8-9 минут. Ректальная Т на финише у обследуемых составляла в среднем 38,70,3° С, а у отдельных лиц - превышала 39,5° , прирост средней Т тела составлял в среднем 1,58° С.

Эти данные, разумеется, лишь косвенно отражали уровень гипертермии, развивающейся в естественных условиях трудовой деятельности горноспасателей, однако мы имеем основания полагать, что при ликвидации реальных аварий на шахте перегрев организма спасателей может достигать гораздо больших величин, о чем свидетельствуют данные литературы (С.А.Брандис, 1970). Обследованные нами горноспасатели, неоднократно принимавшие участие в ликвидации аварий на шахте, также отмечали, что в последних случаях бывало намного “жарче”.

Аналогичным образом мы изучали предельные уровни гипертермии организма в естественных условиях трудовой деятельности пожарных. Отделение военизированной пожарной части выполняло “боевое развертывание” (Наставление по физической подготовке Советской армии и Военно-Морского флота), после чего мы зафиксировали у всех обследуемых сдвиги в организме. Оказалось, что ректальная Т повысилась до 38,5-39,0° (прирост средней Т тела составил при этом 1,43° ), что, на наш взгляд, является минимумом теплового напряжения организма. Можно верить, что в естественных условиях тушения пожара, когда нередко приходится выносить из зоны огня пострадавших (при высокой Т окружающей среды и дыме), Т-баланс организма пожарного может нарушаться в большей степени.

Наряду с исследованиями пределов рабочей гипертермии у лиц, выполнявших в экстремальных условиях интенсивную физическую нагрузку, нам представлялось целесообразным изучить степени нарушения теплового баланса организма у парашютистов и летчиков реактивных самолетов. В работе летчиков основным стрессирующим элементом выступала не мышечная работа, а необычная внешняя среда, иной эмоциональный фон, невесомость, гравитационные перегрузки, и т.п.

Исследования проводились за пределами города, на базах авиационного центра ДОСААФ Луганской области. Обследуемые нами парашютисты и летчики имели высокий уровень профессиональной подготовки, позволяющий им успешно выступать даже на мировых первенствах.

Нужно признать, что в анализируемых исследованиях на парашютистах (“Положение о соревнованиях по парашютному спорту на 1985г.”) и летчиках (“Положение о соревнованиях по самолётному спорту на реактивных самолётах на 1985г.”) мы не обнаружили существенного нарушения теплового баланса организма под влиянием профессиональной деятельности, протекающей в экстремальных условиях. Так, у парашютистов и тотчас после выполнения прыжков на “точность приземления” (табл.2.1) и тотчас после выполнения “воздушной акробатики” (табл.2.1) ректальная Т почти не изменилась, хотя Т на лбу существенно снизилась (Р < 0,02), в то время как частота сердечных сокращений достоверно увеличилась. У летчиков реактивных самолетов после выполнения фигур высшего пилотажа (перегрузки достигали от -1,5 до 8,0g), мы вообще не отметили (после приземления) существенных изменений изучаемых нами показателей терморегуляции. Хотя Т в кабине самолета во время полета повышалась до 35-40° , а нательное белье под комбинезоном после приземления оказалось мокрым, средняя Т тела повысилась всего на 0,18° С. Кстати, показатели функционального состояния организма лётчиков мы регистрировали не тотчас после приземления самолета: от момента окончания перегрузок проходило около 15 минут (полет к аэродрому, приземление, выруливание к месту стоянки, остановка двигателей, переход летчика от самолета к оснащенной приборами машине около 70м, прикрепление датчиков).

Таблица 2.1

Изменение функциональных показателей у парашютистов (12 чел.) под влиянием прыжка с парашютом: а) на “точность приземления”, б) “воздушная акробатика” (Т воздуха на земле = 19 - 20° С)

 

Показатели

До полета

После приземления

Прирост

Достоверность прироста, Р

а) прыжки на точность приземления

1 Т кожи лба,° С

34,10,3

31,60,3

-2,5

<0,02

2 Т кожи груди,° С

34,00,2

34,10,2

0,1

>0,05

3 Ректальная Т,° С

37,40,1

37,40,1

0,0

>0,05

4 Частота сердечных сокращений, уд/мин

763

933

17

<0.05

5 Средняя Т тела, прирост,° С

0

-0,21

-0,21

>0.05

б) воздушная “акробатика”

1 Т кожи лба,° С

34,20,3

31,80,2

-2,4

<0,02

2 Т кожи груди,° С

34,40,2

34,00,3

-0,4

>0,05

3 РектальнаяТ,° С

37,50,1

37,80,1

0,3

>0,05

4 Частота сердечных сокращений, уд/мин

77,03,1

121,54,2

44,5

<0.02

5 Средняя Т тела, прирост в ° С

0

0,34

0,34

>0.05

Можно заключить, что отмеченное нами в предыдущих исследованиях повышение Т тела у горноспасателей и пожарных обусловлено в основном интенсивной мышечной работой, а при отсутствии таковой, что мы наблюдали у высокотренированных парашютистов и летчиков, процессы теплоотдачи обеспечивали своевременный вывод тепла из организма, поэтому тепловое содержание организма не увеличивалось. Необходимо подчеркнуть, что неблагоприятные факторы полета (невесомость, чередующиеся перегрузки при ускорениях от “+” к “-”, интенсивное охлаждение парашютистов во время свободного полета, повышенная Т воздуха в кабине самолета и т.п.) все-таки оказывали стрессирующее влияние на организм высокотренированных людей. Об этом свидетельствовало и достоверное увеличение частоты сердечных сокращений и колебания кожных Т.

Обращаем внимание на то, что в других наших исследованиях, проводимых в жаркую погоду, когда мы не изучали изменения функционального состояния организма летчиков во время полета, а фиксировали лишь изменения Т в кабине реактивного самолета, получены весьма высокие величины нагрева последней (по данным воздушного термометра до 50-60 и более градусов!). Основные факторы такого нарушения теплового комфорта в кабине самолета: интенсивная солнечная радиация на незащищенную кабину (до полета; во время стоянки самолета, и в особенности во время полета над облаками, когда ничто не препятствовало воздействию прямых солнечных лучей), нагрев кабины от интенсивно работающего мощного двигателя самолета, расположенного рядом (сзади кабины), и в какой-то степени, вероятно, тепло возникало от трения самолета с воздухом во время быстрого полета.

На основании вышеизложенных данных пределов рабочей гипертермии, развивающейся в реальных условиях трудовой деятельности различных контингентов, мы в последующем регламентировали допустимые уровни гипертермии и в модельных условиях.

 

    1. 2.2. Опасности: выживание или гибель?

Всё больше накапливается информации о чудесных спасениях людей, попавших в ситуации, кажущиеся безвыходными (и в информационном и в физическом плане). Оказывается, что и здесь одни люди покорно поги6ают, а другие всё-таки спасают себя. Остановимся на фактах (по Н.А. Агаджанян,1982).

Во время отступления армии Наполеона из России 18 ноября 1812 г. в сражении под городом Красным генерал Орнако был, как засвидетельствовали военные врачи, смертельно ранен. Один из наполеоновских полководцев - принц Евгений, решив, что генерал мёртв, приказал немедленно похоронить его прямо в снегу. Однако после боя один из подчинённых генералу офицеров выкопал его “труп”, чтобы отвезти во Францию. Но во Францию генерал Орнако вернулся сам, ибо ещё в штаб-квартире французских войск, куда было доставлено его безжизненное тело, он пришёл в себя. А 50 лет спустя уже другой французский император, Наполеон III, присвоил Орнако звание маршала.

Вероятно, генерала Орнако спасло от смерти сочетание охлаждения и кровопотери. Вместе с кровью организм теряет питательные вещества и кислород. То есть он оказывается в условиях и пищевого и одновременно кислородного голодания. А ведь именно сочетание пищевого голодания и кислородной недостаточности наиболее способствует обратимой минимализации физиологических функций организма в условиях охлаждения, погружения в гипобиотическое состояние с последующим “воскрешением”.

Ещё одним подтверждением тому может сложить и пример, описанный В.Фляйгом (1960) в книге “Внимание, лавины”. “После лихорадочных раскопок 2 февраля в полдень был извлечён из снега 26-летний Фрайзенер, погребённый лавиной 21 января в 2 часа 30 минут ночи! Он, казалось, был при смерти. Силы его окончательно иссякли в тот момент, когда он испустил последний крик о помощи из своей снежной могилы. Но что это! Он приходит в себя, открывает глаза! Тихим, но ясным голосом он рассказывает о своих муках и счастье избавления: он жив после 13 дней, проведенных в лавине”.

В декабре 1978 г. в мордовском селе Шейн-Майдан эмоциональное возбуждение помогло женщине, работнице совхоза “Сараст” Антонине Семеновне Грошевой выдержать единоборство с матёрым волком. Вот как она сама описывает этот поединок: “12 декабря вечером я покормила на ночь телят и шла домой с фермы, Было уже темно. Но я двадцать два года ходила по этой дороге, поэтому боязни никакой не было. До крайнего дома оставалось с полкилометра, когда я вздрогнули от толчка сзади, и сразу же кто-то вцепился мне в ногу. Собака? Есть у нас в селе огромная злая собака, хозяева на ночь выпускают её побегать! Я повернулась и замахнулась сумкой. И тут увидела: - волк! Он сбил меня с ног, и я подумала: ну вот и смерть. Если бы не платок, так бы оно и было, потому что зверь вцепился мне в горло. Я схватила рукой его за челюсти и стала их разжимать. А они как железные. И у меня откуда-то силы взялись - левой рукой оттянула челюсть, а когда хотела схватить и правой - рука соскользнула в пасть. Я протолкнула её глубже и поймала язык. Наверное, волку от этого сделалось больно, потому что он перестал рваться, и я смогла подняться на ноги. Кричала, звала на помощь, но никто не слышал, а может, и слышали, да испугались - мало ли что бывает ночью”. Далее Антонина Семеновна тащила волка за язык более полкилометра до своего дома и убила его тяжёлым дверным засовом.

Приведенные выше данные о возможности спасения жизни в условиях, кажущихся безвыходными, вынуждают сформулировать такой вопрос: “какие факторы могут иметь значение для выживания в сложных условиях? - Для этого обратимся к научной литературе.

Исследователи показывает разные причины выживания (в зависимости от конкретных условий), но все сходятся в одном - психическая сторона играет самую важную роль. Здесь, в частности, отводят особую роль эмоциям и возможностям управления ими.

При эмоциях изменяется субъективное состояние человека, интеллектуальная сфера работает тонко. В состоянии покоя мышление нередко бывает шаблонным, стереотипным. В моменты же эмоционального подъема происходит вдохновение, озаряют открытия, наблюдается подъём духовных и физических сил человека.

В экстремальных и чрезвычайных условиях (войны, конфликты, опасные и вредные условия труда и т.п.) эмоции выступают как механизм приспособления, то есть экстренной мобилизации своих ресурсов в трудной и опасной обстановке борьбы за существование индивидуума. Эмоции возникают лишь в том случае, если перед организмом стоит какая-либо задача, потребность, цель (выжить, остаться целым, победить и т. д.), а средств для ее решения оказывается недостаточно. В качестве средств выступают:

1) информация, умение, опыт, навык;

2) энергия;

3) время.

Если эти три основных вида средств эмоций рассмотреть с точки зрения безопасности жизнедеятельности человека, то следует, в первую очередь, остановиться на следующих факторах.

Информация - умение, опыт, навык, время. Для обеспечения безопасности в процесс обучения нужно включать, во-первых, глубокие профессиональные знания, правильные приемы; во-вторых, разбор опасных ситуаций с описанием неправильных приемов спасения и последствий, к которым они приводят. В-третьих, для выработки умения и освоения навыков необходимо проводить обучение с использованием различного вида тренажеров, макетов, стендов и т. д. В-четвертых, с целью закрепления приобретенных навыков в процессе обучения необходима стажировка под руководством профессионалов. Для того чтобы приобретенные навыки (условные рефлексы) не исчезали, а закреплялись, и время на их осуществление сокращалось, необходимо постоянно с определенной периодичностью проводить обучение в виде различного вида инструктажей.

Для обеспечения безопасности в критических ситуациях (войны, конфликты, взрывы и т. д.) обучение должно включать: во-первых, глубокие знания причин и анализ последствий этих ситуаций; во-вторых, разбор критических ситуаций с анализом неправильного поведения людей и последствий, к которым это поведение приводит. В-третьих, для выработки умения и освоения навыков необходимо проводить обучение с использованием различного вида тренажеров, макетов, стендов и т. д.; в-четвертых, с целью закрепления приобретенных навыков (условных рефлексов), повышения профессионального мастерства; необходимо постоянно с определенной периодичностью проводить обучение в виде “моделирования” критических ситуаций и оценки поведения людей.

По величине состояния напряжения различают четыре степени состояния эмоций. Первая степень эмоций характеризуется тем, что при сосредоточении внимания, мобилизации активности состояние напряженности организма возрастает и позволяет решить поставленную цель. То есть на первой стадии организм тренируется, повышается его работоспособность, мобилизуются интеллектуальные и физические ресурсы, и такое состояние весьма полезно.

Вторая степень характеризуется тем, что мобилизация ресурсов организма оказывается недостаточной для решения поставленной цели. При дальнейшем возрастании напряжения появляется стеническая отрицательная эмоция. Психологически - это проявление состояния ярости, гнева, негодования, сопровождающееся максимальным увеличением ресурсов, повышением работоспособности для решения цели.

Третья степень характеризуется тем, что мобилизация ресурсов организма оказывается недостаточной для решения поставленной цели.

Дальнейшая максимальная мобилизация сил приводит к возникновению астенической отрицательной эмоции, когда задача требует ресурсов, намного превышающих те, которыми располагает организм. Психологически это - проявление страха, ужаса, тоски. Наблюдается снижение интеллектуальных и энергетических ресурсов. Такое состояние вредно для человека, разрушает тело и душу.

Четвертая степень характеризуется тем, что мобилизация ресурсов организма при решении поставленной задачи невыполнима, здесь происходит снижение интеллектуальных и энергетических ресурсов. Организм вынужден отказаться от достижения поставленной цели. Человек, по существу, поставлен в безвыходное положение, наступает невроз.

В чрезвычайных ситуациях страх могут испытывать все - и трусливые и мужественные люди. Людей необходимо учить вырабатывать чувство, которое помогает идти наперекор страху. Чувство страха приводит к тому, что человек теряет рассудок и либо принимает неправильные решения, либо перестает бороться и погибает.

Психологическая надежность человека может стабильно проявляться на первой и второй стадиях эмоций. При соответствующем обучении и приобретении навыков (условных рефлексов) в экстремальных ситуациях психологическая надежность может проявляться на третьей и даже четвертой стадиях эмоций, внося коррекции в поведенческие реакции человека.

Может возникнуть ещё один вопрос: почему остается высоким процент гибели хорошо подготовленных людей и контингентов?! - Тех самых, которые на протяжении длительного времени (бывает несколько лет) постоянно готовятся к выполнению своих сложных профессиональных обязанностей (пожарные, горноспасатели, подводники, десантники, космонавты) в экстремальных условиях?!

Здесь можно учесть мнение Г.Н.Крикунова, А.С.Беликова, В.Ф.Залунина (Днепропетровск - “Пороги”,1992,с.31), которые пишут: “…как показывают исследования, особенности человеческой психики заключаются в том, что память человека способна одновременно удерживать и одновременно обрабатывать только 7 различных факторов”. Правильное же решение в сложной ситуации нередко может зависеть от 10, 20-ти и более факторов, которые просто невозможно контролировать. Становится понятно, почему не уменьшаются цифры летальности хорошо подготовленных контингентов (причина: невозможность учёта человеческим мозгом такого большого количества факторов).

В порядке пожелания (не упрёка!), можно рекомендовать тем инструкторам-тренерам, которые ответственны за профессиональную (боевую) подготовку своих контингентов, следующее: во-первых, иметь и постоянно обновлять информацию о сложностях своей работы; во-вторых, готовить своих “питомцев” не только в модельных условиях (это стало шаблонным!), а и в условиях, максимально приближенным к реальным.

2.3. Экстремальный труд и работоспособность

 

Принято считать, что работоспособность является главным результатом тренировки. Причём, работоспособность может проявляться на разных иерархических уровнях и по многим критериям, в зависимости от потребностей и направленности тренировки. В настоящем разделе мы пытались изложить те крайние результаты, которые были достигнуты некоторыми талантливыми людьми путём целенаправленной тренировки. Нередко это происходило на “почве” национальных, религиозных и др. (в общем неспортивных) интересов.

В своей книге “Маги и мистики Тибета” (по Н.А.Агаджаняну, А.Каткову,1982) известная исследовательница Тибета Александра Давид-Нель описала состязание, которое проводят у прорубленных во льду лунок высокогорного озера обнажённые по пояс йоги - “респы”. Мороз под тридцать, но от “респов” валит пар. И немудрено - соревнуются они в том, сколько простынь, вытащенных из ледяной воды, каждый высушит на собственной спине. Для этого они вызывают в своем теле состояние, когда почти вся энергия жизнедеятельности тратится на выработку тепла. У “респов” есть определенные критерии для оценки степени управления тепловой энергией своего организма. Ученик садится в позе “лотос” в снег, замедляет дыхание (при этом в результате накопления углекислоты в крови расширяются поверхностные кровеносные сосуды и усиливается отдача тепла организмом) и представляет, что вдоль его позвоночника всё сильнее разгорается пламя. Далее определяют количество растаявшего снега под “сидящим” (за определенный промежуток времени) и измеряют радиус его таяния вокруг него.

В экспериментах А.С.Рамена добровольцы всего лишь за полторы минуты произвольно увеличивали Т своего тела на I,0 - 1,5°С (Н.А.Агаджанян, А.Катков,1982,с.100)

Полярные исследователи при вербовке людей руководствуются, между прочим, выносливостью их подошв ног к холоду и с этой целью заставляют становиться голыми подошвами на лёд, чтобы видеть, как долго они могут выносить это. В США к аналогичному приёму прибегали при отборе космонавтов по программе “Меркурий”. Для проверки силы воли и выносливости кандидату в космонавты предлагалось в течение 7 минут держать обе ступни ног в воде со льдом (Н.А.Агаджанян, А.Катков, 1982,с. 102).

В 1950 г. с участием йога Рамдажи был проведен уникальный эксперимент, описанный затем индийским врачем Вейклом в журнале “Ланцет”. В Бомбее в присутствии 10000 тысяч зрителей йог уселся в вырытый в земле склеп, который затем загерметизировали цементом на 56 часов. Затем полость склепа была заполнена водой, и Рамдажи находился под водой в своём “анабиозе” в течение 6-ти с половиной часов, после чего был возвращен к жизни в одной из Бомбейских клиник (с.137).

Не менее интересный эксперимент был проведен в индийском городе Удайпуре с участием йога Сатьямурти. Он продемонстрировал 8-суточный гипобиоз в камере замкнутого объёма под наблюдением физиологов. В результате применяемого йогом резкого замедления дыхания его пульс подскочил до 250 уд/мин (как при скоростном беге). Затем пульс совсем перестал регистрироваться при записи ЭКГ, но йог не умер, а на 8 сутки перед окончанием, эксперимента его пульс стал снова регистрироваться, достигая 142 уд/мин. Т внутренних органов йога за период гипобиоза снизилась с 37,2 до 34,8°С, но уже через два часа снова стала нормальной.

Первая попытка провести физиологические исследования феномена “захоронения” йогов осуществлена в 1959г. на кафедре физиологии Всеиндийского института медицинских наук. Вместо склепа учёные использовали прозрачную герметическую камеру. В этой камере дважды в течение 8-10 часов находился 34-летний йог Рамананда, имевший 17-летний опыт работы над собой. За то время, которое йог находился в термокамере, содержание кислорода в ней снизилось до 14,9%, а углекислоты возросло до 5,0%. Тем не менее, самочувствие йога не ухудшилось, частота пульса и дыхания не увеличились, а потребление, кислорода снизилось на 40-50%. Нетренированному человеку этого не дано. Для того, чтобы снизить во время операции на грудной полости потребление кислорода на 50%, хирурги с помощью наркоза и искусственного охлаждения снижают Т тела человека до 28-30°С. У йога Рамананды во время его пребывания в термокамере Т внутренних органов составляла 38,4°С. А столь выраженного снижения потребления организмом кислорода он достиг за счёт... максимального мышечного расслабления.

Болгарский факир Ивон Ива, сдавливая v себя на шее обе сонные артерии, как бы вызывал при этом “остановку” сердца: сокращения его были настолько слабыми, что тоны сердца не прослушивались, пульс полностью отсутствовал. Один раз после такого опыта сердце стало биться со скоростью 250 уд/мин. Врачи сказали факиру, что следующая попытка остановить сердце будет для него последней, и он решил больше не испытывать судьбу (с.139).

 

2.4. Рекорды работоспособности и выживаемости

Трудно поверить, но по-прежнему кажутся странными сведения популярной и научно-популярной литературы о случаях чудесного спасения людей в ситуациях, кажущихся безвыходными, или рекордных результатах в поединке с природой или дикими животными.

В частности, не могут не поразить воображение рассказы Юрия Рериха, который наблюдал в Гималаях так называемых беговых йогов. Эти люди способны бежать в течение нескольких суток, не останавливаясь и не сбавляя темпа. За ночь они преодолевают по узким горным тропинкам 200км. Можно представить себе, какие перспективы откроются перед спортсменами и космонавтами, если науке удастся раскрыть тайну сверхвыносливости горных жителей. (Седов А.В.,1985).

Зимой 1942 года бомбардировщик, на котором находился 26-летний штурман Иван Михайлович Чиссов, был выведен из строя в воздушном бою. На высоте более 7000м штурман выбросился из самолёта. Раскрыть парашют ему не удалось. Он упал в огромный сугроб, сквозь который пролетел параллельно склону оврага до его дна и приземлился на свой нераскрытый парашют. Организм лётчика перенёс при приземлении гигантскую перегрузку, но всё-таки человек остался жив и даже вернулся в строй. И, наверное, благодаря не только счастливому стечению обстоятельств, но и физической закалке.

Приземлиться с большой высоты с нераскрытым парашютом пришлось и отважной лётчице Ираиде Федоровне Вертипраховой. Ныне она - заслуженный пилот, единственная в мире женщина - командир лайнера Ту-154 (Н. Агаджанян, А. Катков, 1982). В числе её заслуг - перелёт из Софии во Владивосток, но не “напрямую”, а через Северный Ледовитый океан.

Один из испытателей сверхзвукового пассажирского лайнера Ту-144 Эдуард Елян в детстве из-за серьезной болезни был обречён ходить с костылём. Но он преодолел свою болезнь и сумел стать лётчиком-испытателем высшего класса, вывел в жизнь несколько сложнейших самолётов. Его заслуги отмечены высшей наградой - орденом Ленина и Золотой Звездой Героя. (Агаджанян Н., Катков А.,1982).

Возможности мобилизации физиологических резервов во время интенсивной физической работы очень велики. Установлено, например, что, минутный объем дыхания при больших нагрузках может возрасти в 20 - 30 раз (Агаджанян Н., Катков А., 1982).

Сколько времени человек может обойтись без воздуха? - Калифорнийцу Роберту Фостеру после предварительной гипервентиляции лёгких удавалось находиться без акваланга под водой в течение 13 мин42,5сек. Американский физиолог Е.С.Шнейдер в 1930 г. наблюдал двух лётчиков, один из которых после предварительного дыхания чистым кислородом мог сделать задержку дыхания на вдохе – 14 мин02сек, а другой – 15 мин13сек. Первые 5-6мин задержки дыхания лётчики переносили свободно. В последние минуты у них наблюдалось учащение пульса и значительное повышение артериального давления до 180/110 - 195/140мм рт.ст., в то время как перед задержкой дыхания оно составляло 124/88 - 130/90 мм (Агаджанян Н., Катков А.,1982, с.81).

Зарубежными учёными производились специальные исследования для определения наиболее высокой Т, которою способен выдержать человеческий организм в сухом воздухе: Т = 71° С человек выдерживает в течение часа, 82° - 49мин, 93° - 33мин, а 104°С - только 26мин. Американские исследователи считают, что предельная Т, при которой человек в состоянии дышать, равна примерно 116°С. Однако в литературе описаны и более высокие Т-потолки для человека. Ещё в 1764 году французский учёный Тиллет доложил в Парижской академии наук о том, что одна женщина находилась в печи при Т = 132° в течение 12 минут. В 1928 году был описан случай 14-минутного пребывания мужчины в печи, где Т достигала 170°С.

Английские физики Благден и Чентри в порядке автоэксперимента находились в печи хлебопекарни при Т =160°. В Бельгии в 1958 году был зарегистрирован случай переносимости человеком пребывания в термокамере при Т = 200°!. Говоря словами физика Джона Тиндаля, можно сварить яйца и изжарить бифштекс в воздухе помещения, в котором люди определенное время остаются без вреда для себя.

Специалисты в области авиационной медицины США определяли время воздействия тепловой нагрузки, ограниченной болевыми ощущениями и прилагаемой в форме тепловых импульсов на обследуемых, одетых в различную одежду. Т стен термокамеры нарастала, начиная от 20°С, со скоростью 55°/мин. Болевые ощущения возникали при повышение Т кожи до 42 - 44°С,а при Т = 45°С боль становилась просто непереносимой. Оказалось, что в обнажённом состоянии человек может выдержать нарастание Т стен термокамеры до 210° , а в тяжёлой зимней полётной одежде люди выдерживают ещё большую Т стен - до 270°С. Так что совсем не удивительно, что жители пустынь, например туркмены, спасаются от жары с помощью теплых халатов и меховых шапок. За счёт этой одежды сохраняются более стабильные условия терморегуляции в экстремальных условиях жаркого климата (Агаджанян А.Н., Катков А.,1982, с.87).

Переносимость высокой Т водной среды значительно ниже, чем сухого воздуха. “Рекорд” в этой области, вероятно, принадлежит одному турку, который подобно Ивану Царевичу, мог окунаться с головой в котёл с водой при её Т = 70°С. Разумеется, для таких рекордов необходима длительная и постоянная тренировка. (Агаджанян Н., Катков А.,1982, с.89).

Исследования в термокамере, проводившиеся в США на астронавтах, показали, что Т тела человека может повышаться до 40,3°С. При этом организм обезвоживается на 10%. Т тела собак доводили даже до 42,0°С. Дальнейшее же повышение Т тела животных (до 42,8°С) было для них смертельным (Агаджанян Н., Катков А.,1982, с.90).

В наше время высочайшие горные вершины покоряют не только альпинисты, но и горнолыжники. Так летом 1979 г. 37-летний японский горнолыжник Юхиро Миура спустился на лыжах с Джомолунгмы. Под уклоном в 45° он развил скорость спуска более 170км в час. Его тормозной парашют не раскрылся, и отважный горнолыжник сошел с заданной трассы. Миура спасло только падение, которое произошло в нескольких метрах от гигантской ледниковой трещины. Несмотря на то, что падение случилось на очень большой скорости, человек остался жив и самостоятельно пришел в сознание.

В нашей стране летом 1978г. Ольга Аграновская спустилась на лыжах с пика Ленина, высота которого превышает 7км. Любопытно, что ее родители - тренеры Петропавловска-на-Камчатке - обучают детей катанию на горных лыжах с... двух лет.

Французские альпинисты-горнолыжники Николя Наегер и Жан Афанасьев в мае 1978г. успешно спустились на лыжах по склонам Джомолунгмы с отметки 8200 м. А их соотечественник Бенуа Ренау летом 1979г. совершил лыжный спуск с одной из высочайших гималайских вершин — Аннапурны (8078м).

Приведем еще один пример героического единоборства человека с холодом. В феврале 1977г. “Комсомольская правда” писала о необыкновенной силе воли молодого коммуниста, летчика ВВС Юрия Козловского. В полете во время испытания самолета возникла аварийная ситуация. Он катапультировал над сибирской тайгой из гибнущего самолета. При приземлении на острые камни получил открытые переломы обеих ног. Стоял мороз 25 - 30°С, а земля была голой, без снежинки. Преодолевая страшную боль, холод, жажду, голод и усталость, летчик полз в течение трех с половиной суток, пока не был подобран вертолетом. В момент доставки в госпиталь температура его внутренних органов была - 3,2°С, он потерял 2,5 л крови. Ноги были отморожены. И все-таки Юрий Козловский выжил. Выжил, потому что у него были цель и долг: рассказать о самолете, который он испытывал, чтобы не повторилась авария с теми, кто должен летать вслед за ним.

Случай с Юрием Козловским невольно возвращает нас в годы Великой Отечественной войны, когда в подобной ситуации оказался Алексей Маресьев, ставший впоследствии Героем Советского Союза. Юрию Козловскому также ампутировали обе ноги, причем оперировали дважды из-за сильной гангрены. В госпитале у него развилась прободная язва двенадцатиперстной кишки, наступила почечная недостаточность, бездействовали руки. Врачи спасли ему жизнь, и он распорядился ею достойно: живет полнокровно и деятельно.

Самовнушению принадлежит важная роль в закаливании одной из народностей, проживающей в горных районах Непала и Тибета. В 1963г. был описан случай чрезвычайной устойчивости к холоду 35-летнего горца по имени Ман Бахадур, который провел 4 суток на высокогорном леднике (5 - 5,3 тыс. м) при температуре воздуха - 13 -15°С, без пищи, на открытом воздухе, босиком, в плохой одежде. У него не было обнаружено почти никаких существенных нарушений. Исследования показали, что с помощью самовнушения он мог повышать на холоде свой энергообмен на 33 - 50% путем “несократительного” термогенеза, т. е. без каких-либо проявлений “холодового тонуса” и мышечной дрожи. Эта способность и спасала его от переохлаждения и обморожений.

В феврале 1951г в больницу американского города Чикаго привезли 23-летнюю негритянку, которая до этого в очень легкой одежде пролежала 11 часов на снегу (при колебаниях Т воздуха от -18 до -26°С). Т ее внутренних органов в момент поступления в больницу была 18°С. Охлаждать человека до такой низкой Т очень редко решаются даже хирурги во время сложных операций, ибо она считается пределом, ниже которого могут возникать необратимые изменения в коре головного мозга.

Прежде всего, врачей удивило то обстоятельство, что при столь выраженном охлаждении тела женщина еще дышала, хотя и редко (3 - 5 дыханий в мин). Пульс у нее также был очень редкий (12 - 20 ударов в мин) и неритмичный (паузы между сердечными сокращениями доходили до 8с). Пострадавшей удалось спасти жизнь. Правда, у нее были ампутированы обмороженные ступни ног и пальцы рук.

Несколько позднее аналогичный случай был зарегистрирован и в нашей стране. Мартовским морозным утром 1960г. в одну из больниц Актюбинской области был доставлен замерзший человек, найденный случайно работниками строительного участка на окраине поселка. При первом врачебном осмотре пострадавшего в протоколе было записано следующее:

“Окоченелое тело в обледенелой одежде, без головного убора и обуви. Конечности были согнуты в суставах и разогнуть их не представлялось возможным. При постукивании по телу — глухой звук, как от ударов по дереву. Т поверхности тела - ниже 0° С. Глаза широко раскрыты, веки покрыты ледяной кромкой, зрачки расширены, мутны, на склере и радужке — ледяная корка. Признаки жизни — сердцебиение и дыхание — не определяются. Поставлен диагноз: общее замерзание, клиническая смерть”.

Трудно сказать, что двигало врачом П.С.Абрамяном, то ли профессиональная интуиция, то ли профессиональное нежелание смириться со смертью, но он все-таки поместил пострадавшего в горячую ванну. Когда тело освободилось от ледяного покрова, его начали возвращать к жизни с помощью специального комплекса реанимационных мероприятий. Через полтора часа появились слабое дыхание и еле уловимый пульс. К вечеру того же дня больной пришел в сознание.

Расспрос помог установить, что В.И.Харин, 1931 года рождения, пролежал в снегу без валенок и головного убора в течение 3—4 ч. Следствием его замерзания были двусторонняя крупозная пневмония и плеврит, а также отморожение пальцев кистей, которые пришлось ампутировать. Кроме того, в течение четырех лет после замерзания у В.И.Харина сохранялись функциональные нарушения нервной системы. Тем не менее, “замороженный” остался не только жив, но и сохранил трудоспособность.

Что же касается искусственного охлаждения людей, то рекорд в этой области принадлежит хирургам Ниази и Льюис, которые в 1958г. охладили на один час больную в возрасте 51 года под наркозом до Т тела = 9°С.

Известны случаи, когда люди с Т тела = 32—28°С были способны ходить, разговаривать. Зарегистрировано сохранение сознания у охлажденных людей при Т тела, = 30 - 26°С, а осмысленной речи - даже при 24°С.

2.5. Резюме. Размышления

В настоящей главе описаны сведения о распространенности экстремального труда и уровнях функционального напряжения в условиях, опасных для жизни. Оказывается, что все больше накапливается сведений (и в научно-популярной и в научной литературе) о выживаемости людей в безнадежных ситуациях. Описаны “рекорды” работоспособности, фиксируемые учеными. Эти практические рекорды превышают прежние представления науки о человеческих возможностях. Все чаще описываются феномены резкого повышения различных видов работоспособности человека в безнадежных условиях, что, в конечном итоге, приводит к спасению жизни.

В наших исследованиях, выполненных в рамках докторской диссертации, доказано, что во многих случаях в экстремальных состояниях может происходить (или не происходить) такое нарушение (изменение?) теплового гомеостаза, которое сопровождается существенным (почти в полтора раза) увеличением всех показателей работоспособности.

Возникает предположение, что иногда в экстремальной ситуации в психике человека, а точнее - в его концептуальных представлениях, может происходить “извлечение” такой программы, которая имеется в “анналах памяти” готовая, выработанная ранее в процессе эволюции, и которая приводит к активизации физических и психических возможностей индивида.

 

Глава 3. ГОМЕОТЕРМИЯ И ЕЁ ВОЗМОЖНЫЕ “РАССТРОЙСТВА” - ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ ДИСКУССИЯ

Как отмечено многими авторами, Т “ядра” тела в экстремальных состояниях может повышаться и достигать значительных величин. Исходя из прежних представлений о регуляции Т-гомеостаза, нужно бы считать гипертермию следствием функциональной недостаточности аппарата Т-регуляции (так полагалось длительное время ранее). Однако, как показывают данные некоторых исследований, гипертермия не во всех случаях сочетается с чрезмерной интенсивностью повреждающего агента, вызывающего срыв терморегуляции (Stolwijk J.A.J., Hardy J.D.,1966). Поскольку в литературе накопилось много данных о нарушениях Т-гомеостаза в различных условиях жизнедеятельности, то возникла потребность в уяснении причин изменения теплового баланса организма.

Сущность проблемы сводится к выяснению вопроса так называемой “установочной точки” и ее возможных сдвигов в различных условиях.

-------------------------------------------------------------------------------------------

Понятие “установочной точки” – “set point” применительно к функции терморегуляции высших животных и человека ввел Jiebermeister С. В 1860 году (цит. по Веселкину П.Н.,1963), т.е. до того, как К.Bernard (1878) предложил свою знаменитую формулу “ … о постоянстве внутренней среды как условии независимого и свободного существования организма”. Прошедшие 100 с лишним лет этой идее уделялось больше внимания, чем “установочным точкам” других гомеостатических констант. Однако, невзирая на преклонный “возраст” этой проблемы нельзя считать ее изученной, дискуссия продолжается, временами усиливаясь или затихая (Чусов Ю.Н.,1979; Hancoc P.A.,1981; Snellen J.W.,1972).

Согласно существовавшим много лет представлениям, Т “ядра” тела сравнивались каким-то образом с эталонной ее величиной, выработанной в процессе эволюции, и если расхождение между ними достигало порогового значения, то возникали реакции, направленные на его устранение. Предположение, что Т гипоталамуса может служить в качестве такого эталона не нашло достаточного подтверждения. Например, одним из убедительных аргументов “против” явился тот факт, что реакции могут возникать и в случаях, когда Т гипоталамуса и вообще Т “ядра” тела не меняются. Не подтвердил такое предположение и тот факт, что терморегуляторные реакции при изменениях Т гипоталумаса могут не возникать (В.Н.Гурин,1980).

Эти и некоторые другие факты, полученные в физиологических, а также и в фармакологических исследованиях, явились обоснованием представления о том, что “установочная точка” может смещаться (Haight J.S.J., Keatinge W.R.,1973; Hammel H.J., Jackson D.C., Stolwijk J.A., Hardy J.D., Stromme S.B.,1963; Hammel H.J.,1968; Hardy J.D., Stolwijk J.A.J., 1966).

Нужно отметить, что общим для многих вышеизложенных представлений, простых и сложных, является то, что признается возможность изменения “теоретической величины”. В представлениях нашло отражение то обстоятельство, что эта “теоретическая величина” Т-регуляции установлена природой, как и другие “установочные точки” для жизненно важных констант.

Наиболее изучаемым, но одновременно и не конца ясным является в науке вопрос о роли лихорадки. Почему?!- Проблема патологии имеет свой возраст, начиная от Адама и Евы. Болезни гораздо больше интересуют человека, чем здоровье. Последнее просто не замечается, когда оно есть. Первыми, кто стал изучать влияние Т в развитии патологии, являются практические врачи. А за ними и наука, которую, как правило, интересуют причины и общие механизмы явления (А.В.Ломоносов: “во всём хочу дойти до самой сути…”).

Но чем больше изучают лихорадку, тем глубже оказываются её проблемы. Вкратце остановимся на этом.

Начальным этапом в полемике о роли лихорадки явились исследования С.Либермейстера. Он еще в 1875г. утверждал, что лихорадка представляет собой не потерю способности организма к теплорегуляции, а активное переключение организма на ее новый, более высокий уровень. В том же веке и другие клиницисты обращали внимание на то, что лихорадящий организм не только перегрет, но и стремится активно удерживать Т тела на новом повышенном уровне.

Liebermeiter С. (1887) выдвинул теорию, согласно которой пирогенные агенты изменяют регуляцию Т тела гомойотермного организма с установкой ее на новый, более высокий уровень (“жизнь по-птичьи”). Liebermeiter, С.П.Боткин, И.П.Павлов и др. исходили при этом из существования нервных центров регуляции теплообмена, изменение активности которых под влиянием пирогенов и ведет к развитию лихорадочной реакции. Обсуждая вопрос о нервных “теплотных” центрах И.П.Павлов в 1887г. Подчеркивал, что “лихорадку производящий агент действует не прямо на ткани, а для осуществления его действия необходимо посредство известного отдела центральной нервной системы”.

Эти общие положения были в дальнейшем убедительно подтверждены в многочисленных исследованиях; в настоящее же время нервный генез лихорадочной реакции не вызывает каких-либо сомнений.

Возможность возникновения лихорадки при первичном воздействии на нервную систему была впервые доказана опытами с так называемым тепловым уколом (Richet, 1885; и др.). Вначале возникновение лихорадки в этих условиях связывали с раздражением полосатого тела. Последующие наблюдения показали, что Т реакция чаще возникает после раздражения (механического повреждения) гипоталамической области (М.К.Сакович, 1897; Rolly, 1911), хотя может иметь место при раздражении и других отделов мозга (от коры до варолиева моста включительно). Позже было показано (Walther, 1954), что электротравма головы у людей сопровождается резкой (до 41,5° ) “нервной” лихорадкой, длящейся 2-3 суток Известны случаи еще более высоких подъемов Т, оканчивающихся выздоровлением. Готреле приводит следующую сводку литературных данных.

Болезнь Т-ра,° С

Исход болезни

Автор

Истероэпилепсия

43 Выздоровление Мержевский
Скарлатина 42,3

43,6

Выздоровление

Выздоровление

Бувере

Винцепт и Блох

Рожа 42 Выздоровление Гиртц
Малярия 42 Выздоровление Таварре
Туберкулез легк 42,3 Выздоровление Терикур
Перитонит 42,8 Смерть Лоррен
Оспа 44 Смерть Недиркапн

Желтая лихо-дка

44,8 Смерть Де СА
Ревматизм 42,6 Выздоровление Вуд
Истерия 44 Смерть Клемов, Видиоли
Перелом XII груд. позвонка 44 Выздоровление Симон

Как мы уже говорили, лихорадочная гипертермия при прочих равных условиях лучше переносится организмом, чем “перегревание”. Поэтому подъем Т тела при лихорадке, не превышающий 40-41° , сам по себе тем более не может быть причиной развития тяжелых дистрофических изменений в тканях. Этот вывод находит подтверждение в обширном и уже многолетнем клиническом опыте пиротерапии и в опытах с длительной непрерывной лихорадкой.

Хотя кора головного мозга, по-видимому, не играет решающей роли в развитии лихорадочного процесса, были получены многочисленные данные, свидетельствующие о том, что изменения функционального состояния коры (вероятно, отражаясь на тонусе нижележащих мозговых структур) могут существенно влиять на течение лихорадочной реакции.

Лихорадочное повышение Т тела было получено и путем гипнотического внушения у людей (К.И.Платонов, 1930).

Можно сказать, что изменения теплообмена, встречающиеся при лихорадочных заболеваниях, нужно разделить на два типа: во-первых, изменения теплообмена, связанные с самим механизмом развития Т-реакции (т.е. с использованием при лихорадочной перестройке регуляции теплообмена на новый уровень обычных механизмов физической и химической теплорегуляции, ограничения теплоотдачи и прироста теплопродукции); во-вторых, изменения теплообмена, связанные с нарушениями течения окислительных процессов и энергетического обмена в клетках в результате инфекционной интоксикации и особенностей патогенеза болезни.

Еще С.П.Боткин указывал на то, что энергичное применение жаропонижающих при инфекционных заболеваниях не только не устраняет развитие дистрофических явлений в органах, но скорее даже их увеличивает и ухудшает течение болезни. В недавних опытах Л.Н.Карлик с сотрудниками, Р.С.Иванов и Ф.Х.Кучерявый получили дополнительные экспериментальные подтверждения.

В развитии лихорадки различают три стадии: I - повышение Т тела (Stadium incrementum); II – устойчивой повышенной Т тела (Stadium fastigium); ІІІ – понижение Т тела (Stadium decrementum).

В І стадии нарастания Т тела наблюдается резкое сокращение теплоотдачи и некоторое (на 20-30%) увеличение теплопродукции. При некоторых тяжелых лихорадках (сыпной тиф) увеличение теплопродукции может достигать 50% и больше.

Во ІІ стадии развития лихорадки – период стояния Т тела на высоких цифрах – теплопродукция нередко мало отличается от таковой у здорового человека и ведущим расстройством теплорегуляции также является сокращение теплоотдачи. В этой стадии, выражающей важнейший этап лихорадочной реакции, возникает переключение процессов теплорегуляции на новый, более высокий уровень, на фоне которого больной человек живет с более высокой (до 40° С и выше) Т тела.

Когда повышение Т прекращается, и она устанавливается на новом, высоком уровне, все эти явления уменьшаются и могут при некоторых болезнях иногда почти исчезать. Состояние высшей нервной деятельности может в этой стадии не представлять грубых (видимых) отклонений. Однако оно все-таки ненормально, и врачам хорошо известны некоторые его особенности: легкая утомляемость, неспособность в достаточной степени концентрировать внимание, повышенная возбудимость, часто плохой сон или бессонница и т.д. Степень выраженности этих изменений индивидуально различна и отличается при разных болезнях.

В ІІІ стадии развития лихорадки – период снижения Т тела – возникает снижение теплопродукции и резкое увеличение теплоотдачи. Она сопровождается расширением кровеносных сосудов кожи, увеличением потоотделения, падением артериального давления и в некоторых случаях состоянием коллапса (“кризиса”). При некоторых болезнях (брюшной тиф и др.) снижение Т происходит постепенно, “литически” и легче переносится больными.

Признавая приспособительное (в основе) значение лихорадочной реакции, разумеется, неверно считать, что лихорадка должна быть всегда и только полезна при любой болезни и в любом частном случае.

Имеется точка зрения о том, что более отвечающей требованиям в разработке проблемы смещений теплового гомеостаза явилась гипотеза, предложенная К.П.Ивановым (1972), согласно которой существует “внутренний эталонный вход” в систему терморегуляции. Он представляет собой некоторый оптимальный Т уровень, установленный природой для различных тканей гомойотермного организма. В отличие от Hardy J (1965) и Hammel H.(1968), В.Н.Гурин (1980) предполагает, что как биологическая константа, указанный уровень Т не подвержен физиологическим изменениям. Значительно проще и доказательнее предположить, что изменяется уровень возбудимости термочувствительных или промежуточных нейронов в системе терморегуляции.

Кстати, ещё Benzinger J (1969) первым сделал попытку связать “set point” с молекулярными физико-химическими характеристиками нервной ткани центра. Возможно, дальнейшее развитие аналогичных исследований будет плодотворным в этом направлении.

По мнению В.Н.Гурина (1980), “установочная точка” как биологическая константа соответствует Т точке фазового перехода липидов (точнее комплексов “липид-белок”) некоторых гипоталамических нейронов. Эти нейроны являются, по-видимому, Т – независимыми. В условиях выполнения организмом работы, соответствующей основному обмену и термонейтральности окружающей среды, эти нейроны производят эталонные сигналы к эффекторам теплопродукции и теплоотдачи. Взаимодействие последних определяет ту или иную величину Т “ядра” у разных животных, но она всегда близка к Т-точке фазового перехода мембранных липидов эталонных нейронов. То, что называют смещением “установленной точки”, отражает модификацию активности эталонных нейронов импульсации, несущими температурную и, вероятно, нетемпературную информацию.

Сторонники смещения “set point” в условиях мышечной работы полагали, что это смещение соразмерно с интенсивностью выполняемой работы (Бернштейн В.А.,1975; Бернштейн В.А., Синайский М.М., Федотова В.Г.,1975; Haight J.S.J., Keatinge W.R.,1973) и имеет в своей основе запрограммированный центральный механизм.

Давно делались попытки доказать полезность подъема Т тела в условиях работы. Так, Nielsen M. (1938) провел на себе самом опыты, ставшие классическими: он выполнял на велоэргометре работу мощностью в 900кгм/мин и пришел к выводу, что Т тела при стандартной работе в различных условиях поддерживается на одном и том же повышенном уровне; следовательно, её прирост является адаптивной реакцией.

Edholm O. (1971) показал, что повышение Т “ядра” тела при работе является физиологически регулируемой реакцией, а не просто результатом недостаточности аппарата теплоотдачи. Так, в его исследованиях потоотделение при прерывистой работе вдвое большей мощности при более высокой Т “ядра” было не только не выше, а наоборот, - на 10% ниже, чем при непрерывной. Поскольку при прерывистой, но более мощной работе Пототделительная реакция была меньше, несмотря на повышение Т “ядра” тела, автор сделал вывод, что установочная точка терморегуляторного центра при более мощной работе смещается вверх.

Имеются многочисленные доказательства того, что степень подъема Т тела во время работы не зависит от Т окружающего воздуха в широком диапазоне (Койранский Б.Б.,1960; Nielsen M.,1938; Nielsen B and Nielsen M.,1962; Nielsen B., Nielsen M.,1965; Stolwijk J.A.J., Saltin B., Gagge A.P.,1968). Мнение о регулируемости рабочей гипертермии разделяется и многими другими авторами (Бернштейн В.А. и соавт.,1973; Бернштейн В.А.,1974; Веселкин П.Н.,1963; Гиппенрейтер Б.С.,1949; Robinson S.,1962).

Однако данные, опровергавшие возможности сдвигов установочной точки, получены Kitzing J., Kytta D., Bleichert A. (1968). Авторы исследовали динамику Т нижней части пищевода в течение длительных физических нагрузок в различных Т-условиях окружающей среды и обнаружили, что внешняя среда оказывала существенное влияние на уровни повышения Т тела. Другие исследователи (Wyndham C.N.,1973) также показали, что в условиях мышечной работы Т ядра тела варьировала в зависимости от Т окружающей среды. Перечисленные авторы, интерпретируя такие системные вариации при различных Т, принимали их как доказательство того, что установочная точка Т-регуляции не повышается.

Hammel H. (1968), Nielsen B. (1965), Cooper K. (1966) также считали, что повышение Т тела при работе не означает смещения установочной точки в системе терморегуляции. В частности, об этом свидетельствовало сходство в терморегуляторных реакциях человека, выявленное B.Nielsen (1976) при пассивном перегреве и мышечной работе. Обнаружено, что при одинаковой средней Т кожи увеличение теплоотдачи и скорости потоотделения обследуемых, одинаковы, как при пассивном перегреве, так и при мышечной работе.

Кроме того, установлено, что при работе активное пототделение начинается при Т кожи ниже 35° , т.е. ниже того порогового уровня, когда потоотделение активизируется в состоянии покоя. Эти результаты можно трактовать, во-первых, как смещение установочной точки не вверх, а вниз, и, во-вторых, они указывают на то, что кожный кровоток, как и Т тела, регулируется в зависимости от интенсивности метаболизма. При этом Т кожи, как результирующая между теплопродукцией и теплоотдачей, определяется условиями теплообмена со средой. Следовательно, изменение Т тела может зависеть не только от сдвига установочной точки, но и от величины потока тепла через кожу и от скорости испарения.

Hammel H. Еt al. (1963) на основе результатов своих исследований высказали предположение, что поскольку Т гипоталамуса может варьировать в относительно широких пределах в зависимости от Т кожи, двигательной активности и многих других факторов, то возникающие при работе тепловые сигналы не вызывают смещения установочной точки в центральном звене аппарата терморегуляции. Он считал, что включение различных терморегуляторных реакций, направленных на поддержание Т-гомеостаза при работе, зависит от Т гипоталамуса. Однако исследования Hardy J. And Stolwijk J. (1966) показали, что так называемый “рабочий фактор” существенно зависит от изменений Т работающих мышц и Т крови. К рабочим факторам могут быть также отнесены и нетермические изменения, например, нейромышечные.

В спортивной литературе имеются некоторые данные, которые могут выступать против сдвигов “set point” во время мышечной работы. Так Матюшкина М.А. (1956), Astrand J. (1960) обнаружили у тренированных спортсменов менее выраженные Т-изменения, чем у нетренированных людей, при выполнении стандартной работы. Другие исследователи выявили феномен постепенного снижения степени рабочей гипертермии во время многодневной тренировки (Shvartz E., Magasanic A., Glick Z.,1974; Shvartz E., Merok A., Mechtinger A.,1976).

Весьма интересные результаты были получены при изучении влияния изменения водно-солевого баланса на терморегуляцию. Обезвоживание организма, вызванное продолжительной работой при Т = 32 – 33° С, или гипертермией в финской бане, приводило к дополнительному повышению глубокой Т тела во время физической нагрузки пропорционально степени обезвоживания. Противоположное состояние (гипергидратация) снижало выраженность рабочей гипертермии (Strydom N.B., Holdswarth L.D.,1968; Nielsen B.,1970; Ekblom B., Greenleaf C.J., Dreenleaf J.E., Hermansen L.,1970). Рабочий уровень ректальной Т также увеличивался при возрастании концентрации ионов натрия в плазме крови путем питья или внутривенного введения гипертонического раствора поваренной соли (Dreenleaf J.E., Kozlouski S., Nasar H. et al. 1976; Griffithe J.D., Boyce P.R.,1971). Из этих данных видно, что ради постоянства водно-солевого равновесия организмжертвует” рабочей гипертермией.

Мнения о том, что повышение Т тела не обязательно связано со смещением установочной точки придерживается и Hensel H. (1981). Автор полагает, что при мышечной работе теплопродукция составляет нагрузочную ошибку, погрешность которой возникает в результате самой физической нагрузки. Даже если такая погрешность относительно мала, то центральная Т тела может повышаться до высокого уровня, как следствие низкой кожной Т, обусловленная потерей тепла вследствие потоиспарения. Т кожи при мышечной работе даже в условиях нагревающего микроклимата может быть даже ниже той, которая отмечалась в покое в зоне термонейтральности (Nielsen B.,1969). Сходная ситуация (состояние) возникает и тогда, когда кожа искусственно охлаждается специальной одеждой с водной циркуляцией.

В последние годы в научной литературе, обсуждающей проблемы Т регуляции, появились высказывания о наличии более сложных механизмов обеспечения функционирования терморегуляторной системы в условиях термического стресса. По мнению Hensel H. (1981), как уже указывалось, повышение Т тела может объясняться, по меньшей мере 4 причинами:

1.Тепловой стресс привел к рабочей погрешности;

2.Система терморегуляции перегружена;

3.Стандартные состояния измерений не значимы, так как Т-поле не изменилось;

4. Произошел сдвиг уровня Т-регуляции, т.е. “set point”.

Таким образом, автор считает гипо- и гипертермию, обусловленную перегрузкой системы Т-регуляции, лишь одним из 4-х факторов, имеющих место в условиях нарушения теплового баланса организма.

На основании вышеизложенного нельзя признать корректными мнения тех исследователей, которые рассматривали лишь 2-значно причины повышения Т тела в различных условиях: либо – функциональная недостаточность системы Т регуляции, либо – сдвиг “set point”.

На наш взгляд, нельзя отрицать мнения Hensel H. (1981) и других авторов, которые не признавали возможностей смещения уровня Т-регуляции, тем аргументом, что повышения Т ядра могут быть обусловлены и рабочей погрешностью (причина 1). В соответствии с этой точкой зрения, Т-регуляция, например при физической работе, действует как обычная система пропорционального контроля, которая для включения эффекторной активности требует ошибочного сигнала определенной мощности. С началом физической работы тепло накапливается в организме и Т ядра повышается, но это происходит до тех пор, пока не возникает достаточного сигнала, чтобы “призвать” к эффекторной активности, которая была бы адекватной для удаления из организма того большого количества тепла, которое было продуцировано. В результате этого вновь устанавливается термобаланс, но уже на новом повышенном уровне. В случае изменения режима эрготермической нагрузки можно ожидать лишь незначительного изменения Т ядра, потому что уже имеются более высокие Т-регуляции, и коррекции могут подвергнуться только отдельные участки тела.

Представляется важным знать, что повышенная Т тела, на которой мы, как правило, фокусируем свое внимание, не превалирует во всех тканях тела на одном уровне (причина 3). Так Aikas et al. (1962) сравнивали Т внутримышечную, ректальную и эзофагальную, и обнаружили, что работающая мышца очень быстро нагревается, ее Т может быть даже выше эзофагальной, но неработающая мышца может не испытывать никаких Т изменений в течение довольно продолжительного времени (около 15мин), не считая очень высоких (предельных) нагрузок. Следовательно, когда Т ядра тела при работе повышается, то весь организм нельзя считать системой устойчивого термосостояния. Значительное количество тканей имеют Т ниже, чем Т крови, и лишь по истечении долгого времени могут нагреться.

К этим же данным примыкают исследования Rowell, Brengelmann et al. (1968). Авторы показали, что во время физической нагрузки кровоток в печени снижается, однако уровень метаболизма остается высоким. Следовало ожидать, что Т в печени должна повыситься, а Т ректальная и эзофагальная будут оставаться на тех же уровнях, которые мы считаем нормальными.

На основании изложенных данных о неодинаковых уровнях перегрева разных частей тела в условиях эрготермической нагрузки можно полагать, что Т ядра тела, которую мы измеряем, может не давать правильной информации о накоплении тепла в организме. Последним, очевидно, Hensel H. (1981) и аргументирует 3-ю причину регистрации теплового стресса.

Изложенные сведения о вероятных причинах повышения Т тела не исключают и сдвиг “set point” (4-я причина). В частности, Hensel H. (1981) полагает, что смещение уровня Т-регуляции регистрируется, если Т внутренних слоев тела показывает отклонение, в то время как эффекторные сигналы минимальны. Из концепции многовводной системы следует, что любая Т в теле, которая вызывает сигнал обратной связи, является частью контролируемой измеряемой величины. Если это признать, то Т сигналы не вызывают сдвигов “set point”. Следовательно, как предполагает автор, смещение “set point” наблюдается тогда, когда вовлечены нетермальные факторы.

В последние года начинает проясняться вопрос о механизмах и роли изменений температурного гомеостазиса, однако, на наш взгляд, до окончательного уяснения проблемы ещё явно далеко. В частности, в монографии В.Д.Линденбратена и соавторов из Хабаровска (2001) описаны множество разновидностей гипертермии (лихорадка, перегревание, лихорадоподобные состояния, в их числе: эмоциональная и рабочая гипертермия, фармакологическая /пирогеналовая, кофеиновая, катехоламиновая, эфедриновая/ гипертермия, а также и гипнотическая гипертермия). Но можно лишь понадеяться (исходя из неугомонных устремлений человечества к скорейшему постижению истины), что всё перечисленное поспособствует окончательному уяснению (хоть приближению) важной проблемы о биологической роли “расстройств” гипертермии.

Представленный материал позволяет заключить: по вопросам этиологии изменений Т-гомеостаза продолжается дискуссия, в частности, обсуждаются возможности смещения установочной точки. Наши представления, излагаемые в этой книге, в какой-то мере являются доказательствами, рассматривая обязательность смещения гомеотермии на другой уровень, единый для всех людей, в учитываемых условиях экстремального состояния. Однако мы не считаем их окончательной истиной. И надеемся, что развитие фундаментальной науки и совершенствование методов исследований позволит глубже проникнуть в интимные механизмы функционирования системы температурной регуляции.

 

ГЛАВА 4. ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ СТРЕСС И РАБОТОСПОСОБНОСТЬ

 

4.1. Физиологические сдвиги при нервно-эмоциональном напряжении.

4.2. Эмоции, здоровье и выживаемость.

4.3. Теории стресса.

4.4. Резюме. Размышления.

 

Нередко отношение человека к предмету, действию или фактору выходит за пределы привычных рамок, тогда наблюдается общее возбуждение организма, т.е. соматовегетативной сферы, которое проявляется в повышении Т тела, активизации работы сердца и т.п. В отдельных же случаях (их в “эпоху НТП” становится все больше) индивид или группа людей сталкиваются с необходимостью спасать свою жизнь (в этой книге об этом приведено много фактов), тогда эмоциональная окраска таких переживаний, вероятно, резко отличается от всех остальных эмоций.

В круг наших интересов входили не эмоции вообще. Проблема эмоций довольно широка и имеет весьма солидный возраст (более 100 лет). И мы не будем останавливаться на тех концепциях, которые изложены не только в учебниках (в частности, “Основы психофизиологии”, отв. Ред. Ю.И.Александров, 1998), но и популярной литературе. Кстати, среди всей информации по “эмоциям” наиболее интересна концепция потребностно-информационной теории, разработанная в 1964 - 1986г.г. П.В.Симоновым (Simonov P.,1975, 1984). Но нас интересовали не функции эмоций (подкрепляющая, переключающая, компенсаторно-замещающая, коммуникативная); они у нас не могли представить объект исследования. Объектом же нашего исследования (или даже целью) является стресс, как таковой. Причём стресс, связанный с опасностью для здоровья и/или жизни. А стресс, безусловно, не может проходить без эмоций. Исходя из этого и будет вестись дальнейшее изложение. (Если же говорить о функциях эмоций, то, по нашему мнению, можно было бы выделить еще одну - “антилетальную” или “некрофобическую”).

Вообще-то, понятно, что эмоции, показывая наше отношение к чему-либо, обязательно изменяют работоспособность. В основном повышают её. Так принято считать в народе, да и психология с этим согласна. Однако, если вникнуть глубже, причём под углом зрения нашей работы, то можно задать такие вопросы, на которые трудно ответить. В частности:

- какие виды работоспособности больше увеличиваются, а какие меньше? – Варианты ответов: а) показатели физической работоспособности увеличиваются, а умственной уменьшаются (или без изменений); б) привычная работа улучшается, а непривычная работа ухудшается, а может и ускоряется, но имеет больше ошибок; в) умственная работоспособность увеличивается (или её разновидности, в частности, оперативное мышление улучшается, а внимание ослабевает), а показатели физической работоспособности остаются без изменений; г) все зависит от уровня и “знака” возбуждения.

Таким образом, можно утверждать, что, несмотря на достижения науки, нерешённых вопросов в этой проблеме гораздо больше, чем решенных.

Многие исследователи стресса выделяют отдельное понятие “эмоциональный стресс”, на характеристиках которого мы остановимся.

 

4.1.Физиологические сдвиги при нервно–эмоциональном напряжении

 

Название “эмоциональный стресс” весьма условно, так как любое напряжение, т.е. стресс, всегда переживается эмоционально. “Эмоции есть вкус и аромат жизни!”. “Без стресса нет жизни!” В данном разделе нами будут, в основном, описаны те ситуации, в которых 2-я сигнальная система играет ведущую роль (“второсигнальный стресс”).

Сейчас уже стало понятным, “почему” и “как” любое эмоциональное состояние (напряжение) сопровождается значительными вегетативными сдвигами в организме.

Н.П.Неверева и соавт. (1996) предложили комплекс методов (математический анализ сердечного режима, антропометрические измерения, оценка физической работоспособности, энергетического обмена, уровня психоэмоционального напряжения) для изучения уровней напряжения организма студента в процессе обучения в педагогическом вузе и в дальнейшем, на протяжении всего периода профессиональной деятельности учителя. Показано, что указанные тесты в 20 – 30% случаев позволили выявить достаточно выраженное напряжение адаптационных механизмов, которое авторы расценили как приспособительное к условиям труда студентов и педагогов. Особенно существенные сдвиги были обнаружены в экзаменационную сессию.

Е.А.Умрюхин, Е.В.Быкова, Н.В.Климина (1996) изучали энергообмен и вегетативные функции у студентов при учебной и экзаменационной нагрузках, и обнаружили, что после сдачи экзамена ЧСС повышается до 83.4± 1.9 уд/мин, дыхательный коэффициент увеличивается с 0.84 до 0.90 (Р < 0.001), а Т тела аксилярная достигает в среднем 37.98± 0.07° С.

Работа Н.А.Фудина, О.П.Тараканова, С.Я.Классиной (1996) посвящена изучению влияния музыкальных воздействий на функциональное состояние студентов перед экзаменом и на эффективность выполнения ими тестовой операторской деятельности. Выявлено, что экзамен является фактором психоэмоционального напряжения студентов. Их эмоциональное состояние отражается в вегетативных реакциях, обусловленных выраженной активацией симпатического отдела вегетативной нервной системы. Устранение стрессорного фактора (сдача экзамена) ведёт к значимому снижению исходного уровня симпатической активации, вплоть до нормализации тонуса. При этом наиболее выраженные реакции отмечались со стороны сердечно–сосудистой системы. Однако всё это сопровождалось рядом таких неблагоприятных последствий, как снижение работоспособности и активности обследуемых.

Отдельные исследователи (Шангин А.Б., Шостак В.И., 1996), не изучая Т-изменений, выявляли характер взаимодействия показателей деятельности кардиореспираторной системы, уровня экскреции катехоламинов и реактивной тревожности во время психоэмоционального стресса, вызванного экзаменом, и в фоновый период. Заключение авторов: наиболее важным фактором, определяющим изменения в системе кровообращения при экзаменационном стрессе, является увеличение экскрекции адреналина, вызванное тревогой перед значимой для обследуемых ситуацией. Реакция на данный вид стресса со стороны дыхания проявляется преимущественно в увеличении частоты дыхания и незначительных сдвигах в газообмене. Структура и сила как внутри -, так и в межсистемных связях претерпевают изменения в сторону увеличения значимости межсистемных связей и уменьшения количества внутрисистемных связей в период психо-эмоционального напряжения.

Н.Я.Волкинд в ряде работ (1972,1982,1985) показал, что сдача экзаменов создает высокое нервноэмоциональное напряжение, оказывающее глубокое влияние на многие системы организма студентов, в том числе на сердечнососудистую систему: увеличивается ЧСС, растет кровяное давление, изменяется ЭКГ, повышается тонус сосудов.

В литературе имеется огромное количество работ, в которых приведены сведения о пределах изменения различных показателей функционального состояния организма у людей различного возраста в условиях больших физических нагрузок, рассматриваемых как эмоциональный стресс. В частности, А.Б.Коган и П.Н.Ермаков (1987) изучали ЭЭГ–показатели функциональных состояний обследуемых спортсменов в условиях предельных или околопредельных режимов выполнения задания. Результаты исследований показали, что при выполнении упражнения “шивари”, в период настройки, для функционального состояния рабочих механизмов мозга характерно наличие медленноволновой активности (преимущественно в лобных отделах) с правосторонней асимметрией (по мощности ЭЭГ) и высоким уровнем межполушарной когерентности. После успешного выполнения задания происходит смена знака асимметрии и повышение внутриполушарной когерентности. При этом отмечается значительное напряжение всех систем организма по показателям, артериального давления, частоты дыхания. В частности, в первые 10сек. после выполнения успешного удара частота сердечных сокращений достигала у всех испытуемых 180-200 ударов в минуту, артериальное давление - 170/90 - 200/100 мм рт. столба, а частота дыхания увеличивалась в 3 – 3,5 раза. Сопоставление приведенных результатов с данными литературы дает основания авторам высказывать предположение о ведущей роли лобных отделов коры мозга, и, в частности, его правой половины, в формировании особых функциональных состояний в экстремальных условиях деятельности. При этом наиболее оптимальное приспособление организма к этим условиям осуществляется различными по своей структурно-функциональной организации психофизиологическими механизмами, существенным моментом которых является взаимоотношение активирующих влияний ретикулярной формации и лимбических структур.

В монографии Р.А.Тиграняна (1990) “Гормонально-метаболический статус при экстремальных воздействиях” освещены многие модели экстремальных состояний (главным образом внешних воздействий), и имеются сведения о влиянии эмоционального стресса на функциональное состояние организма. Заключено, что эмоциональный стресс, вызванный сдачей экзамена, сопровождается значительными изменениями уровня разных гормонов и биоактивных соединений в крови студентов, причем эти изменения зависели от исходного уровня исследованых соединений перед экзаменом. На основании полученных данных автор сделал вывод, что простагландинам принадлежит ведущая роль в механизмах возникновения адекватных реакций сердечнососудистой системы для поддержания гомеостаза в условиях использованной модели эмоционального стресса. При этом создается впечатление о том, что именно простагландины участвуют в развитии начальных реакций организма в ответ на воздействие стрессора, с последующим вовлечением других систем для коррекции наступающих изменений.

Представляется интересной мысль, высказанная Л.С.Бачурихиной и соавт. (1972) о том, что “включающееся в комплекс системных защитно-приспособительных реакций эндокринное звено приобретает важнейшее функциональное значение в перестройке всей системы управления, направленной на создание нового уровня гомеостазиса

Нашими исследованиями также показано, что эмоциональное напряжение организма лекторов (преподавателей вузов), вызванное чтением лекций населению по линии общества “Знание”, также является эмоциональным стрессом и сопровождается достаточно значительными сдвигами физиологических функций. В частности, мы обследовали 10 человек опытных лекторов, регулярно выезжающих в районы для чтения лекций сельскому и городскому населению.

До начала лекции и тотчас после неё регистрировали общепринятыми методами следующие показатели: ЧСС, систолическое и диастолическое артериальное давление, Т тела в прямой кишке, точность и лабильность нервных процессов, кистевая мышечная сила.

Исследования проводились осенью, в различное время дня, возраст лекторов составлял 30-45 лет. Продолжительность лекции - от 50 до 65 мин, количество слушателей - от 30 до 100 человек. Обследуемые лекторы по данным обычного медицинского осмотра не имели тех отклонений в состоянии здоровья, которые не соответствовали бы их профессиональной пригодности.

Средние данные функционального состояния организма лекторов до и после выступления представлены в таблице 4.1.

Таблица 4.1.

Изменение физиологических показателей у лекторов под влиянием выступления перед аудиторией

№/№ Показатели До выступ. После выступ Прирост- Р

1. Пульс, уд/мин 76 - 80 80 - 90 4 - 10 < 0,05

2. Систолич. давление, мм 115 - 120 140 - 150 25 - 30 < 0,05

3. Диастолич. давление, мм 70 - 80 90 - 100 20 < 0,05

4. “Точность”, кол-во откл.

от “0” из 5-ти попыток 8 - 9 6 - 10 -2 + 1 > 0,05

5. Т-ра ректальная, ° С 37,4 - 37,6 37,9 - 38,1 0,5 < 0,05

6. Лабильность, кол-во попа-

даний из 25 попыток 23 - 25 25 - 25 2 > 0,05

7. Кистевая мыш. сила, кг 45 - 51 46 - 52 1 > 0,05

Как видно из приведенной таблицы 4.1, устное выступление перед аудиторией вызывает определенное напряжение физиологических систем лектора. Учащается работа сердца, увеличивается кровяное давление, повышается Т тела и т.п. Наиболее существенные изменения наблюдались в организме лектора по данным сердечнососудистой и терморегуляторной систем. Что касается соматических сдвигов (изменения в нервной и мышечной системах), то они не носили достоверного характера.

На наш взгляд, одни зарегистрированные изменения “вегетатики” - безвредны для организма здорового /только здорового/ человека, к ним относятся: прирост ЧСС /на 10 ударов в минуту/ и небольшое повышение Т тела (на 0,5° С); другие – повышение артериального давления – могут вызвать неблагоприятные последствия. Последние обстоятельства необходимо учитывать лицам, имеющим предрасположенность к сердечно – сосудистым заболеваниям, находящимся в состоянии утомления перед лекцией.

На основании проведенных исследований мы сделали вывод о том, что труд лектора в процессе выступления можно рассматривать как стресс, который может характеризоваться существенными психофизиологическими сдвигами в организме. По-видимому, есть смысл соответствующим организациям при оформлении лектора на работу (либо перед непосредственным направлением его для чтения лекции в организации) учитывать его состояние здоровья.

Факты о возможности неблагоприятных сдвигов в организме лектора во время выступления, видимо, необходимо учесть органам врачебного контроля, в плане разработки противопоказаний к устным выступлениям перед аудиторией.

Таким образом, можно констатировать, что все те авторы, которые изучали изменения в организме при различных видах стресса, отмечали порой существенную гипертермию, доходящую до 39 - 40°С. Если признать, что экстремальные состояния всегда сопровождаются повышением Т тела, то возникают два естественных вопроса: почему? И зачем?

 

    1. Эмоции, здоровье и выживаемость

Во многих случаях эмоциогенный стресс (то ли чисто второсигнальный, то ли с элементами первосигнальной этиологии) может далеко выходить за пределы “эмоционального гомеостаза” (либо по интенсивности, либо по продолжительности), тогда временная мобилизация гормонального обеспечения энергетических ресурсов сменяется общим истощением организма, и это становится основой развития различных патологических состояний (начиная с неврозов).

Поэтому представляется важным освещение вопроса: “Как влияют эмоции на работоспособность человека?” – По этому поводу Седов А.В. (1985) писал, что эмоции могут быть как возбуждающими (радость, ненависть, гнев), так и угнетающими (тоска, боязнь, стыд, разочарование и т. д.) Поэтому они способствуют усилению или ослаблению умственной и физической работоспособности. В состоянии сильного возбуждения человек способен совершать огромные мышечные усилия, решать сложнейшие умственные задачи. В этих ситуациях эмоциональное возбуждение помогает организму мобилизовать резервы и наиболее целесообразно приспособиться к необычайной обстановке. Эмоции радости, восторга, гнева, злобы и т.п. повышают мышечный тонус, увеличивают силу и работоспособность мышц (но могут и дезорганизовать поведение).

И, наоборот, - при отрицательных эмоциях (печаль, страдание, страх, и т.д.) у человека может появиться апатия, снизиться мышечный тонус и уменьшиться работоспособность. Но это - не во всех случаях. Здесь, как об этом будет излагаться ниже более подробно, уместно говорить о той стратегии поведения в экстремальных ситуациях, которая сложилась у каждого индивида в процессе жизнедеятельности и которая, в свою очередь, как показали данные литературы, основанные на специальных психофизиологических и эндокринологических исследованиях, обусловлены в значительной мере наследственными факторами.

Исследованиями Ведяева Ф.П., Воробьевой Т.М. (1983) в монографии “Модели и механизмы эмоциональных стрессов” показано, что в 70 – 75% случаев такие заболевания как гипертоническая болезнь, инфаркт миокарда, язвенная болезнь желудка и 12-перстной кишки, неврозы, “психогенный” диабет развиваются на фоне отрицательных эмоциональных состояний. В главе “Эмоциональные стрессы – актуальная медико-биологическая и социально-психологическая проблема” авторы подытожили свои результаты в разработке нейрофизиологического аспекта проблемы эмоциональных стрессов. Авторы полагают, что ключевым интегрирующим аппаратом, который обусловливает единство различных видов человеческой деятельности, является такая категория нейропсихологических явлений, как эмоции. В результате развития этой проблемы современной нейропсихологии возникло учение об эмоциональном фоне, о положительных и отрицательных эмоциях. Разработка этой проблемы с позиций идей нервизма привела к объективному доказательству наличия материального (анатомо-физиологического) субстрата эмоций.

Опыт разработки проблемы эмоций (Губачев Ю.М. и соавторы, 1976) способствовал формированию качественно новых представлений о социально-психологической природе таких состояний человека как радость, удовольствие, комфорт, счастье, восторг, а также им противоположных (по содержанию) состояний - горе, обида, печаль, страх, стыдливость, аффект, отчаяние, безысходность, страдание.

Нужно отметить, что теория эмоций П.К.Анохина (1974, 1975, 1979) учла многие современные идеи и представления о механизмах работы мозга и является наиболее полной. По его мнению, еще в прошлом веке эмоции человека были разделены на “положительные” и “отрицательные”. Положительные эмоции отражают благоприятное состояние организма, приятные ощущения как результат удовлетворения биологических и социальных потребностей; отрицательные эмоции - наоборот, и они длительно удерживаются в ЦНС и могут переходить в “застойное” состояние.

Небезынтересно, что еще Ч.Дарвин (1872) изучал эмоциональные выразительные движения. На основе сравнительных исследований эмоциональных движений млекопитающих он создал “биологическую концепцию эмоций”. Согласно “концепции” выразительные эмоциональные движения рассматривались как рудимент целесообразных инстинктивных действий, сохраняющих в какой-либо степени свой биологический смысл, и, вместе с тем, выступающих в качестве биологически значимых сигналов для особей не только своего, но и других видов.

Эмоциональное возбуждение обостряет не только физические, но духовные и интеллектуальные возможности человека. В экстремальных же ситуациях эмоциональное напряжение достигает предела.

Известен случай с французским математиком Эваристом Галуа, прожившим всего около 22 лет и вошедшим (впоследствии) в число 13-ти “гениев” математики всех времен. Накануне смерти, будучи тяжело раненым на дуэли, он сделал блестящее открытие. Вот как описывается это событие в книге Ц.П.Короленко и Г.В.Фроловой “Чудо воображения”. Ночь накануне смерти Галуа провел в лихорадочном состоянии - спешно, непоследовательно, отрывочно ложились на бумагу его математические идеи: ученый торопился передать их в письме к другу. (Потом его работа по высшей алгебре была отклонена Академией наук как “неясная”.). Немногие друзья верили в гений молодого Галуа и настойчиво продолжали дальнейшие исследования, в основу которых легли предсмертные идеи ученого. Позже определилось: Галуа изложил теорему, которую смогли сформулировать и использовать только через 25 лет, когда математическое мышление стало достаточно развито.

Заслуживает внимания дальнейшее развитие информационной теории эмоций, сделанное Г.И.Косицким. В понятие эмоционального напряжения он, кроме устранения дефицита информации, вкладывает приобретение необходимой энергии и времени для достижения поставленной цели. Г.И.Косицкий различает четыре фазы эмоционального напряжения. Первая фаза характеризуется мобилизацией физиологических функций, так сказать, в разумных пределах. Если действия человека уже начинают противоречить здравому смыслу, то это значит, что наступила вторая фаза эмоционального напряжения. Третья фаза характеризуется угнетением физиологических функций: человек впадает в состояние эмоционального шока. Наконец, четвертая фаза - это уже невроз, который может привести к обострению различного рода заболеваний.

Можно привести немало примеров компенсаторного значения эмоций. Так, ярость помогает человеку бороться даже в тех условиях, где у него на успех “один шанс из тысячи”. Чувство тревоги удерживает от необдуманных поступков, когда опасность еще, как говорится, не смотрит в лицо. Воодушевление, трудовой энтузиазм позволяют достигнуть результатов, которые “трезво мыслящему”, неэмоциональному человеку кажутся недостижимыми. Английский философ Ф.Бекон считал, что мы можем ровно столько, сколько знаем. Сегодня к этому можно сделать существенное добавление: мы можем столько, сколько знаем, плюс то, что мы еще не знаем о резервах нашего организма, в частности, резервах эмоционального напряжения.

При недостатке информации, необходимой для организации успешной защиты от какой-либо опасности, у человека может возникнуть чувство страха. Чувство страха иногда бывает полезно вызывать у себя и произвольно. Например, молодой английский пловец Стив Холланд считает, что установил два своих мировых рекорда на дистанциях 800 и 1500м благодаря тому, что развивал “скорость страха”. Во время спортивных состязаний он постоянно внушал себе, что за ним гонится акула. Угнетающие эмоции могут быть настолько сильными, что человек не в силах бывает с ними справиться. Страх иногда приводит человека в состояние оцепенения. Вот, например, как описывает чемпион мира по парашютному спорту В.Г.Романюк первый прыжок одного врача: “Когда самолет набрал нужную высоту и пришел в зону прыжков, я подал команду приготовиться…Врач вылез на крыло и встал на самом краю…Пошел! – скомандовал я. Но врач, казалось, не слышал команды. Он застывшим взглядом смотрел на бездну у своих ног и не двигался. Вернитесь в кабину! – крикнул я. Но он оставался в прежней позе, видимо, боясь пошевелиться. “Вытяжная веревка все равно откроет ему парашют”, - вспомнил я, и резко положил машину на левое крыло, дав мотору полный газ. Врач сорвался с крыла самолета и камнем пошел вниз. Парашют его раскрылся благодаря натяжной веревке. Сам он не сделал даже попытки выдернуть кольцо. Такое поведение парашютиста я видел впервые. Приземлился он благополучно. На старт пришел бледный, но довольный. Не сердитесь на меня? – спросил я его после полетов. Откровенно говоря, я плохо помню, как там, в воздухе, все произошло, - признался он”.

Д.О.Хеббу удалось экспериментальным путем получить кривую, выражающую зависимость между уровнем эмоционального возбуждения человека и успешностью его практической деятельности (рис. 4.1.).

Представленная кривая показывает, что между эмоциональным возбуждением и эффективностью деятельности человека существует криволинейная, “колоколообразнаязависимость. Для достижения наивысшего результата в деятельности, нежелательны как слишком слабые, так и очень сильные эмоциональные возбуждения. Для каждого человека имеется оптимум эмоциональной возбудимости, обеспечивающий максимум эффективности в работе.

Оптимальный уровень эмоционального возбуждения, в свою очередь, зависит от многих факторов: от особенностей выполняемой деятельности, от условий, в которых она протекает, от индивидуальности включенного в нее человека и от многого другого. Слишком слабая эмоциональная возбужденность не обеспечивает должной деятельности, а слишком сильная разрушает ее, дезорганизует и делает практически неуправляемой.

       

      Рис. 4.1. Кривая Хеббу

      У человека в динамике эмоциональных процессов и состояний не меньшую роль, чем органические и физические воздействия, играют когнитивно-психологические факторы. В связи с этим были предложены новые концепции, объясняющие эмоции у человека динамическими особенностями когнитивных процессов.

      Одной из первых подобных теорий явилась теория когнитивого диссонанса Л.Фестингера. Согласно ей положительное эмоциональное переживание возникает у человека тогда, когда его ожидания подтверждаются, а когнитивные представления воплощаются в жизнь, т.е. когда реальные результаты деятельности соответствуют намеченным, согласуются с ними, или, что “то же самое”, находится в консонансе. Отрицательные эмоции возникают и усиливаются в тех случаях, когда между ожидаемыми и действительными результатами деятельности имеется расхождение, диссонанс, несоответствие. Субъективно состояние когнитивного диссонанса обычно переживается человеком как дискомфорт, и он стремится как можно скорее от него избавиться. Выход из состояния когнитивного диссонанса может быть двояким: или изменить когнитивные ожидания и планы таким образом, чтобы они соответствовали реально полученному результату, или постараться получить новый результат, который бы согласовывался с прежними ожиданиями.

      Шехтер показал, что немалый вклад в эмоциональные процессы вносят память и мотивация человека. Его концепция получила название когнитивно-физиологической.

      Гельгорн Э., Луфборроу Дж. в работе “Эмоции и эмоциональные расстройства. Нейрофизиологическое исследование” (1966) много внимания уделяли вопросам формирования эмоции: роль гипоталамуса в этом процессе, соотношение гипоталамуса и ретикулярной формации, гипоталамуса и коры, гипоталамуса и вегетативных процессов, служащих компонентами эмоционального выражения. Показано, что лимбическая система играет роль своеобразного посредника между гипоталамусом и корой больших полушарий, определяя качество эмоционального состояния, осознаваемого на уровне коры мозга.

      Решающей чертой эмоционального состояния является его интегративность, его исключительность по отношению к другим состояниям и другим реакциям. Эмоции охватывают весь организм, они придают состоянию человека определенное биологическое качество.

      Именно благодаря эмоциям организм оказывается приспособленным к окружающим условиям, поскольку он, даже не определяя форму, тип, механизм и др. параметры воздействия, может со спасительной быстротой отреагировать на него определенным эмоциональным состоянием, сведя его, так сказать, к общему биологическому знаменателю, т.е. определить, полезно или вредно конкретное воздействие. В книге Гельгорна Э. и Луфборроу Дж. сформулирована биологическая теория эмоций.

      Однако, по мнению П.К.Анохина, приведенным в книге сведениям присущ один общий недостаток. Они не рассматривают эмоциональные состояния как продукт эволюции, как закономерное и объективное явление природы, как приспособительный фактор в жизни животного. П.К.Анохин пишет: “Как же ЦНС “узнает” о том, что какой-либо жизненно важный акт совершён на периферии в надлежащей последовательности и полноценном виде (утоление голода, жажды, опорожнение тазовых органов т. п.)? - Для этого существует обратная афферентация. Оценка акта в целом невозможна без точной информации о результатах каждого из посланных по афферентной системе возбуждений. Такой механизм является абсолютно обязательным для каждой функции, и его отсутствие было бы гибельным для организма”.

      Следует понимать, что во многих случаях (их количество особенно увеличилось в настоящее время) даже у отлично подготовленных индивидов (или контингентов) при попадании в экстремальные ситуации, к которым они готовились на протяжении длительного времени, возникает такой эмоциональный стресс, который выходит за рамки привычных возможностей человека (из-за опасности для жизни).

      Так В.И.Лебедев (1989, с.22) полагает, что “при работе в условиях лимита и дефицита времени мобилизуются внутренние резервы человека, приводится в действие ряд механизмов, призванных обеспечить преодоление возникающих трудностей, и происходит перестройка способа деятельности”.

      У многих “экстремальных” профессий ведущее значение в работе принадлежит нервно-психическому напряжению. Д.И.Писарев обнаружил наличие вегетативных неврозов у 75% курсантов и 55% лётчиков (по В.И.Лебедеву, 1989). Как пишет А.И.Северский, лётчик утомляется, потому что во время полёта ему приходится с напряжением следить за показаниями многих приборов, за внешней обстановкой, оценивать всё это и быстро решать ряд возникающих задач (Северский А.И.,1965). У лётчиков наблюдались гипертонические кризы и развивались функциональные нарушения нервной системы.

      Наблюдения К.Лагара за 60 опытными лётчиками, тренирующимися на лётных тренажёрах, показали, что в период “слепого” полёта, т.е. полёта по приборам, моделируемого на тренажёре, у каждого третьего обследуемого частота сердечных сокращении достигала 140, а у отдельных пилотов превышала 190уд/мин.

      По данным А.И.Киколова (1967), у диспетчеров железнодорожного транспорта и гражданской авиации, у которых также лишь с помощью приборов происходит восприятие перемещающихся в пространстве транспортных средств, во время работы ЧСС возрастала, в среднем на 13 уд/мин, артериальное давление увеличивалось на 26мм.рт.столба, значительно повышалось содержание сахара в крови. Причём и на следующий день показатели не приходили в норму. При многолетней работе у них развивалось состояние эмоциональной неуравновешенности (повышенная нервозность), нарушался сон, появлялись боли в области сердца. Такая симптоматика в ряде случаев перерастала в выраженный невроз. Г.Селье также отмечал, что 35% воздушных диспетчеров страдают язвенной болезнью, вызванной нервным перенапряжением во время работы с информационными моделями.

      Известно, что в обычном горизонтальном полёте на современном самолёте-истребителе у многих пилотов ЧСС повышается до 120 и более уд/мин, а при переходе на сверхзвуковую скорость и пробивании облаков достигает 160 с резким учащением дыхания и повышением артериального давления до 160 мм рт.столба и выше. Пульс Н.Армстронга (астронавта) во время маневра по “прилунению” составлял в среднем 156, превышая исходную величину почти в 3 раза.

      В моменты дозаправки самолёта в воздухе ЧСС у лётчиков возрастает до 160-186 уд/мин, а частота дыхания доходит до 35 — 50 раз/мин, что в 2 – 3 раза больше, по сравнению с обычной. Т тела повышается на 0,7 – 1,20 . Отмечаются высокие цифры выброса аскорбиновой кислоты (в 20 и даже в 30 раз выше нормы). Аналогичные сдвиги наблюдаются и у космонавтов во время стыковочных операций. Так у американского астронавта Г.Купера при осуществлении маневра по стыковке космического корабля “Дженими -II” с ракетой-мишенью “Аджена” пульс участился до 180уд/мин.

      Особенно высокая степень риска погибнуть в результате катастрофы у лётчиков, испытывающих новые образцы летательных аппаратов. Американский лётчик-испытатель У.Бриджмен писал, что во время освоения реактивных самолётов только на военно-воздушной базе Эдвардс за 9 месяцев погибли 62 летчика-испытателя. Сам он также потом погиб в испытательном полёте.

      Примером аварии во время космического полёта может служить случай с американским кораблём “Апполон-13”, стартовавшим к Луне II апреля 1970 года. 14 апреля на корабле, находящемся на расстоянии 328 тыс. км от Земли, взорвался баллон с жидким кислородом, осколками был поврежден второй баллон. А так как этот кислород использовался для работы батарей топливных элементов, составляющих главный источник электроэнергии основного блока корабля и систем жизнеобеспечения, то экипаж оказался в критическом положении. Недостаток электроэнергии сразу же отразился на работе системы Т-регуляции: внутри корабля - Т упала до 5°С. Все это происходило, когда “Апполон-13” приближался к Луне. Только благодаря находчивости и мужеству астронавтов корабль, облетев луну на расстоянии 250км, вернулся на Землю.

      Американский астронавт С.Карпентер, проработав около месяца в подводной лаборатории “Силаб-2”,заявил, что “морские глубины даже враждебнее человеку, чем космос”. Только во время 2-й Мировой войны 50 подводных лодок ряда зарубежных стран погибли не в бою, а из-за неисправности в различных системах и агрегатах. И в послевоенный период имели место аварии на подводных аппаратах (на 26 батискафах) и на дизель-электрических подводных лодках Англии, США, Франции, ФРГ, Японии и др. стран, нередко сопровождавшиеся гибелью людей.

      На первой атомной лодке “Наутилус” во время плавания было обнаружено 159 дефектов. Подводной лодке “Хелибат” пришлось экстренно всплыть из-за течи в прочном корпусе. На “Тритоне” произошёл взрыв, повлекший за собой пожар и потерю управляемости. Авария реактора произошла на подводном ракетоносце “Теодор Рузвельт”. Когда подводная лодка “Скейт” совершала переход подо льдами Северного Ледовитого океана, у неё отказал главный конденсатор. Лодка не погибла только благодаря тому, что случайно удалось найти полынью в арктических льдах, всплыть на поверхность и произвести ремонт.

      На зарубежных арктических станциях в послевоенный период (до 1959 года) в результате несчастных случаев (пожаров, падения в трещины, замерзания, отравления и других причин) погиб 81 человек и только 4 человека умерли от соматических заболеваний. 3 августа 1960 года на станции “Мирный” во время пожара погибли 8 человек.

      Участник 1-й экспедиции на Луну М.Коллинз рассказывал: “Там, в космическом пространстве, постоянно ловишь себя на мысли, которая не может не угнетать… Путь на Луну был хрупкой цепочкой сложных манипуляций. На каждого участника полета ложились огромные, порой нечеловеческие нагрузки – нервные, физические, нравственные. Космос не прощает даже малейших ошибок. А ты рискуешь главным – своей жизнью и жизнью товарищей... Это слишком большое напряжение, от которого не уйдёшь и 10 лет спустя (Литературная газета, 1980,1 января, с.13)”. И вот как сложилась дальнейшая судьба “величайшей тройки – Нейла Армстронга, Эдвина Олдрина и Майкла Коллинза. Армстронг уединился на вилле в штате Огайо и всячески старается сохранить положение “добровольного изгнанника”. Олдрин через 2 года после полёта почувствовал, что нуждается в помощи психиатра. Трудно поверить, что в 46 лет он превратился в непрерывно трясущегося человека, погруженного в глубокую депрессию. Он утверждает, что стал таким вскоре после своей “прогулки” по Луне. Коллинз, который несколько суток дежурил на орбите и ждал там возвращения товарищей, возглавляет национальный музей воздухоплавания и космонавтики, открытый в 1976 году.

      Во время полёта к Луне космического корабля “Апполон-10” на селеноцентрической орбите основной блок корабля и лунный спускаемый аппарат разделились. И вдруг спускаемый аппарат начал вращаться вдоль продольной оси. У астронавтов возникла иллюзия, что они стремительно падают на Луну. Сернан от неожиданности растерялся. Только находчивость и мастерство Стаффорда помогли избежать катастрофы. Он быстро включил ручное управление и стабилизировал спускаемый аппарат.

      Космонавт Г.С.Шонин писал (1976): “Из двадцати человек “Гагаринского набора” в Центре подготовки космонавтов продолжают работать (на 1975г.) только восемь. Кто погиб в космосе, кто - в воздухе, кто - на земле. У одних не выдержали нервы, других подвело здоровье”.

      Изложенные в настоящем разделе данные о влиянии эмоционального стресса (носящего, главным образом, аутогенный характер) на организм человека позволяют считать, что эмоции мобилизуют вегетативную сферу и усиливают энергетику тренированного организма, выполняющего привычную работку; это, в конечном итоге, увеличивает работоспособность, резко повышая, тем самым, вероятность выживания в опасных условиях. Однако длительный либо “чрезмерный” по интенсивности эмоциональный стресс всё же истощает организм и может лежать в основе различных патологических изменений (начиная с неврозов).

      В плане вышеизложенного будет уместным изложить ниже по близкому нам вопросу представления интенсивно развивающейся в последние годы психофизиологии. В ней одним из практических разделов повышения эффективности деятельности является проблема саморегуляции (Конорски Ю.,1970; Котик М.А., Емельянов А.М.,1985). Там при оценке адаптации человека к экстремальным условиям деятельности (напоминаем, что у нас рассматриваются предельные и запредельные условия) выделены типы саморегуляции психофизиологического состояния, как принадлежность к определенному виду психической деятельности. Показано, что успешность определяется (обусловливается) взаимодействием 2-х механизмов: на психологическом уровне - механизма экстра-интраверсии, который обеспечивает поведенческую и эмоциональную вариативность, и на физиологическом - определенного типа вегетативной регуляции (эрго-трофотропного), ответственного за энергетическое обеспечение психической деятельности (Дикая Л.Г.,1990; Дикая Л.Г. и соавт.,1994).

      У лиц с гармоничным стилем (экстравертов с высокой энергетикой) оба фактора работают как один слаженный механизм, у них достаточно жизненных сил, чтобы активно взаимодействовать с окружающим миром. Иная тактика - у лиц с экономным стилем саморегуляции (интравертов с низкой энергетикой). Эти испытуемые, имея слабые энергетические ресурсы, осторожны, стараются не тратить свои эмоции понапрасну, и если им приходится работать в условиях, требующих больших энергетических затрат, то у них быстро развиваются состояния утомления, депрессии и психического истощения. Однако в комфортных условиях этот стиль саморегуляции может быть для них оптимальным. Совсем другая картина наблюдается в группе интровертов с эрготропным реагированием. Будучи не очень “активными” в поведении и имея большие резервы, они как бы накапливают ресурсы и поэтому только в напряженных условиях могут позволить себе выплеснуть эмоции наружу, не ухудшая своего состояния. Их стиль саморегуляции, который определен авторами как накопительный, также приближается к оптимальному. В наиболее сложной ситуации оказываются экстраверты с трофотропным реагированием, представители затратного стиля. Обладая низкими энергетическими ресурсами, в своем поведении они затрачивают массу энергии, что делает их стиль саморегуляции наиболее неэффективным и неоптимальным. Знание индивидуального стиля позволяет более успешно осуществлять регуляцию психофизиологического состояния и разрабатывать индивидуально-ориентированные системы обучения методам саморегуляции.

      На наш взгляд, вышеизложенные представления психофизиологии не могут распространяться на поведение индивидов в борьбе за жизнь. Очень может быть, что со временем, когда не только специалисты, а и большинство населения поймут, что сейчас насильственной смертью погибает в 10 - 15 раз больше людей, чем “нормальной” (физиологической), будет выделена как самостоятельная наука, именуемая как “экстремальная психофизиология” либо “экстремология”.

       

    1. Теории стресса

Дата открытия стресса Гансом Селье известна точно - 4 июля 1936 года, когда вышла его статья “Синдром, вызываемый различными повреждающими воздействиями”. В ряде своих работ Г.Селье показал независимость процесса приспособления от характера раздражителя или нагрузки. Термин “стресс” в значении “неспецифическое напряжение в живой материи”, отражающееся на функциях эндокринных желез, или “сумма всех сил, действующих на живую систему против равновесных состояний” впервые был употреблен Г.Селье и Т.МакКвоуном (1935).

Общий адаптационный синдром имеет по Г.Селье (1950,1960) определенные и теперь уже хорошо известные стадии: реакция тревоги, стадия резистентности и стадия истощения.

Ради справедливости надо отметить, что начало экспериментального изучения стресса, фактически положил А.А.Богомолец (1905,1909). Он впервые установил, что при самых разных формах мобилизующего воздействия (фарадизация, дифтерийная интоксикация, мышечное напряжение, ботулизм, беременность, введение стрихнина, пилокарпина, цитотоксических антител) в коре надпочечников происходят гистологические изменения, отражающие усиление секреции и сопряженные с накоплением некой “липоидной субстанции”.

Впоследствии идея интегрированного неспецифического ответа организма на опасность получила блестящее развитие на страницах классических трудов У.В.Кеннона “Телесные изменения при боли, голоде, страхе и гневе” (1915) и “Мудрость тела” (1932). В них автор обосновал роль автономной нервной системы и, особенно, ее симпатического отдела и катехоламинов, а значит и мозгового вещества надпочечников, в мобилизации организма при отрицательных эмоциях.

Р.Лазарус развил учение о стрессе (1956,1970): выдвинул концепцию, согласно которой разграничивается “физиологический стресс”, связанный с реальным раздражителем, и “психический (эмоциональный) стресс”, при котором человек (на основе индивидуальных знаний и опыта) оценивает предстоящую ситуацию как угрожающую, трудную.

В попытках многих авторов, предлагающих определение понятия “стресс”, в большей мере идет речь именно об эмоциональном стрессе. Саnnon (1929), например, характеризовал стресс на угрожающий стимул как целесообразную реакцию, создающую в организме оптимальные условия для последующей борьбы или бегства. Арнольд (цит. по Лазарусу, 1970) определял рассматриваемое понятие как любое условие, которое нарушает нормальное функционирование организма. По Леви (1972), это характер психологической реакции, которая подготавливает организм к действию. Лазарус (1970) считал, что стресс имеет отношение только к актам в такой окружающей среде, которая чревата вредом или угрозой вреда. И, наконец, по Селье (1960), стресс - это совокупность общих черт в реакциях живых организмов на стимулы, имеющие тенденцию нарушать динамический гомеостаз психологических, биохимических и физиологических процессов.

В определениях одних ученых стресс - это обязательное нарушение и вред (Арнольд, Лазарус и др.), других - это любая реакция, нарушающая гомеостаз (Селье, Леви и др.).

С.А.Разумовым (1976) сделана попытка условного подразделения стрессоров, непосредственно или косвенно участвующих в организации эмоционально-стрессовой реакции у человека, на четыре группы. К первой группе относятся стрессоры активной деятельности, в том числе экстремальные стрессоры (участие в боевых действиях, космических полетах, испытание новой техники, работа сапёров, спелеология и т.п.), работа с информационной перегрузкой при дефиците времени, соревнования, конкурсы. Ко второй группе относятся стрессоры оценок: а) старт-стрессоры (предстоящие состязания, защита диссертации, предоперация, воспоминания пережитых событий), б) стрессоры побед или поражений (победа в соревновании, конкурсе, признание изобретения, успех в искусстве, крупный проигрыш, болезнь или смерть любимого человека и т.п.), в) стрессоры зрелищ (спортивные зрелища, остросюжетные фильмы, захватывающие театральные представления). К третьей группе относятся стрессоры рассогласования деятельности: стрессоры разобщения (конфликты в семье, на работе, неожиданное известие), стрессоры ограничений (сенсорная или мускульная депривации, тюремная изоляция, сексуальная дисгармония, голод, жажда). К четвертой разновидности относятся физические и природные стрессоры (мышечные нагрузки, хирургические вмешательства, медицинские процедуры, травмы, темнота, яркий свет, неприятный звук, вибрация, качка, высота, холод, жара, землетрясения).

Надо понимать, что наличие стрессора еще не всегда обуславливает развитие стрессовой реакции. Например, не каждый человек вздрагивает при выстреле, некоторые люди страшатся новизны и изменения своего статуса, другие - наоборот: стремятся к новому и неизведанному. Имеются люди, которые сознательно ищут стресса в форме приключения и, кажется, получают от этого удовольствие.

В определенных условиях эмоциональные стрессоры обладают огромной мощностью своего воздействия на организм. Ещё Cannon (1957) описывал случаи смерти совершенно здоровых людей из отсталых племён после нарушения ими запрета проклятия, объясняя подобную смерть шоком от крайнего эмоционального возбуждения. Аналогичные наблюдения описал Рейчэр (1957): он вызывал мгновенную смерть вполне здоровых животных (крыс), внезапно помещая их в мешок и плотно (но не сильно) обхватывая рукой или опуская в сосуд с водой. У многих крыс при этом наблюдалась брадикардия и остановка сердца в диастоле. В этих условиях автор считал главной эмоцией безнадежность нахождения выхода из создавшейся ситуации, а не эмоцию активного ужаса.

Несмотря на многочисленные мнения в психологии до сих пор не сложилось единой теории стресса, а само понятие стресса продолжает оставаться расплывчатым и многозначным.

В свое время наибольшие симпатии завоевала теория стресса, предложенная Лазарусом. Основным понятием её является интеллектуальный процесс оценки, позволяющий индивидууму анализировать значение действующего раздражителя и решать вопрос о его возможном вреде. Эта теория, по сути, - первая собственно психологическая концепция стресса - получила название когнитивной (познавательной) теории стресса.

Интересна точка зрения французского учёного П.Фресса, полагавшего, что стрессогенным моментом является не сама по себе ситуация, а отношения в этой ситуации между мотивами и возможностями субъекта действовать адекватно им. В зависимости от степени соответствия мотивации возможностям индивидуума все стрессогенные условия П.Фресс подразделяет на две группы. Первую составляют условия, при которых объект не способен, не умеет или просто не готов действовать (новизна, необычность, внезапность ситуации). Вторую группу составляют: сверхсильная мотивация, вызывающая сверхсильное волнение, либо повышенное напряжение, либо разрядку возбуждения (в форме радости, смеха и т.д.). Особенно сказывается сверхсильная мотивация в социально значимых ситуациях, в условиях конфликта.

Холт с соавторами (1970), перечисляя показатели стресса, различают физиологический, поведенческий и психологический уровни.

Многие ученые, изучающие стресс, судят о нем по выделению адреналина и норадреналина, частоте сердечных сокращений и субъективным реакциям испытуемых (самооценке, самочувствию и настроению). И вообще, следует отметить, что наибольшее значение большинство учёных придают именно регистрации и анализу гуморальных реакций.

Весьма интересна трактовка стресса, предложенная В.В.Суворовой (1975). Одним из её основных положений является гипотеза о зависимости вида стресса от “места приложения стрессовых воздействий”, т.е. от того субстрата, где возникает реакция на эти воздействия. В зависимости от этого она выделяет стресс периферический, который наступает при нарушении гомеостаза от воздействий (Т-ных, болевых, химических, радиоактивных, и т.д.) на периферические органы и ткани, и развивается по типу общего адаптационного синдрома, и стресс церебральный, который наступает при отрицательном воздействии на функции второй сигнальной системы и процессы высшей нервной деятельности. В соответствии с этим выделяется два его вида - второсигнальный и первосигнальный.

Как и большинство исследователей стресса, В.В. Суворова разделяет негативную позицию в оценке состояния стресса, считая, что стресс - это чрезвычайное состояние, которое необходимо преодолеть, из которого необходимо выйти. Стресс, как правило, отрицателен.

Вполне понятно, что стресс необходимо дифференцировать от других близких состояний, например, тревожности, фрустрации, дискомфорта и др. Но разграничение стресса и эмоциональных состояний довольно сложно, и даже не всегда представляется возможным.

Много лет в психологии доминировало понимание стресса как состояния, вызывающего понижение функционального уровня. Значительное число исследований посвящено изучению стресса как фактора, отрицательно действующего на психические функции и деятельность индивидума, а также дезорганизующего его поведение.

Сравнительно недавно стали говорить о двух формах влияния стресса - повышающего функциональный уровень деятельности человека (“стресс льва”) и понижающего его (“стресс кролика”). Обнаружено, что у льва в надпочечниках обнаруживается преимущественно норадреналин, а у кролика - адреналин. Возникла гипотеза о том, что при эмоциях, связанных с необходимостью задержать их внешние проявления, усиливается выделение адреналина (гормона кролика); а при эмоциях, связанных с выраженным внешним проявлением (агрессивная реакция, сопровождающаяся яростью, гневом, злостью), выделяется норадреналин (гормон льва).

М.Франкенхойзер (1967) пыталась объяснить различное влияние одной и той же стрессовой ситуации на разных людей относительным усилением выделения адреналина в период стресса. Тревога и избегание (тормозные форма стресса) наблюдаются у “кроликов”, агрессивная форма (возбудимая форма стресса) - характеризует “львов. Было высказано предположение о том, что это - обусловлено различиями в такой черте личности, как тревожность. Но эта гипотеза в дальнейшем не получила экспериментального подтверждения (М.Франкенхойзер, 1970).

Отдельными исследователями давно выдвигалась мысль о роли сознания в гормональном обеспечении стрессовых реакций (Лазарус, 1970). В частности, стресс, связанный с умиранием, у многих людей (как и животных) является главным условием, его создающим. Хотя имеется немало случаев, когда смерть не кажется чем-то страшным. Работы Шнейдемана (1913), Фейфеля (1959), Диггори и Рофмана (1961) показывают, что смерть имеет различное психологическое значение для разных людей и, по-видимому, меняется и та основа, на которой вырастает страх смерти.

Агрелль Я. (1970) в своей работе “Стресс: его военные последствия - психологические аспекты проблемы” писал нижеследующее: “Страх в бою - это вполне обычное явление, его испытывают от 80 до 90% солдат. Кроме того, имеется целый ряд вегетативных симптомов: недомогание, боли в желудке, чувство усталости, головокружение, потливость. По проверенным американским данным, у 25% бойцов в обстановке боя бывает рвота, а недержание кала и мочи - у 10-20%

Маршалл также обнаружил, что в обстановке боя только 25% американских солдат использовали своё оружие, и это всегда были одни и те же лица. Л.Люнгберг описывал, что после высадки в Северной Африке и Нормандии иногда случалось так, что каждый второй человек, достигший сборного пункта батальона, и, не будучи раненым, тем не менее, не мог продолжать сражаться в связи с психическими нарушениями.

Обобщая взгляды многих авторов на сущность психологического стрессора, можно сказать, что стрессогенная ситуация предъявляет человеку требования, воспринимающиеся им либо как превосходящие его возможности, что ведет к дистрессу, либо как позволяющие реализовать свои возможности, ответить на эти требования, и благодаря этому достигнуть желаемых последствий. При этом играет роль как субъективная неопределенность требований и возможности им отвечать, так и субъективная значимость последствий ответа.

Обсуждая проблемы стресса нельзя не остановиться на спортивном стрессе, который, по мнению многих исследователей, стоит на одном уровне с другими разновидностями стресса. Нередко ставился вопрос: почему спортивный и физиологический стрессы сопровождаются в большинстве случаев положительными эмоциями? (Б.Е.Мельник и М.С.Кахана, 1981).

Отдельные авторы указывают о том, что организм животных значительно легче переносит стрессовые ситуации, объясняя это тем, что животные немедленно используют стрессовую энергию на реализацию физических реакций, обычно связанных с бегством или нападением. Человек же этой возможности в большинстве случаев не имеет, точнее он не может реализовать стрессовую энергию сразу, поэтому его физиологические системы долгое время могут работать на “повышенных” оборотах.

Не поэтому ли психические стрессы играют важную роль в возникновении гипертонической болезни!? При прочих равных условиях распространенность гипертонической болезни среди работников умственного труда более высокая, нежели среди людей других профессий. У докторов и кандидатов наук она составляет 10,17%, у инженеров -6,63%, у лаборантов - 4,48%.

От стресса уйти невозможно. Предупредить его также почти никогда нельзя. Но человек может регулировать свои стрессовые реакции. Как? - Дело в том, что при любом воздействии на организм может возникать одна из двух реакций - активная (борьба) или пассивная (бегство или примирение). В монографии “Медико-биологические формы стресса” Б.Е.Мельник и М.С.Кахана описывают, что с двумя формами стрессовых реакций связаны две группы гормонов, совершенно противоположных по своему действию на организм. Одна группа – “кататоксичные” гормоны - выделяются при ситуации, когда организму надо бороться, сражаться, другие гормоны – “синтоксические” – диктуют организму противоположную команду “сражаться не надо!” Поэтому мы правильно должны оценить ситуацию, поскольку от этого зависит, какая группа гормонов включается.

В своей работе “Элементы теории экстремального состояния организма” И.А.Ерохин (1993) полагал, что экстремальное состояние характеризуется, по крайней мере, тремя основными (качественными) признаками: I.Предельным напряжением функциональных механизмов срочной адаптации, угрожающим их срывом и необратимой компенсацией, 2.Вовлечением в адаптационно-компенсаторную реакцию “тыловой зоны обороны организма - базисных процессов обеспечения стабильной жизнедеятельности, осуществляемой на клеточно-молекулярном уровне, 3.Принципиальной допустимостью благоприятного исхода. Последний признак вытекает из отличия экстремального состояния организма, разжигающегося внезапно, на фоне относительно стабильной жизнедеятельности.

Сравнительно недавно сложилась также довольно стройная эндотоксиновая теория развития экстремального состояния организма и его последствий (Пермяков Н.К., Яковлев М.Ю.,1989; Яковлев М.Ю.,1987). Клинический образ экстремального состояния, сложившийся в субъективном сознании на основе практического опыта, настойчиво ассоциируется с острым энергетическим кризисом. Представляется, что именно энергетический кризис, создавая угрозу острого истощения и необратимого срыва механизмов срочной адаптации, заставляет организм идти на крайнюю меру – временное торможение базисных процессов стабильной жизнедеятельности (т.е. повседневного, текущего тканевого метаболизма, в самом широком смысле этого понятия) в интересах достижения сиюминутной цели - выживания в экстремальной ситуации. И единственный путь продлить существование целостной биосистемы - это мобилизация глубинных внутренних резервов. Резервы, видимо, могут быть получены за счёт торможения базисных процессов стабильной жизнедеятельности путём резкого смещения в них термодинамического равновесия в сторону энтропии, с одновременной активацией алгоритмов репродукции целевых энергоносителей для подкрепления срочной адаптационной компенсаторной реакции”

Биоэкономический методологический подход при оценке экстремальных состояний предполагает следующее. Во-первых, выработка в организме наиболее экономичных, лишенных побочных эффектов, алгоритмов срочной адаптации к действию сильных и сверхсильных раздражителей, что в определенных пределах может достигаться целенаправленной тренировкой. Во-вторых, биоэкономический подход создает дополнительное обоснование раннего начала лечебных мероприятий по поддержанию срочной адаптационно-компенсаторной реакции до вовлечения в неё базисных метаболических процессов. В третьих, проявляется целесообразность перевода организма, переживающего экстремальное состояние, на более экономичный режим жизнедеятельности путем создания искусственного гипобиоза, наиболее физиологичные методы которого нуждаются в специальном изучении. В-четвёртых, биоэкономический подход побуждает оценивать сам факт перенесенного экстремального состояния любого генеза как возможную причину развития эндогенных заболеваний иммунного, онкологического или метаболического плана на протяжении всего последующего жизненного цикла организма.

В своей монографии “0нтогенетические и генетико-эволюционные аспекты нейроэндокринной регуляции стресса” Е.В.Науменко, М.Вигаш, А.Л.Поленов (1990) предполагали, что “стресс, по-видимому, выполняет роль своеобразного “посредника” между средой и генетическим аппаратом. Резкие изменения среды, провоцируя состояние стресса, мобилизуют скрытую генетическую изменчивость, что, в свою очередь, облегчает поиск и отбор наиболее адаптивных вариантов. Генерализованное расширение диапазона изменчивости связано с вовлечением в сферу стрессорных реакций новых нейроэндокринных систем регуляции и непосредственным влиянием гормонов стресса на геном. Свойства организма, в том числе и его стрессорная активность, являются результатом взаимодействия генотипа и среды. Из средовых влияний наиболее важными в определении признаков взрослого организма оказываются условия его раннего онтогенеза, когда организуются процессы, в частности, механизмов, обеспечивающих стрессовую реакцию, протекают наиболее быстрыми темпами, и потому могут быть легко изменены или модифицированы внешними воздействиями.

Соотношения генотипической вариабельности и фенотипической имеют сложный характер. Особенно это касается соотношений между силой стрессорной реакции и выраженностью генотипической изменчивости различных признаков (Маркелло,1987). Можно думать, что в наибольшей мере способствует проявлению генотипической изменчивости средний уровень стресса, большая же интенсивность стресса, так же как и ее снижение до минимума (в состоянии покоя), сопровождается уменьшением проявления генетических различий. Влияние стресса на проявления генетического разнообразия может быть усилено при условии действия стрессирующей стимуляции в раннем онтогенезе, на который приходятся критические периоды развития основных физиологических систем.

Таким образом, можно согласиться с ранее высказанными представлениями Д.К.Беляева (1972, 1974, 1979) о важной роли стресса в эволюционном процессе. То есть, можно полагать, что резкие изменения среды, провоцируя состояние стресса, мобилизуют генетическую изменчивость, что облегчает поиск и отбор наиболее адаптивных в данных условиях вариантов. Генерализованное расширение диапазона изменчивости связано с вовлечением в сферу стрессорных реакций центральных нейроэндокринных регуляторных систем. Другим источником генетической изменчивости может быть непосредственное влияние гормонов стресса на геном с последующим изменением вероятности мутаций и рекомбинаций.

И.П.Анохина (1988) при изучении особенностей функционирования катехоламиновой системы у крыс с различной устойчивостью к стрессу и у больных с психогенными депрессиями обнаружила, что важным фактором индивидуальной устойчивости в условиях эмоционального напряжения является генетически детерминированная активность ферментов синтеза катехоламинов, в первую очередь, дофамин-бета-гидроксилазы. Врожденная активность животных обеспечивает адаптацию к чрезвычайной ситуации. Однако автором высказано предположение о том, что эта черта может развиваться в течение жизни под воздействием окружающей среды.

Значительный вклад в расширение представлений о стрессе внес Ф.З.Меерсон и соавт. В частности, в монографии “Адаптация к стрессорным системам и физическим нагрузкам” (1988) Ф.З.Меерсон и М.Г.Пшонникова писали о том, что в настоящее время структура заболеваемости принципиально изменилась. Инфекционные заболевания отодвинулись, а главное место стали занимать “эндогенные”: рак, ишемия, язвенная болезнь, диабет, психические болезни. Резко изменился психогенный фонд. Большинство людей и животных, поставленных в безвыходные стрессовые ситуации, не погибают, а приобретают резистентность. Поэтому стали все больше говорить о стресс-лимитирующих факторах.

Но реакция организма на стрессовые воздействия обеспечивается не отдельными органами, а организованными определенным образом и соподчиненными между собой системами. Можно говорить о становлении в головном мозге функциональной системы - системы временных связей, которая становится основой новых навыков и поведенческих реакций. В частности, таким процессом является активация синтеза нуклеиновых кислот и белков, возникающая в клетках, ответственных за адаптацию систем, обеспечивающая тем системного структурного “следа”.

Рост количества и - РНК, на которых интенсивно протекает синтез клеточных белков, приводит к тому, что увеличивается масса структур, а следовательно, и функциональных возможностей клетки, что составляет основу “долговременной” адаптации. На основании этих и других фактов механизм, через который функция регулирует количественный показатель активности генетического аппарата - скорость транскрипции, был обозначен Ф.З.Меерсоном (1963) как взаимосвязь между функцией и генетическим аппаратом клетки. В результате возникают две цепи явлений: I. Мобилизация функциональной системы, которая доминирует в адаптации к данному конкретному фактору, например, к физической нагрузке, холоду, недостатку кислорода; 2. Совершенно неспецифическая, возникающая при действии любого нового или сильного раздражителя, стандартная активация стресс-реализующей системы.

Небезынтересны взгляды К.В.Судакова о влиянии стрессовых состояний на системную интеграцию функций человека, его работоспособность и здоровье (1996). Автором изучались с позиций теории функциональных систем те отдельные результаты (кванты) функционирования организма в условиях психоэмоционального стресса, каждый из которых определяется совокупной деятельностью функциональных систем поведенческого и гомеостатического уровней.

Имелись попытки установить акценты классической концепции стресса с позиций общей теории функциональных систем. В частности, в статье К.В.Судакова “Новые акценты классической концепции стресса: обзор” (1997) приведены данные, демонстрирующие развитие классической концепции стресса, предложенной Г.Селье. Показана трансформация общих представлений о стрессе в проблему эмоционального стресса, как первичной эмоциогенной реакции человека и животных на действие стрессоров. С позиций общей теории функциональных систем, предложенной П.К.Анохиным, обоснована ведущая роль конфликтных ситуаций в генезисе эмоциональных стрессов. В отличие от представлений Г.Селье о неспецифичном характере общего адаптационного синдрома стресса, постулируются положения о специфическом проявлении стресса в деятельности различных функциональных систем организма. Автором на основании многолетних собственных экспериментальных исследований обоснованы новые представления о необходимости индивидуального подхода к изучению различных показателей стресса, включая активацию ранних генов и перекисное окисление липидов; о первичности изменений функций мозга при стрессе, порождающих психосоматические нарушения; о роли лимбико-ретикулярных структур мозга в формировании “застойного” эмоционального возбуждения как основы психопатологии; о роли олигопептидов в механизмах формирования устойчивости к эмоциональному стрессу.

Важный интерес имеют представления Д.А.Жукова о том, что реакция особи на неконтролируемое воздействие зависит от стратегии поведения (1996). Автор показал, что крысы “КНА” и “КЛА” различаются по целому ряду поведенческих характеристик, что позволяет говорить о двух стратегиях приспособительного поведения – активной (КНА) и пассивной (КЛА). Крысы с активной стратегией поведения устойчивы к стрессорному воздействию, если они могут контролировать ситуацию. Реакция крыс с пассивной стратегией поведения не зависит от фактора контролируемости ситуации.

Небезынтересны данные В.Г.Шаляпиной о нейроэндокринной регуляции стресса. В статье “Функциональные качели в нейроэндокринной регуляции стресса” (1996) на основании данных литературы и многочисленных собственных исследований утверждается мнение автора о централизированном управлении эндокринными функциями при стрессе и поведенческой обусловленности нейроэндокринных реакций на внешние воздействия. Причем все это зависит от общей возбудимости мозга. Имеются основания убеждать в том, что гормональный ответ зависит не только от природы стресса, но и от субъективной оценки стресс-ситуации, а также индивидуальной стратегии субъекта во время стресса (Е.В.Науменко, 1990). О последнем свидетельствуют также и многочисленные генетические исследования, выполненные Н.Н.Дыгало, Н.С.Юдиным, Т.С.Калининой, Е.В.Науменко (1990) на животных с различным приспособительным поведением и стрессорной реакцией основных эндокринных систем.

Таким образом, стресс выполняет роль посредника между средой и генетическим аппаратом.

Н.В.Дмитриева и О.С.Глазачев в статье “Концептуальные подходы к диагностике стресс-индуцированных функциональных нарушений у человека в условиях производственной деятельности” (1997) при диагностике стресс-индуцированных состояний у человека рассматривали механизмы развития адаптационного синдрома в этих условиях. Они указывали, что возникновение синхронизации при напряжении, активной деятельности означает синергию поведения отдельных физиологических механизмов кардиореспираторно-гемодинамической системы. Т. е. наблюдается качественное изменение системы: она становится функционально единой и дает новый результат – многократное увеличение снабжения тканей кислородом, питательными веществами. При срыве адаптационных процессов, их истощении наблюдаются десинхронизация автоколебаний и дисбаланс внутри - и межсистемных связей в автоколебаниях.

Предлагаемые авторами новые подходы к диагностике донозологически стресс-обусловленых состояний позволяют обосновать измерение стресса в его развитии: стадии напряжения и перенапряжения могут рассматриваться как этапы ” положительной ” динамики адаптационного синдрома в случае их развития в условиях сохранности авторегуляции, с возникновением явлений резонанса. В условиях дисгармонии соотношений автоколебаний и дисбаланса их взаимосвязи эти стадии и стадия срыва адаптации различаются по степени отклонения соотношений автоколебательных процессов от инвариантных значений количественных коэффициентов. Для экспресс-диагностики функционального состояния человека на рабочем месте, выявления степени психоэмоционального напряжения, стресса, необходимо (но недостаточно) определение выбора параметров функционального состояния кардиореспираторной и кардиоваскулярной систем. Главной прогностической донозологической характеристикой является степень гармоничности соотношения этих параметров, т.е. сбалансированности связей между подсистемами организма, что можно количественно описать с помощью предлагаемых алгоритмов полипараметрии, синхронизации автоколебательных процессов физиологических функций и формализовать их в виде оригинальных диагностических устройств.

Таким образом, резюмируя вышеизложенное, можно заключить, что до 90-годов ХХ столетия в мировой литературе накопилась обширная информация о стрессе (его этиологии, патогенезе и частично “нормогенезе”). Было выдвинуто немало форм классификации различных видов стрессов и описаны психофизиологические особенности влияния на организм человека и животных. В последние 10-летия ХХ века, возможно, в связи с социальными потрясениями, а может на основе закладки научного фундамента для теоретического осмысливания многих важных проблем адаптации “вообще”, или выдвижения новыхумов” (имеется в виду послевоенное поколение учёных), стали проводиться попытки углубить эту проблему, дойти до её “сути”. Проблема, как можно было предположить и раньше, кроется, вероятно, в микро – (интимных) структурах, на морфофункциональном уровне.

Очевидно, немалую роль в прогрессивном развитии теории о стрессе в последнее 10-летие сыграло совершенствование методического обеспечения исследований, в том числе и технического оснащения.

Нужно понимать, что описанные варианты стресса чисто условны, во всех случаях нужно ставить вопрос о субъективной эмоциогенности стрессора, его значимости для личности либо организма. Ведь понятно, что во всех случаях эмоциогенный фактор играет определяющую роль. Он усиливает или ослабляет энергетику. Поэтому здесь уместно говорить о сочетанном влиянии на организм двух или более факторов, один из которых – обязательно эмоции, а другой – тепло, физические нагрузки, и т.п.

Автор этой книги, сторонник чётких обобщений, взял на себя смелость предложить с учётом своих индивидуально-характерологических особенностей следующие ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ТЕОРИИ СТРЕССА.

1. Стресс возникает в условиях превышения привычных норм при действии экзогенных или эндогенных раздражителей.

2. Стресс выражается сначала в неспецифических, а затем и в специфических реакциях.

3. Повышение температуры тела является одной из характеристик стресса.

4. Стресс последовательно проходит через стадию тревоги, напряжения, перенапряжения (по Г.Селье).

  1. Обеспечение стресса – регуляция нервная (высший регулятор – кора больших полушарий, в том числе и концептуальная модель деятельности) и эндокринная (полуавтоматический регулятор, в основном, “гормональная система стресса”).

6. Генетическая обусловленность стресса проявляется в наследственных возможностях эндокринной “системы стресса” к усилению активности и изменению пропорции выделения катехоламинов, навязывающих стратегию поведения особи в экстремальных условиях.

7. Детерминанты психологии стресса – психические факторы, вырабатываемые на основе наследственных особенностей, жизненного опыта и воли человека, обусловливающие стратегию поведения в конкретных экстремальных состояниях.

8. Стресс играет определенную роль в эволюции - путём влияния экстремального состояния организма на активацию интимных механизмов изменчивости, давая, таким образом, материал для естественного отбора.

 

 

4.4. Резюме. Размышления

На основании изложенных в настоящей главе представлений об изменениях функционального состояния организма в условиях сильных эмоциональных напряжений (при эмоциональном стрессе), превышающих порой информационные возможности и представления человека, можно обобщить следующее:

  1. Без стрессов нет жизни,
  2. Эмоции в одних случаях способствуют увеличению работоспособности и выживаемости, в других – уменьшению,
  3. Данная проблема недостаточно изучена в науке.

 

Предполагается, что в связи с увеличением исследований по проблеме эмоционального стресса и более глубоким пониманием, как его психофизиологической сущности, так и нейроэндокринных механизмов его развития, генетической обусловленности (вызванных социальными потребностями, выросшими в связи с резким увеличением количества катастроф) через 15-20 лет наука о стрессе сделает резкий шаг вперед. Мы надеемся, что эта наша работа хоть в малой степени будет способствовать развитию и решению проблемы повышения работоспособности и увеличения, таким образом, выживаемости в экстремальных состояниях.

 

 

ГЛАВА 5. СПОРТИВНЫЙ СТРЕСС И ГИПЕРТЕРМИЯ

 

5.1. Диапазон рабочей гипертермии в спорте.

5.2. Гипертермия и работоспособность

5.3. Синдром спортивного стресса.

5.4. Исследования терморегуляции при физических нагрузках.

5.5. Резюме.

 

Во многих случаях человек выполняет работу при комфортной Т среды, но, как показывают наблюдения и специальные исследования, налицо выступают симптомы, свидетельствующие о напряжении механизмов системы Т регуляции. И нередко все же в организме развивается гипертермия. То повышение Т “ядра” тела, которое обусловливается выполнением лишь физической нагрузки, принято называть рабочей гипертермией.

Ниже излагаются данные тех исследований, которые посвящались изучению изменений терморегуляции человека в условиях мышечной работы и влияния рабочей гипертермии на функциональное состояние организма.

 

5.1. Диапазон рабочей гипертермии в спорте

 

Сведения о значительном повышении Т “ядра” тела человека при физической работе начали публиковать еще давно (Obernier,1867; Christensen H,1931; Гиппенрейтер Б.С.,1949; Asmussen E., Boje O.,1945; Гилл А.В.,1935; Zuntz N.,Schumburg G.,1902; Веселкин П.Н.,1963).

Некоторые авторы (Reilly R.F., Pasker J.F.,1967) отмечали повышение ректальной Т до уровня = 38,3° С даже при работе на велоэргометре, “вызывающей учащение пульса лишь до 130 уд/мин”. Кстати, другие исследователи (Pugh L.G.C.F., Corbett J.L., Jahnson R.N.,1962) зарегестрировали прирост глубокой Т тела у летчиков до уровня = 37,9-38,5° С при еще меньшей физической активности.

В работах К.М.Смирнова (1959) установлено, что адаптированные к теплу лица могут выполнять работу при повышении Т тела до 40-41° С, т.е. того уровня, при котором жизнедеятельность неадаптированных к теплу лиц резко нарушается, а работоспособность снижается до “0”.

А.Б.Гандельсман и К.М.Смирнов указывали (1970), что повышение Т тела в условиях физической нагрузки до 38° С и даже 39° С является нормальным и даже желательным для достижения максимальной работоспособности; повышение же до 40° С и более создает уже угрозу перегревания организма и ограничивает достижения спортсмена.

Особенно значительное повышение Т тела обнаружено при выполнении продолжительных упражнений “на выносливость” и соревновательных нагрузок в спортивных играх. Так, Pugh et all.(1962) обследовали на финише 63 участников марафонского забега (42км195м) при Т воздуха =23° С и влажности относительной 58% и обнаружили, что средняя ректальная Т составила 39,0° С, а у победителя 41,0° С, средние потери веса равнялись 2,85кг, а у победителя 5,23кг.

Исключительно высокая Т тела выявлена у спортсменов после игры в регби = 41,0° С (Snellen J.W.,1972). Другие авторы отмечали повышение Т тела после футбольного матча в среднем до 39,4° С (Cohen I., Mitchell D., Seider R., Kahn A., Phillips F.,1981), и предлагали в целях уменьшения риска гипертермии “ правильную коррекцию потери жидкости во время игры”.

Robinson Sid (1963) при изучении Т изменений у хорошо тренированных легкоатлетов во время соревнования в беге на 10 км обнаружил повышение ректальной Т после забега в среднем до 39,7° С при внешней Т среды 10° С, и достижения Т тела 41,1° С при 30° С.

Отмечены в литературе и “феномены” повышения ректальной Т во время бега - свыше 43,0° С, что авторы (Sutton J.R., Bar-Or O.,1980)) назвали “тепловой болезнью”. Кстати, указывалось (James K.P.,1974), что тепловой удар вследствие рабочего перегрева тела тяжелее переносится организмом, чем при пассивном перегреве, и нередко сопровождается летальным исходом.

А.В.Седов указывал, что среди участников состязаний Предолимпийских недель и самих Олимпийских игр в Мехико в 1968г. на высоте 2240м над уровнем моря наблюдалось несколько сот случаев значительного ухудшения самочувствия спортсменов после финиша вплоть до потери сознания. У многих бегунов после финиша отмечались сильная одышка, цианоз губ и носа, резкое падение артериального давления, сильнейшее сердцебиение и т.п. При резкой перемене положения тела спортсмены, находившиеся в таком состоянии, теряли сознание. На Олимпиаде в Мехико было также отмечено более ста случаев мигрени, вызванной физическим перенапряжением. Это недомогание сопровождалось тошнотой, рвотой и сильной головной болью (Седов А.В.,1985, с.98-99).

В.Нечаев в статье “Жара и выносливость” (1993) сообщал: “ни один фактор в такой мере не снижает результатов в марафонском беге, как жара. За 1986-1992г.г. на состязаниях по марафону на ММММ (Московском Международном Марафоне Мира) многие сотни участников сошли с дистанции с симптомами перегрева. Более десятка бегунов попали в клинику в тяжелейшем состоянии; данные по смертности этого марафона отсутствуют”.

Т тела на финише марафонского бега составляет, как правило, 39 - 41° С. Иногда, по данным литературы, Т тела поднимается еще выше, - до 42,3° С. Пороговым же уровнем для развития теплового удара считают Т тела = 40,6 - 41,5° С. Согласно книге рекордов Гинесса максимальная Т тела, зарегистрированная у человека (52-летний чернокожий пациент, получивший тепловой удар и выживший после него) равняется 46,5° С.

Термотолерантность, таким образом, является необходимым условием для достижения успехов в состязании на выносливость.

Маран и др. (1977) показали, что у спортсменов, бегающих “марафон” на результат 2 : 30, повышение Т тела достигало “плато” на уровне = 38,9 - 40,1° С к 35 – 40мин забега.

Тренер по легкой атлетике Г.В.Коробков в книге “О личности тренера и спортсмена” рассказывает о матче сборных команд СССР и США по легкой атлетике, который проходил в Филадельфии в 1959г. Во время этого матча старт бега на 10 000м был дан при Т воздуха +35° в тени. Вот описание этого бега:

“Оставался последний км дистанции. Впереди - Десятчиков, поразительно справлявшийся с духотой, за ним Сот, далее Пярнакиви и Труэкс. Вдруг Сот начинает шататься. Он бежит уже не у бровки, а по синусоиде. Бег его начинает походить на конвульсивные прыжки. Тепловой удар не миновал и его. С этого момента стадион наблюдал состязание, равного которому по трагичности обстоятельств не знала история спорта. Вопрос шел не о том, кто первым (Сот или Пярнакиви) добежит до финиша. Исход матча мог зависеть от того, кто из них добежит вообще, кто выдержит это сверхчеловеческое испытание.

Сот был впереди Пярнакиви на 200м, когда упал в первый раз. Он встал, обвел безумным взглядом стадион. Кто-то крикнул ему, в каком направлении надо бежать. И он побежал. Через 150м он замертво рухнул на дорожку. В этот момент Пярнакиви, напрягая последние силы, проплелся мимо него. Впереди оставалось 600м. Но Хуберту показалось, что до финиша лишь 200м. Напрягая все силы, он “финишировал” и узнал, что бежать еще 400м. Наперекор всему, он продолжал двигаться вперед. Сколько сил понадобилось ему до финиша - трудно описать”.

Некоторые исследователи указывали на фазный характер повышения Т тела во время нагрузки. Первая фаза сопровождается очень слабым увеличением Т и длится 3-6 мин. от начала выполнения работы. Для второй фазы характерно крутое и очень быстрое нарастание гипертермии, которая продолжается 20-30 минут от начала работы. Затем начинается третья фаза, при которой Т тела стабилизируется на новом повышенном уровне, зависимом, как полагали исследователи, от мощности выполняемой работы. Однако, при очень интенсивной работе третья фаза может быть выражена слабо, т.е. Т тела продолжает постепенно повышаться в течение всей работы (Бернштейн В.А., Синайский М.М., Федотова В.Г.,1975; Вайнер Э.Н., Чубарев Н.С.,1979).

Для удобства и наглядности мнений различных авторов по вопросу стабилизации Т тела на новом уровне во время выполнения работы приводим таблицу 5.1.

Таблица 5.1.

Скорость и величина перестройки температуры тела при работе

 

 

Авторы, год опубликования

Мощность работы

Температура тела

Стаб– я..мин

Прирост, в град.

Nielsen M., 1938

900кгм/мин

40

1,0- ректальная

Аikas и др.,1962

900кгм/мин

15

0,5- пищеводная

Nielsen B., Nielsen M., 1962

900кгм/мин

30

0,9- пищеводная

Nielsen B., Nielsen M., 1965

900кгм/мин

20

0,8- пищеводная

Nadel E. и др., 1971

900кгм/мин

30

0,7- пищеводная

В.Saltin,L.Hermansen,1966

50 % МПК

25

1,4- пищеводная

Бернштейн В.А. и др., 1975

50 % МПК

30

1,1-тимпанальная

Бернштейн В.А. и др., 1975

30 % МПК

30

0,7-тимпанальная

Баженов Ю.И. и др., 1977

650кгм/мин

16

0,5- ректальная

Баженов Ю.И. и др., 1981

650кгм/мин

20

0,8-тимпанальная

Из приведенной таблицы видно, что скорость и величина перестройки Т тела при работе у разных авторов имели диапазон отличий соответственно от 15 до 40 минут и от 0,5° до 1,4°.

На наш взгляд, слабостью позиций вышеперечисленных авторов, обнаруживших стабилизацию Т тела при работе, являются используемые последними методики. Во-первых, не учитывался уровень физической тренированности обследуемых лиц, что нельзя признать правильным при изучении влияния на организм мышечной работы. К тому же нашими (Павлов А.С., 1973) ранними исследованиями показано, что тепловая устойчивость находится в зависимости от уровня физической тренированности субъекта. И естественно, что у физически тренированных людей динамика гипертермии при работе будет отличаться от таковой у нетренированных людей. Этим отчасти можно и объяснить отличия в скорости и величинах перестройки Т тела при работе. Во-вторых, мощность нагрузок не обосновывалась, а подбиралась, по-видимому, любая, которая устраивала исследователя, что не согласуется с современными представлениями теории оптимизации (Уткин В.Л.,1981). В-третьих, велоэргометрическая проба, применяемая в качестве тестирующей нагрузки всеми перечисленными в таблице 5.1 авторами, хотя и была дозирована по объему внешне выполняемой работы, но имела ряд недостатков. И это, по мнению последующих исследователей (Воеводина Т.М., Коржавин А.Н., Куприяшин Ю.Н., Тарасов С.И.,1975; Уткин В.Л.,1981), не позволяет рекомендовать её применение для всех контингентов населения. Имеются также некоторые основания полагать, что насильственное навязывание темпа и мощности работы может влиять на её эффективность, а также уровни физиологического напряжения. Очевидно, не проводилось учёта психологических факторов, в том числе и возможных влияний концептуальной модели предстоящей деятельности.

Другие исследователи не обнаруживали фазный характер повышения Т тела вo время работы. В частности, наши ранние исследования (Павлов А.С.,1972) показали, что при выполнении степ-теста до отказа, когда ректальная Т регистрировалась постоянно, её рост не имел существенных колебаний вплоть до отказа от работы.

Вышеизложенное свидетельствует о необходимости критического отношения к результатам о фазном характере скорости и величины перестройки Т тела при работе, а также дополнительного уяснения этих же вопросов с учётом современных методологических подходов при оценке взаимосвязей явлений и факторов.

Значительный вклад в уяснение вопросов терморегуляции при мышечной работе внесла статья Э.З.Рабиновича “Температурный гомеостаз при мышечных нагрузках - обзор (1978). Прекрасная работа умного ученого! Автор на основании анализа специальной литературы изложил следующие выводы (приводится часть, касающаяся нашей проблемы), цит. с. 23:

- “Физиологические реакции при пассивном перегреве тела и активном нагреве в процессе работы существенно отличаются”;

- “Только в 3-х случаях организм повышает установочную точку терморегуляции при воздействии средовых факторов: 1) при лихорадке, вызываемой болезнями или химическими веществами, 2) при пассивном перегреве, когда эквивалентная внешняя Т…, 3) при выполнении интенсивной мышечной работы”;

- “Если в первых двух случаях гипертермия сопровождается снижением функциональных возможностей организма, и, в первую очередь, ограничением двигательной активности, то в 3-м случае - при мышечной работе наблюдается так называемая контролируемая гипертермия…”.

На наш взгляд, исключительный интерес представляют данные двух исследователей (Myhre K., Hellstrom B.,1973; Thomson G.E., Stevenson J.A.J.,1965) о том, что Т тела у крыс во время физической работы повышалась независимо от ее интенсивности примерно до одного уровня. Порог колонической Т для вазодилатации кожи хвоста и лап животных при этом также не изменялся и соответствовал Т = 39,2° С, хотя авторы использовали различные диапазоны скоростей бега: 3,2 - 6,2 м/сек и 5 - 15 м/сек.

 

Изложенные выше данные различных исследователей о величинах рабочей гипертермии, наблюдаемой у представителей разных видов физической нагрузки в модельных и естественных исследованиях, побудили нас к проведению собственных исследований с целью выявления пределов рабочей гипертермии, наблюдавшейся в нескольких видах спорта в естественных условиях тренировки и соревнований.

Как правило, предельные уровни развивающейся при работе гипертермии мы изучали во время контрольных прикидок, зачётов, соревнований и т.п., поскольку именно в этих случаях обследуемые нами испытатели могли показывать свои предельные возможности. Физкультурников обследовали во время зачётных уроков по физическому воспитанию в вузе. Тотчас после завершения зачётных упражнений (марш-бросок на 6км, кросс 2000м, прыжки в длину, и т.п.) мы приглашали в лабораторию студентов-добровольцев и измеряли у них Т сдвиги в организме.

Установлено, что после завершения упражнений на выносливость (марш-бросок, кросс) ректальная Т поднималась в среднем до 39,0+0,2°С, а у отдельных индивидуумов - до 40° и более; что касается средней Т тела, то ее прирост составлял в среднем 0,9°, а у некоторых субъектов – 1,9°С.

Исследования пределов рабочей гипертермии у боксёров показало, что в условиях поединков с равным по подготовленности партнёром ректальная Т поднималась до 40,5 - 41,0°, а средняя Т тела - до 39°. После завершения поединка Т ядра в течение 10-ти мин быстро снижалась до 38,7-38,9°, и на этом уровне еще поддерживалась 12-17 минут.

Борцы “самбо” и “дзюдо” в наших обследованиях выполняли во время тренировки в спортивном зале по заданию тренера от 3 до 5-ти 10-минутных схваток (с перерывами 3-5 мин между ними), в результате чего ректальная Т повышалась в среднем до 39,6±0,1°, а у отдельных спортсменов - свыше 40,0°С. В целях изучения пределов рабочей гипертермии у представителей спортивных игр мы зафиксировали изменения ректальной Т игроков команды-победителя во время финальной встречи на первенство Луганской области по ручному мячу. Соревнования проходили в закрытом помещении (в манеже) в апреле. Оказалось, что у всех обследованных нами спортсменов, в том числе и вратаря, Т тела была выше 39,4°, а у отдельных игроков = 40,5-40,6°.

Исследования легкоатлетов (бегунов, прыгунов и метателей) мы проводили во время соревнований на первенство области по легкой атлетике. На финише мы приглашали спортсменов в кабинет врача, где регистрировали Т-изменения. Выявлено, что у спортсменов, выполнявших непродолжительные по времени упражнения (бег на короткие дистанции, прыжки, метания) Т тела на финише составляла 38,7-39,2°; у бегунов на средние и длинные дистанции (свыше 800м) ректальная Т поднималась гораздо выше, т.е. более 40° .

На основании всего вышеизложенного можно заключить, что в естественных условиях спортивной деятельности при выполнении достаточно продолжительной и интенсивной мышечной работы всегда повышается Т тела; уровни рабочей гипертермии могут достигать 39-40°, а у высокотренированных спортсменов Т ядра тела может повышаться и выше 40°, приближаясь к 41°.

Полученные в этих исследованиях данные о пределах развития гипертермии у физкультурников и спортсменов, мы использовали в последующем при регламентировании безопасных уровней перегрева организма в модельных условиях.

На основании изложенных выше данных можно заключить:

1. Достаточно интенсивная и продолжительная мышечная работа всегда сопровождается повышением Т тела, которое достигает значительных величин / 40-41° и более /, однако в литературе нет дифференцированной оценки значимости различных уровней рабочей гипертермии в изменении функционального состояния лиц различной степени физической тренированности, не выявлены “безопасные” пределы накопления тепла в организме;

2. Одни авторы показывали, что повышение Т ядра тела при работе имеет фазный характер, элементом которого является стабилизация гипертермии на повышенном уровне; другие исследователи обнаруживали лишь линейное развитие рабочей гипертермии в условиях физической нагрузки;

3. Подавляющее большинство исследователей полагали, что скорость и величина перестройки Т тела в условиях физической работы зависят от мощности выполняемой нагрузки, однако отдельные авторы на крысах показали независимость стабилизации рабочей гипертермии от мощности работы;

4. Продолжает дискутироваться вопрос о целесообразности рабочей гипертермии: одни авторы расценивают её как следствие недостаточности терморегуляторной системы, другие утверждают, что повышение Т тела во время работы является физиологически регулируемым явлением.

 

5.2. Гипертермия и работоспособность

 

Изложенные в предыдущем разделе сведения литературы о повышении Т тела во время работы, и разноречивые данные о значимости изменений терморегуляции побудили нас (в целях уяснения механизмов последней) познакомиться с работами тех авторов, которые изучали изменения показателей работоспособности в условиях развития рабочей гипертермии. Основанием для такой постановки вопроса явились данные теории функциональных систем, разработанной П.К. Анохиным (1962) и получившей свое развитие в работах К.В. Судакова (1976), о том, что в любой деятельности организма (или его части) имеет место стремление к конечному полезному результату.

Одним из первых исследователей, обративших внимание на возможность изменения физической работоспособности в связи с повышением Т тела, можно считать Asmussen (1945). В последующем и другие авторы пытались установить зависимость различных показателей физической работоспособности от Т либо отдельных мышц тела либо целостного организма (Bergh V., Ekblom B.,1978,1979,1979-a).

Нужно отметить, что перечисленные авторы в своих исследованиях больше изучали изменения показателей терморегуляции, чем работоспособности, и лишь некоторые исследователи приходили к выводам, что повышение Т тела способствует увеличению отдельных показателей мышечной работоспособности. В частности, Bergh V. (1980) в исследованиях на человеке показал, что “...максимальная мышечная сила определенно связана с Т мышц, этот эффект возрос на 2% и 4-6% при изометрических и динамических упражнениях соответственно”. Однако, автор не связывал прирост изучаемых разновидностей работоспособности с конкретными Т - показателями.

Бобков Г.А. и соавт. (1978) в эксперименте на белых крысах выявили, что при нагревании последних электробинтом (экзогенный фактор) от 37,5 до 39,5° работоспособность увеличивалась на 15-20%, если же - до 40,5° - то снижалась до исходной величины, если же - выше 40,5° - то падала ниже исходного уровня. Авторы пытались также изучить на спортсменах-регбистах изменения работоспособности в процессе естественной спортивной тренировки, вызывающей прирост тимпанальной Т до 38°, однако четких результатов не получили.

А.Б. Гандельсман и К.М. Смирнов на основании анализа данных литературы (1970) высказывали предположение о том, что “...повышение Т тела до 38 и даже до 39° является нормальным и даже желательным для достижения максимальной работоспособности. Повышение же Т тела до 40° и более создает уже угрозу перегревания организма и ограничивает достижения спортсмена”.

Отдельные авторы (Райхман С.П.,1982), придерживаясь той точки зрения, что нарушение нормотермии в организме всегда отрицательно влияет на его функциональное состояние, в том числе и работоспособность, предлагали в целях избежания развития рабочей гипертермии охлаждать человека холодным теплозащитным снаряжением.

Вместе с тем, описаны и факты увеличения различных показателей работоспособности человека и животных при повышении Т тела, вызванном мышечной работой на велоэргометре (Bergh V.,1980), плаванием при различной Т воды (Bergh V.,1980), работой в тепловой камере (40° С) в жидкостном кондиционирующем костюме (Davies C.T.M.,1982.; Davies C.T.M., Mecrow I.K., White M.J.,1982), после нагревания и охлаждения мышц голени (Davies C.T.M.,1982; Davies C.T.M., Mecrow I.K., White M.J.,1982) либо предплечий (Petresry J.S., Burse R.L., Lind A.R.,1981) водой.

Л.А.Иоффе и Г.А.Бобков (1988) проанализировали данные литературы и обратили внимание на следующее:

- по данным А.Ленинджера (1976), Т-оптимум большинства ферментов человека находится в диапазоне от 40 до 50° С;

- для человека оптимальная Т покоя должна быть в диапазоне - 39,0 - 39,5° С, и только “экономические соображения” заставляют поддерживаться Т ниже (Бартон А., Эдхолм О.,1957);

- повышение Т изолированных нейронов приводит к увеличению скорости возбуждения (Ходоров Б.И.,1975) и объему информации от проприорецепторов (Запанов Г.В. и соавт.,1973).

На основании изложенного авторы пришли к выводу, что разогрев организма приводит к увеличению работоспособности в упражнениях на силу, скорость и координацию, но не выносливость, где разогрев ядра тела оказывает отрицательное влияние.

Таким образом, можно видеть, что представленный материал об изменениях работоспособности в связи с повышением Т тела не позволяет считать проблему решённой и оставляет место для дискуссий.

 

В последние годы опубликовано несколько наших работ о влиянии рабочей гипертермии на работоспособность различных контингентов (спортсменов, горноспасателей, пожарных, штурманов авиации), а также о механизмах повышения Т тела во время мышечной работы (Павлов А.С.,1987; 1988;.2006). Можно рассчитывать, что в результате этого в определенной мере прояснился вопрос о взаимосвязях мышечной работы и Т тела.

В частности, нами проведены исследования по изменению специальной работоспособности у нескольких групп спортсменов. Последние индивиды специально не приглашались в лабораторию, а работоспособность измерялась прямо на месте тренировки в условиях выполнения каждым его специфической работы (в связи сТ изменениями при достижении гипертермии 0,5-1,0-1,5-2,0°).

На таблице 5.2. представлены данные изменений показателей специальной работоспособности у легкоатлетов, боксеров и каратеистов при различных уровнях рабочей гипертермии, а также ректальная Т, при которой показан наивысший результат. Прочерки в этой таблице обозначают то, что в исходном состоянии спортсмены отказывались выполнять без разминки сложные упражнения в связи с опасностью получения травмы.

Таблица 5.2.

Изменение показателей специальной работоспособности у легкоатлетов - 1, боксеров - 2 и каратеистов - 3 при развитии рабочей гипертермии в естественных условиях тренировки в помещении (Т воздуха 20-23° С)

1. Легкоатлеты

Показатели работспосо-бности, единицы измерения.

Ректальная температура, ° С

Т-ра, при которой показан наивыс-ший рез-т, ° С

До трени-ровки

Во время тренировки

 

37,2

38,3

38,9

39,0

Прыжки,в см.

         

Вверх с двух

68,01,1

71,01,9

76,32,1

73,80,8

38,90,1

Вверх с одной

61,52,0

66,01,7

67,80,9

67,60,0

38,90,1

Вперед с\м

291,819

293,81,2

298,82,0

295,51,8

38,90,1

З-ной обыч

-

8773,1

8894,0

8902,4

39,10,2

3-ной на лев

-

8652,4

8773,3

8773,4

38,90,1

3-ной на прав

-

8764,0

8983,2

8833,4

38,90,1

Бег, в сек.

         

30м. на прав

-

4,78±0,12

4,64±0,09

4,68±0,08

39,1±0,3

30м. на лев

-

4,79±0,1

4,65±0,1

4,75±0,1

38,9±0,1

100м. обычн.

-

11,5±0,11

11,24±0,12

11,15±0,1

39,1±0,1

200м. обычн.

-

24,5±0,09

24,20±0,09

23,90±0,1

39,1±0,1

300м. барьеры

-

-

39,4±0,13

38,8± 0,1

39,1±0,2

2. Боксеры

Показатели работос-сти,импульс удара в отн. ед.

Ректальная температура, ° С

Т-ра,при кот.показан навысш-ий рез, ° С

До

Во время тренировки

 

37,2°

 

38,5°

 

39,1°

 

39,2°

Правая рука

         

Прямой

-

21,1±0,3

22,0±0,4

23,50,4

39,2±0,2

Боковой

-

23,1±0,2

24,9±0,3

22,8±0,3

39,1±0,1

Снизу

-

22,1±0,3

20,1±0,2

22,7±0,4

39,2±0,2

Левая рука

         

Прямой

14,8±0,5

16,7±0,4

20,1±0,3

18,2±0,3

39,1±0,2

Боковой

23,4±0,5

26,2±0,4

24,9±0,3

27,5±0,5

39,2±0,1

Снизу

19,7±0,4

24,8±0,6

25,8±0,4

24,6±0,3

39,1±0,1

Сумма за 30 сек боксир-я

-

1338,398,7

1591,9±67,5

1660,2±94,2

39,2±0,2

3. Каратеисты

Показатели раб-сти, импульс удара, отн. ед

Ректальная температура,° С

 

Т-ра, при которой показан наивысш. рез-т, ° С

% прироста

До тре

нировки

Во время тренировки

37,2

38,3

38,7

39,1

Гяку

17±2

23±2

30±3

29±2

38,7

76

Тетсуи

23±2

28±2

29±1

39±1

39,1

30

Эмпи

16±1

19±2

18±1

20±1

39,1

25

Майя

18±1

20±1

21±2

22±1

39,1

22

Моваши

23±2

20±2

24±1

25±2

39,1

9

Ушира

18±1

18±1

19±1

20±1

39,1

11

Сумма за 10с комбинацию

 

170±8

 

193±7

 

287±8

 

280±7

 

38,7

 

69

Примечание: прочерки (“-”) в таблице означают то, что спортсмен отказывался без “разминки” выполнять упражнение в связи с опасностью травмы.

Из представленной таблицы 5.2 видно, что наивысшие результаты показаны легкоатлетами при уровнях ректальной Т = 38,9 - 39,1°С, боксёрами = 39,1 - 39,2°С, каратеистами = 38,7 - 39,1°С.

Если подсчитать средний прирост (в %-тах) показателей специальной работоспособности спортсменов при повышении Т тела во время тренировки, то он составляет: 1. Легкоатлеты - 8,3% (по данным лишь тех показателей, которые регистрировались и до нагрузки), 2. Боксеры – 28,1%,3. Карате – 37,8%.

 

5.3. Синдром спортивного стресса

Как изложено выше, спортивные упражнения вызывают такое повышение Т тела (39,40 и более градусов), которое в обычных условиях считается патологией. Причём, как показано, повышение Т тела сочетается с увеличением показателей специальной работоспособности спортсменов. Почему?!

В настоящее время стало принятым говорить об “эрготропном синдроме”, без которого, по мнению многих авторов, невозможен спорт. Поэтому уже стал распространённым термин “спортивный стресс”.

Среди всех переработанных нами источников литературы по проблемам спортивного стресса наибольшей интерес представляет монография Л.Д.Гиссена “Время стрессов” (1990). Автор убеждён, что спорт невозможен без “эрготропного синдрома”. Однако в условиях спортивной деятельности наряду с физиологическими компонентами и психические аспекты могут стать сильными стрессорами. Исследователи отмечают, что психическая адаптация в спорте связана с интеллектуальными и эмоциональными процессами. Не сама ситуация, конечно, является стрессором, а отношение спортсмена к ситуации может сделать её стрессовой. Вообще, нет ни одной абсолютно стрессогенной ситуации, но каждая ситуация, в зависимости от отношения к ней, может оказаться стрессором. Отсюда и роль психологических мотивационных факторов, определяющих отношение.

Роль психического компонента стресса в спорте отмечают не только исследователи. Многие выдающиеся тренеры мира, воспитавшие победителей крупнейших соревнований, основывают свою систему тренировки с учетом особенностей психики спортсменов. Американский тренер Джордан (цит. по Гиссен, 1990, с.13) считает, что для достижения успеха в спортивных соревнованиях эмоциональная сторона состояния как минимум так же важна, как и физическая. Известный тренер по академической гребле К.Адам (цит. по Гиссен, 1990, с.14) стрессу у гребцов даже посвящает специальные исследования. Воспитатель целой плеяды олимпийских победителей в плавании Д.Каунсилмен отводит стрессу специальный раздел в своей монографии “Наука о плавании”. В частности, он пишет: “мы есть то, что мы есть, потому что мы подвергаемся воздействию стресса и адаптируемся к различным видам стресса. Состояние нашего тела, нашего ума и нашего характера есть результат этих адаптаций”.

Всё приведенное подчёркивает не только актуальность проблемы стресса вообще, но и, в частности, проблемы психического стресса для спортивной науки, и обосновывает интерпретацию многих явлений, наблюдающихся в спортивных ситуациях, с позиций современного понятия о стрессе.

Один из исследователей психического стресса в спорте П.Шмидт (высшая гимнастическая школа Меклинген в Швейцарии) рассматривает психический стресс следующим образом: “сам по себе психический стресс приводит к симптому напряжения, он имеет приспособительный характер и может быть целесообразен. Затруднять спортивную деятельность могут явления тревоги, вызывающие напряжение ненужной мускулатуры, меняющие выработанный навык. Это определяет и профилактические мероприятия в этом периоде: снижение тревоги и предупреждение изменений мышечного тонуса” (цит. по Гиссен, 1990, с.14).

Л.Леви (1970) обнаружил положительную корреляцию между интенсивностью эмоционального возбуждения, выделением адреналина и норадреналина с мочой. Ф.Элмадъян и др. (1957: цит. по Гиссен, 1990) указывали на такие же результаты, сравнивая выделение катехоламинов во время напряжённых ситуаций у хоккеистов и боксёров. Отмечено, что сама утомительная физическая нагрузка изменяет выделение катехоламинов. У лыжников и марафонцев после тренировки их выделение было в 4 - 8 раз больше, чем в покое. Сходные итоги получены при сравнении выделения катехоламинов и у хоккеистов (до, во время и после игры). По данным В.И. Баландина (1973), сдвиги во время тренировочной нагрузки оказываются у лыжников всё же в 2 раза меньшими, чем во время соревнования.

Г. Крахенбал также изучал (1971: цит. по Гиссен, 1990) выделение катехоламинов у теннисистов в четырёх ситуациях: обычные условия, тренировка, ожидание соревнования, соревнование. Различия между обычными условиями и тренировкой получились недостоверными. Достоверные различия между тренировками и соревнованиями подтвердили, что психические стрессоры вызывали значительное увеличение выделения катехоламинов. В данном эксперименте психическая переменная имела большее влияние на усиление стрессовой реакции, чем нагрузочный физиологический компонент.

Интересно отметить, что по данным Б.Е.Мельника и М.С.Кахана (1981), у тренированных животных спустя 24 часа после нагрузки количество адреналина и норадреналина в гипоталамусе превышало исходные цифры; у нетренированных животных при тех же условиях количество адреналина долго оставалось сниженным. Кстати, авторы отметили, что в обычных условиях наиболее мобильным медиатором является норадреналин, наименее - адреналин. Однако при физических нагрузках главную роль играет все же адреналин.

Б.Е.Мельник и М.С.Кахана (1981, с.156) полагают также, что “животные в сравнении с человеком значительно легче переносят стрессовые ситуации, поскольку животные немедленно используют стрессовую энергию на реализацию физических реакций, связанных с бегством или нападением. Человек же этой возможности не всегда имеет, точнее: он не всегда может реализовать стрессовую энергию, и его физиологические системы продолжают работать на больших оборотах, что при неоднократном повторении может привести к истощению и болезни”.

Наблюдения адаптации спортсменов к условиям стресса в значительной мере касаются и изучения сердечнососудистой системы. Некоторые авторы отмечают, что сердечнососудистые проявления стресса могут стать существенным фактором ограничения работоспособности. Канадский учёный Р.Шефард (1968) изучал состояние сердечнососудистой системы в условиях Олимпийских игр. Он отмечал, что в наибольшей степени стрессовые проявления фиксируются при ожидании старта и что они по-разному оказывают своё влияние в зависимости от предстоящего вида деятельности. Телеметрический метод регистрации позволил определить обычную частоту (195 - 220 уд/мин) сердечных сокращений у спортсменов во время выполнения упражнений в соревнованиях. Однако проблема соотнесения частоты сердечных сокращений и выполняемого объема максимальной нагрузки пока не решена.

Важно отметить, что еще пока нет единой теоретически обоснованной практической системы регистрации динамики состояния спортсменов в экстремальных условиях деятельности. Пока сохраняется “разнобой”, что не позволяет сравнивать и обобщать данные разных авторов.

Отдельно выделяется психическое состояние, которое определяется как “состояние психической готовности”, как оптимальное “боевое состояние” и т.д. И здесь наблюдается разнообразие методологических решений. Часто исследования, несмотря на важные результаты, оказываются слишком громоздкими и почти не приемлемыми в условиях практики, требующей оперативности и большой пропускной способности.

П.К.Анохин (1970) рекомендовал для суждения о состоянии спортсмена ориентироваться на три параметра: психическое возбуждение, показатель биоэнергетики и показатель двигательного навыка. Условием высокой результативности спортсмена П.К.Анохин считал согласование в динамике этих трёх показателей. Значит - эмоция, энергетика, движение. Для суждения о динамике состояния спортсменов в экстремальных условиях соревновательной деятельности необходимо всегда одномоментно регистрировать показатели, характеризующие психическую сферу (уровень психического возбуждения), функциональную сферу (уровень энергетических процессов), двигательную сферу (уровень стабильности двигательного навыка).

Многообразие ситуаций, вызывающих психическое напряжение у спортсменов, можно обобщить в пяти наиболее характерных групп:

1. Ситуации, содержащие опасность физической травмы,

2. Ситуации, выявляющие несостоятельность психической подготовленности к требованиям соревновательной борьбы,

3. Ситуации с неожиданной “аварийностью” (неполадки в снаряжении, невозможность провести привычное опробование или разминку, неожиданная неудача и т.п.),

4. Ситуации, обусловленные правилами соревнований (необходимость начать соревнование с “нелюбимого” вида программы, выполнить зачётный подход с одной попытки, “невыгодная” жеребьевка),

5. Ситуации, вызванные нежелательными действиями других лиц (недоброжелательность зрителей или судей, суета тренера, успех противника).

При такой классификации состояния тревоги и страха возникают чаще всего в следующих ситуациях: 1). Опасность получения физической травмы - 68,4%, 2). Психическая неподготовленность к ведению борьбы - 52,7%, 3). Аварийная ситуация – 52%, 4). “Невыгодные” правила соревнований - 31,4%, 5). Помехи другими лицами - 27,5%. Но в двух последних ситуациях отмечается и мобилизация функционального состояния организма, - соответственно в 37,5% и 36,9% случаев. В первых же трех вариантах мобилизация отмечается спортсменами в 21 – 23% случаев. Анализ вышеизложенных данных, проведенный методами математической статистики, не выявил достоверных различий в показателях в зависимости от пола, возраста, квалификации, образования и спортивного стажа спортсменов.

Вполне понятно, что тенденция добиться успеха способствует возникновению у спортсменов положительного эмоционального отношения к соревнованиям, формированию состояния надежды на успех, для которого характерна мобилизация. И напротив, тенденция к предупреждению неудачи способствует возникновению отрицательного эмоционального возбуждения, появлению страха перед неуспехом, в котором отмечается чрезмерное эмоциональное возбуждение, с тревогой, порождающей чувство неуверенности.

По мнению А.Ц.Пуни, спортивная деятельность представляет собой одну из “особенных”, исторически, сложившихся, социально обусловленных разновидностей активности людей. Характеризуя спортивную деятельность и отмечая её специфические особенности, А.Ц.Пуни, прежде всего, указывал на ее экстремальный характер. “Экстремальность условий деятельности - характерная черта современного спорта, кульминационным моментом которой является соревнование...”.

Давно известно, что спортивная тренировка как стрессор обычно вызывает в организме быстро преходящее повышение частоты пульса, артериального давления и многих других физиологических и биохимических показателей. Таким образом, после мышечных упражнений динамический гомеостазис биохимических, физиологических, и психологических реакций быстро должен восстанавливаться. По мнению А.А.Виру (1969),это связано с тем, что организм спортсменов адаптирован к воздействию спортивной тренировки.

Однако значительнее тренировки воздействуют на организм спортсмена спортивные состязания. По естественности и значительности своих эмоциональных напряжений они не идут в сравнение ни с какими другими эмоциональными состояниями обыденной жизни человека, которые можно было бы так легко изучать и наблюдать. В условиях соревнований ничего не надо воспроизводить и искусственно создавать, надо лишь иметь какой-то разумный критерий, показывающий психофизиологические различия в реакциях в условиях максимума (к примеру, в ответственных соревнованиях) и минимума (например, в ординарной тренировке) эмоций.

Таким образом, спортивные соревнования независимо от наличия физических напряжений можно отнести к ситуациям, вызывающим эмоциональный стресс. Если при “чисто” физическом стрессе наблюдаются в основном физиологические реакции на реальный раздражитель - мышечную нагрузку; при спортивном стрессе - конгломерация физиологических реакций как на реальный стрессор - мышечную нагрузку, так и на саму стрессорную ситуацию - значимость соревнования, результативность противников, место соревнований и т.п. Обычно и в первом и во втором случаях о составляющих стресса, как правило, судят по показателям физиологических реакций.

В условиях эмоционального стресса у спортсменов отмечается усиление работоспособности и, прежде всего дееспособности мышц. Ранее считалось, что причинами повышения эффективности работы мышц являются усиление кровообращения и интенсификация механической деятельности. Позже (О.Л. Виноградова, 1974) было показано, что главным, скорее всего, являются влияния автономной нервной системы и её медиаторов на уровни метаболических процессов в миофибриллах.

Психоэндокринологическими исследованиями сначала на животных, а затем и людях была обнаружена корреляция между повышением уровней катехоламинов и мобилизацией в экстремальных условиях. Более высокие концентрации норадреналина были найдены у агрессивных животных, по сравнению с неагрессивными (С.А.Разумов и др.,1974). Постепенно стало развиваться представление о гормонах “тревоги” - адреналине и “мобилизации” - норадреналине.

Складывалось мнение о том, что эмоциональный стресс в условиях нормы, одной из моделей которого является спортивная деятельность, может способствовать мобилизации всех функциональных ресурсов человеческого организма и достижению высоких спортивных результатов.

Физические нагрузки успокаивают и даже помогают переносить душевные травмы. Стресс, падающий на одну систему, помогает отдыхать другой. Физическая работа нужна человеку для нормальной жизнедеятельности так же, как нужны ему воздух, еда, сон, общение. Функции мозга приходят в расстройство, в состояние хаоса, если мы не используем его постоянно для достойных занятий, а отсутствие мотивов к деятельности является величайшей душевной трагедией, разрушающей все жизненные устои.

 

 

ГЛАВА 6. РАЗМЫШЛЕНИЯ О БИОЛОГИЧЕСКОЙ ЗНАЧИМОСТИ ГИПЕРТЕРМИИ ПРИ СТРЕССЕ

(МНЕНИЕ АВТОРА)

Когда касаешься цветка,

Звезду далекую тревожишь!

(Джеймс Томсон,1700-1748)

С целью выявления истинного положения в вопросе причинно-следственных отношений между гипертермией и экстремальной мышечной работой были уточнены и сформулированы (это очень важно!) отличия во мнениях разных авторов по этому вопросу. Вместе с тем, мы понимали, что нельзя проводить исследования какого-либо явления или процесса, не имея теоретической установки (“пропозиции”), которая бы “освещала” путь. Поэтому нам представлялось целесообразным, сначала уяснить для себя некоторые вопросы (кстати, в последующем перешедшие в проблемы), а именно:

    1. Влияет ли этиология гипертермии на ее последующий генез (патогенез?),
    2. Не меняется ли биологическая значимость температуры тела в разных условиях (микроклиматических, нагрузочных, психологических и т.д.),
    3. И многое другое, о чем уже излагалось раньше, в других главах.

Надо заметить, что в период наших исследований значительно расширились (по сравнению с прежним временем, когда еще было “модным” заниматься проблемами температурного гомеостаза) методические возможности научных исследований, в том числе и приборно-техническая база, и методологические представления о “корректности проведения исследования и получения результатов, а также их объективизации”.

Ниже излагаются наши собственные представления по кругу анализируемых проблем, обоснованные результатами исследований.

Сведения о повышении Т тела во время физической нагрузки, совпадающем зачастую с увеличением работоспособности в этих условиях, позволяют поставить вопрос о причинно-следственных взаимоотношениях между гипертермией и мышечной работой.

Известно, что у гомойотермов всякое отклонение какой-либо жизненной функции от ее константного уровня приводит к срочной мобилизации физиологических механизмов, восстанавливающих этот установленный уровень (Ольнянская Р.П.,1969). Но почему же достаточно интенсивная и продолжительная физическая нагрузка вызывает всегда в организме гипертермию?! С точки зрения представлений о гомеостазе можно было бы полагать, что развивающаяся при работе гипертермия есть следствие функциональной недостаточности терморегулярной системы. Однако имеется и мнение, что рабочая гипертермия – форма активного приспособления к мышечной деятельности, одно из необходимых для нее условий, т.е. полезное явление (Кандрор И.С.,1974).

Теоретическая сущность вопроса основывается на проблеме наличия установочной точки – “ set point”, на которую отрегулировалось в процессе эволюции центральное звено аппарата терморегуляции, и ее возможных сдвигов в различных условиях среды. Как ранее указывалось, одни авторы указывали на смещение “set point” в условиях мышечной деятельности, которое, по их мнению, соразмерно с интенсивностью выполняемой работы (Бернштейн В.А. и соавт.,1975; Cabanac M., Cunningham D.L., Stolwijk J.A.J.,1971; Haight J.S.J., Keatinge W.R., 1973), другие считали, что повышение Т “ядра” тела имеет в своей основе не запрограммированный центральный механизм, а может быть обусловлено другими факторами.

По нашему мнению, данные тех исследователей, которые высказывались разными авторами о целесообразности отклонений термогомеостаза в условиях мышечной деятельности, с одной стороны, приводили к выводам, находящимся недалеко от истины, но с другой стороны, не содержали убедительных доказательств и поэтому оставляли место для дискуссий (Павлов А.С., 1990).

Так, данные литературы о неодинаковых величинах рабочей гипертермии, на наш взгляд, можно объяснить, во-первых, обилием использованных разновидностей тестирующей мышечной нагрузки. В частности, мощность работы не обосновывалась, а подбиралась, по-видимому, любая, которая устраивала исследователя. Во-вторых, не учитывался уровень физической тренированности обследуемых, что нельзя признать правильным при изучении влияния на организм мышечной работы. Можно полагать, что взаимодействием этих двух факторов можно и объяснить отличающиеся “пиковые” уровни температуры “ядра” тела во время физической нагрузки. В-третьих, велоэргометрическая проба, применяемая в качестве тестирующей нагрузки всеми предыдущими авторами, хотя и дозирована по объему внешне выполненной работы, но имеет ряд недостатков, которые, по мнению последующих исследователей (Аулик И.В.,1979; Воеводина Т.М. и соавт.,1975) не позволяют рекомендовать ее применение для всех контингентов населения.

Вышеизложенное свидетельствует о необходимости осторожного отношения к результатам о фазном характере скорости и величины перестройки температуры тела при работе, а также дополнительного уяснения этих же вопросов с учетом современных методических подходов при оценке взаимосвязей явлений и факторов.

Необходимо особо остановиться на одном из аспектов, с которым тесно переплетается физическая нагрузка, а с ней и рабочая гипертермия, это – явление врабатываемости. Те авторы, которые показывали физиологически регулируемый характер повышения температуры ядра тела во время мышечной работы и все полагали, что стабилизация Т тела зависит от мощности нагрузки, не учитывали такое влияние как “врабатываемость”, которое давно известно в физиологии спорта. Если рассматривать мышечную работу с этой точки зрения, то вполне понятно, что с началом достаточно интенсивной работы в организме в первое время превалируют процессы теплопродукции над теплоотдачей, в результате чего наблюдается накопление тепла. Но со временем организм адаптируется к конкретной нагрузке, “врабатывается” и стабилизируется на определенном уровне, зависящем от мощности выполняемой работы. Кстати, “врабатываемость” характеризуется подъемом при физической нагрузке функционирования на новый уровень, адекватный выполняемой работе, не только системы терморегуляции, но и других принимающих участие в работе систем. На наш взгляд, данные авторов, приведенных выше, доказывали скорее то, что накопление тепла в организме является следствием функциональной недостаточности терморегуляторной системы, чем обусловливается другими факторами (Павлов А.С., 1990).

Небезынтересно отметить, что вероятно по причине отсутствия убедительных доказательств в пользу любой из точек зрения отдельные авторы выдвигали примиряющие варианты, высказывая предположения о возможности многофакторного решения вопроса. Как уже упоминалось, Hensel H. (1981) полагал, что измеряемое повышение температуры тела может объясняться по меньшей мере 4-мя причинами: 1. Тепловой стресс привел к рабочей погрешности; 2. Система терморегуляции перегружена; 3. Стандартные состояния измерений не значимы, т.к. Т поле в целом не изменилось; 4. Вовлечены “нетермальные” факторы. И нашими исследованиями (Павлов А.С.,1982; 1986) показаны отличия в ответной реакции организма на различные виды гипертермии (внешний перегрев, рабочая гипертермия).

С учетом вышеизложенных данных о разнообразии этиологии и генеза (патогенеза) гипертермии, а также противоречивых мнений литературы по вопросу возможности, направленности и величины смещения установленного уровня терморегуляции нами была разработана рабочая гипотеза: “Формы реагирования и пути адаптации организмов к тепловому стрессу могут быть различными в зависимости от вида эрготермического воздействия; в определенных условиях температурная регуляция человека при мышечной работе может нетермально смещаться на второй уровень, единый для всех людей, характеризующийся устойчивостью и оптимальной мобилизацией функциональных систем, направленной на эффективное выполнение работы”. Цель работы: проверка рабочей гипотезы.

Для того, чтобы избежать “классическихошибок предыдущих исследователей и получить “корректные результаты, т.е. такие, которые бы соответствовали всем условиям (без исключения), мы учли современные представления о “корректности проведения эксперимента и толкования полученных результатов”, используя следующие знания. Это - достижения теории адаптации (В.И.Медведев, 1981), теория функциональных систем (П.К.Анохин, 1962), операционная архитектоника функциональных систем (К.В.Судаков, 1983-а; 1983-б), 3 метрологических теории: тестов, измерений, оценок (В.М.Зациорский,1982), методология антропомаксимологических исследований (В.В.Кузнецов, 1979; 1984; 1985), теория оптимальности (данные В.Л.Уткина, 1981).

Для оценки биологической роли гипертермии, развивающейся в организме человека при работе в различных Т условиях, мы разработали новый методический подход, который, по нашему мнению, позволяет приблизиться к проблеме о возможности сдвигов “ set point” (окончательное ее решение представляется далеким будущим!) путем установления физиологической значимости рабочей гипертермии. Для этого использованы следующие критерии:

  1. Направленность изменений работоспособности, являющейся тем конечным полезным результатом, к которому, согласно теории функциональных систем, организм стремится при мышечной работе;

2. Адекватность функционирования системы терморегуляции, т.е. сопротивляется организм перегреву или наоборот – стремится повысить Т тела;

3. Оптимальность функционирования при гипертермии основных физиологических систем, в частности, кардиореспираторной, т.е. физиологическая “стоимость” (“цена”) развивающейся гипертермии;

4. Устойчивость в условиях гипертермии нового уровня терморегуляции.

 

Для правильного (корректного) проведения исследований нужно было определиться, во-первых, со способом получения рабочей гипертермии, и, во-вторых, с методами ее регистрации. Первое необходимо было выполнить, поскольку нами же было выявлено (Павлов А.С.,1982; Павлов А.С., Павлова Т.В.,1982), что генез перегрева может зависеть от вида эрготермической нагрузки (объем, интенсивность, техническая сложность, локализация усилий, “физиологическая тяжесть”). Последнее и было осуществлено /см. наши публикации (Павлов А.С.,1988)/.

Второй установкой, с которой нужно было согласовать предстоящие исследования (прежде, чем измерять гипертермию), это – изыскание точки отсчета (угла зрения) по одному из неясных вопросов термофизиологии: что является объектом Т регуляции?! – Теплосодержание, средняя Т тела, Т ядра тела?

Точного ответа на этот вопрос в литературе пока нет. Определенный интерес вызывает гипотеза о регуляции Т - гомеостаза по теплосодержанию (Иванов К.П.,1984; Кузнец Е.И.,1982). Накопившиеся к настоящему времени экспериментальные данные о механизмах регулирования термогомеостаза показывают, что не существует одного универсального способа регуляции, а используется несколько различных способов, подходящих для конкретных условий. В частности, для получения достаточно обширной информации о тепловом состоянии тела используется “кровь, как сумматор термоизменений в различных тканях и органах, периферические рецепторы, расположенные в коже, может быть, термочувствительные интерорецепторы, и прямая Т - чувствительность нервных структур центра терморегуляции” (по К.П.Иванову, 1984, с.12).

Многими исследователями при оценке изменений теплового состояния организма принято рассчитывать среднюю Т тела. Полагают (Burton A.C.,1935; Бартон А., Эдхолм О.,1957), что наиболее удовлетворительным для условий температурного комфорта и состояния мышечного покоя является 0,7 ректальной температуры и 0,3 средневзвешенной температуры кожи. Hardy J.D., Du Bоis E.F. (1938) нашли более точным соотношение 0,8 ректальной температуры и 0,2 средневзвешенной Т кожи. Указывалось, что в неблагоприятных условиях (цит. по Hardy J.D., Du Bois E.F.,1938) происходит довольно быстрое выравнивание Т “ядра” и “оболочки”. В этих случаях смешивание величин Т ректальной и средневзвешенной температуры - СВТ кожи, очевидно, не имеет существенного значения, т.к. средняя Т тела практически равна Т ректальной.

Stolwijk J.A.J., Hardy J.D. (1966) предложили использовать для расчета средней Т тела следующие коэффициенты смешивания (в тех случаях, когда теплоотдача не затруднена): СТТ = 0,7 температуры ректальной + 0,1 СВТ кожи, или даже СТТ = 0,94 ректальной Т + 0,06 СВТ кожи, полагая, что в этих условиях происходит функциональное уменьшение массы оболочки относительно массы ядра.

Наши расчеты средней Т тела также показали, что при мышечной работе и в условиях нагревающего микроклимата и в термонейтральных условиях роль кожных Т весьма незначительна, а показателем теплового состояния организма является ректальная температура. Изложенные сведения позволяют нам согласиться с мнением И.С.Кандрора (1984, с.169) о том, что “целью, или объектом терморегуляции при работе, как и в покое, можно считать Т глубоких слоев тела, а теплосодержание, или Т оболочки, – средством регуляции, т.е. переменным параметром”.

После знакомства с данными литературы и пробных исследований, мы избрали ректальную температуру в качестве критерия температуры “ядра”. Она удобна и безопасна в условиях выполнения физических упражнений, ее инерционность не является помехой, т.к. нас интересовали не срочные изменения температуры как таковой, а хороший прогрев областей тела, где находятся основная масса органов и наиболее крупные мышцы. К тому же, центр тяжести человека расположен именно в этом районе.

После уяснения изложенных теоретических и методических сложностей, благодаря которым мы решили задачу исследования: “разработать физиологические критерии значимости гипертермии …”, встал вопрос о переходе ко второй задаче: “согласно упомянутых критериев произвести оценку двух видов гипертермии, развивающихся при выполнении работы в термонейтральных условиях и нагревающего микроклимата …”. Для решения этой задачи было проведено 4 серии исследований: 2 – в тепловой камере, 2 – в термонейтральных условиях.

Далее анализ результатов исследований по выявлению роли гипертермии будем вести в соответствии с установленными 4-мя критериями.

В тепловой камере в 1 и 2-й сериях исследований обнаружено: 1. Показатели работоспособности обследуемых почти во всех случаях снижались, особенно у нетренированных людей; 2. Перегрев организма при работе развивался у физически тренированных людей гораздо медленней, чем у нетренированных (рис. 6.1-а), что может свидетельствовать об адекватности функционирования системы Т регуляции (кстати, в восстановительном периоде имела место задержка снижения Т тела к нормотермии при ректальной Т = 38,7° С; 3. Момент завершения работы характеризовался в обеих группах обследуемых высокими уровнями функционального напряжения, (у нетренированных людей - максимальными, на грани “срыва”); 4. Никакой стабилизации гипертермии при работе в жаре не наблюдалось (организм обследуемых все более перегревался).

В термонейтральных условиях при выполнении непрерывной работы (степ-тест “до отказа”, 3-я серия исследований) обнаружено: 1. Работоспособность у всех обследуемых существенно снижалась; 2. Рабочая гипертермия у физически тренированных людей развивалась медленней, чем нетренированных (рис.6.1-б), что вполне логично и свидетельствует об адекватности функционирования системы Т регуляции; 3. Уровни функционального напряжения достигали у всех обследуемых предельных величин; 4. Стабилизации гипертермии во время работы не было ни у кого обнаружено, однако в восстановительном периоде Т тела возвращалась к нормотермии не линейно, а стабилизировалась на уровне 38,74 ± 0,06° .

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рис. 6.1. Динамика гипертермии у физически тренированных (сплошная линия) и нетренированных (пунктирная линия) обследуемых: а) при непрерывной работе в тепловой камере; б) при непрерывной работе (степ-тест до отказа) в термонейтральных условиях; в) при выполнении прерывистой физической нагрузки (“комбинированной пробы”) в термонейтральных условиях

Учитывая анализ данных 3-х серий исследований можно полагать, что в изученных условиях повышение Т тела вызвано превышением эрготермической нагрузки адаптивных возможностей обследуемых.

Рис.6.2.Линия изменения работоспособности у физически тренированных обследуемых (по средним данным всех изученных видов, за исключением упражнений на “выносливость”) в условиях развития гипертермии, вызванной выполнением прерывистой физической нагрузки

Иные выводы получены в тех же термонейтральных условиях, но при изучении влияния на организм прерывистой физической нагрузки, так называемой “комбинированной пробы”, разработанной нами (4-я серия исследований). Установлено: 1. Работоспособность с развитием гипертермии организма всех обследуемых постепенно увеличивалась и достигала наивысших значений, на 8-12% превышающих данные, зарегистрированные при нормотермии, на высоте ректальной Т = 38,74 ± 0,06оС, при дальнейшем росте гипертермии она снижалась (рис.6.2); 2. У физически тренированных людей гипертермия при работе развивалась быстрее, чем нетренированных (рис.6.1-в), хотя “должно” быть наоборот; в восстановительном периоде ректальная Т после “срыва” сначала снижалась быстро, а затем на уровне 2-го “плато” = 38,7оС вновь стабилизировалась, как и при работе; 3. Показатели функционального состояния организма с началом работы существенно изменялись, свидетельствуя о нарастании функционального напряжения, а затем на том же уровне “плато” стабилизировались, характеризуя оптимальность мобилизации функциональной деятельности всех обследуемых; 4. В обеих группах обследуемых, отличавшихся, как выявлено ранее, функциональными возможностями терморегуляторной системы, ректальная Т при работе повышалась не линейно, а стабилизировалась на повышенном уровне 38,74 ± 0,06оС, так называемом “плато”, причем едином для всех обследуемых, и долгое время не изменялась (Павлов А.С., 2000).

Таким образом, в 4-ой серии исследований мы получили данные, не согласующиеся ни с нашими прежними результатами, полученными в 3-х предыдущих сериях исследований, ни с общепринятыми представлениями об изменениях Т регуляции. Поэтому ниже мы более подробно остановимся на анализе каждого из 4-х установленных критериев по выявлению физиологической значимости гипертермии.

 

1-й критерий: “изменение работоспособности”

В соответствии с теорией функциональных систем (Анохин П.К.,1962) основой деятельности любой функциональной системы является полезный результат, который в конечном итоге обеспечивает нормальное функционирование организма или даже его выживание (в широком смысле слова). В наших исследованиях системообразующим фактором являлась психофизиологическая способность организма к работе, т.е. физическая и умственная работоспособность. Следовательно, ведущей функциональной системой являлась функциональная система, обеспечивающая полезный результат – работоспособность, а ей иерархически подчинялись те функциональные системы, которые её обеспечивали. Поскольку функционирование функциональной системы, обеспечивающей оптимальный для метаболизма уровень Т тела, по нашим данным, проявлялось в повышении ректальной Т на 1,5оС, то можно полагать, что этот уровень Т является “нормальным” для условия “движения”.

Возникает вопрос: какую физиологическую роль играло повышение Т тела в достижении конечного полезного результата – работоспособности, обнаруженного в наших исследованиях? – С полной определенностью, по нашему мнению, трудно сейчас исчерпывающе ответить на этот вопрос, однако здесь могут иметь значение описываемые ниже данные.

Общие закономерности влияния Т на живые системы отражены в законе Вант-Гоффа-Аррениуса, основанного на том, что высокие Т стимулируют обмен в клетке, а низкие его угнетают. Повышение Т способствует ускорению динамики всех реакций, лежащих в основе метаболизма, активизации ферментативных реакций. Уменьшается вязкость мышц, что приводит к сокращению латентного периода возбуждения, а кривая сокращения становится короче; растет возбудимость и проводимость нерва; увеличивается скорость сердечного цикла; в крови происходит сдвиг кривой диссоциации гемоглобина в сторону высвобождения кислорода в тканях, и т.п. (по И.С.Кандрору, 1986).

Отдельные исследователи изучили, что на каждый градус повышения Т скорость метаболизма клетки увеличивается примерно на 13% (В.В.Михайлов, 1970). С повышением Т тканей увеличивается скорость обмена кислорода между кровью и тканями, а также скорость передачи нервного импульса. Оптимальные условия для сократительной функции мышц создаются при Т = 37,5 – 38,0оС (В.В.Михайлов, Т.М.Панов, 1975). Повышение Т мышц происходит еще во время “разминки” перед напряженной мышечной работой и способствует снижению её энергической стоимости (Astrand P. - O., Rodahl K.M., 1977).

Вышеизложенные представления по вопросу влияния Т органов и тканей на их функциональное состояние не дают полного понимания взаимосвязей температуры (как физического фактора) тела и его частей с их функциональным состоянием, однако в определенной степени могут служить объяснением: почему в наших исследованиях при развитии рабочей гипертермии активизировалась работоспособность.

Небезынтересно еще раз остановиться на приведенных в 4-й и 5-й главах сведениях литературы о повышении Т тела в различных экстремальных условиях. С точки зрения “большой” физиологии, в организме “все регулируется”. Согласно теории функциональных систем организм всегда стремится к конечному полезному результату, подчиняя этой цели функционирование всех систем. В прошлом и А.А.Ухтомский указывал на подчинение принципу доминанты.

Совсем недавно появились некоторые данные, основанные на психофизиологических исследованиях, о том, что в условиях эмоционального напряжения происходит не только избыточная мобилизация энергетических ресурсов, но переход от тонко специализированных условных реакций на реагирование по принципу доминанты.

Исходя из вышеизложенного можно полагать, что значительные нарушения (отклонения) Т гомеостаза в экстремальных состояниях являются необходимостью, они “полезны” для работы тех ведущих функциональных систем организма, которые обеспечивают конечный полезный результат (Павлов А.С., 1999; 2000).

Кстати, в специально проведенных исследованиях мы убедились, что наивысшие величины при оценке профессиональной (у спортсменов - “специальной”) работоспособности различных контингентов показаны при рабочей гипертермии 1,5 – 2,00 (табл. 6.1).

Таблица 6.1

Повышение работоспособности - РС у различных профессиональных контингентов и спортсменов при рабочей гипертермии

Исследуемые контингенты

% прироста РС

Ректальная Т- ра

Студенты вузов

“Штурманы” авиации

Горноспасатели

Пожарные

Легкоатлеты

Боксёры

Каратеисты

21,9

28,9

18,3

17,5

8,3

28,1

27,9

38,7± 0,1

38,7± 0,1

38,8± 0,1

38,9± 0,1

39,0± 0,1

39,2± 0,1

38,8± 0,1

 

2-й критерий: “функционирование системы температурной регуляции”

Прежде всего, обращает на себя внимание то, что в этой серии исследований Т тела повышалась у физически тренированных лиц достоверно быстрее, чем нетренированных (рис.6.1-в). Но в 3-х предыдущих сериях было наоборот (рис.6.1-а и 6.1-б). Это может служить свидетельством того, что у лиц, тренированных к мышечной работе и характеризующихся более совершенной терморегуляцией, (как считается в литературе и как показано нашими исследованиями), развивающаяся при выполнении прерывистой работы гипертермия, не есть проявление функциональной недостаточности терморегуляторной системы, а - полезное явление, одно из необходимых условий для эффективности мышечной деятельности. Вероятно, организм тренированного человека стремится к тому уровню терморегуляции, который является оптимальным при завершении перехода от состояния “покоя” к привычному для него состоянию “движения”. Представляется важным выделить, что у некоторых высокотренированных индивидуумов еще до начала обследования имело место повышение ректальной Т до 38,70С, что, на наш взгляд, носило условнорефлекторный характер, а частота сердечных сокращений при этом изменялась незначительно.

Излагаемые выше выводы можно было бы подвергнуть сомнению, мотивируя тем, что изменения ректальной Т не могут в полной мере свидетельствовать о нарушении термогомеостаза организма, поскольку не исключено, что Т – поле в целом не изменилось (на одних участках Т повысилась, а на других, возможно, понизилась!?). А может просто имела место “рабочая погрешность”, связанная с отсутствием в наших условиях (интенсивная мышечная работа) адекватной коррекции накопления тепла путем своевременного “включения” терморегуляторной активности?! Первый довод не может быть принят во внимание, поскольку средняя Т тела, рассчитанная нами во всех сериях исследований, коррелировала с ректальной Т, лишь незначительно отставая от нее; второй довод мог иметь место, но лишь в тех сериях исследований, где работа выполнялась интенсивно и непрерывно (3-я серия). Однако в условиях выполнения комбинированной физической нагрузки (4-я серия) этого не могло быть, поскольку выполняемая работа имела паузы для отдыха и была оптимизирована (по объему, интенсивности, технической сложности, локализации главных усилий, физиологической тяжести и т.п.). Поэтому, остается только согласиться с тем, что изученный вид гипертермии обусловлен “стремлением” организма сдвинуть Т режим на тот уровень, который обеспечивает ему оптимальность и эффективность функционирования (Павлов А.С., 2000).

Следует обратить внимание на то, что лица, повторно приходящие на обследование в 4-ой серии исследований, перегревались значительно быстрее. В первых же 3-х сериях всё проходило наоборот. Представляется уместным здесь объяснить это явление с позиций общей теории адаптации человека.

Известно, что концептуальная модель характеризует представление человека о статических и динамических характеристиках внешней среды (В.И.Медведев, 1984). Индивидуальная стратегия адаптации определяется, с одной стороны, имеющейся концептуальной моделью, и, с другой, – внутренними условиями деятельности и, в первую, очередь, базисными физиологическими функциями. В работах А.Т.Марьяновича и соавт. (1983) показано, что меняя исходную характеристику базисных функций с помощью нейропептидов, можно изменить и адаптационную стратегию человека, что в первую очередь сказывается и на концептуальной модели ситуации.

В последнее время при разработке общей теории адаптации (В.И.Медведев, 1982г. - по настоящее время) В.И.Медведевым обозначено понятие “опережающая адаптация”. Фактором, обусловливающим ее появление, является психологическая установка (В.И.Медведев,1998, с.13). Явлением “опережающей адаптации”, на наш взгляд, и можно объяснить то более быстрое достижение оптимального уровня рабочей гипертермии тренированными людьми, в сравнении с нетренированными, которое мы наблюдали в 4-й серии исследований.

В наших исследованиях при повторении обследования одним и тем же человеком имеет место, во-первых, физиологическое привыкание к одной и той же нагрузке, и, во-вторых, психологическое приспособление к условиям опыта. Перечисленные два фактора способствуют совершенствованию концептуальной модели конкретного вида деятельности, приближения ее к более адекватному уравновешиванию всех звеньев системы “человек–среда”, что и обусловливает коррекцию используемой программы гомеостатического регулирования. В окончательном итоге мы и наблюдали более четкое разделение 2-х типов ответа: в первых 3-х сериях исследований замедлялась скорость развития гипертермии, а в 4-ой серии – увеличивалась. Таким образом, можно полагать, что в одних случаях повышение Т тела – результат функциональной недостаточности терморегуляторной системы, обуславливаемый превышением мощности эрготермической нагрузки адаптивных возможностей обследуемых, но в других – выраженное стремление организма установить тот Т - режим, который является оптимальным для эффективности функционирования (Павлов А.С.,1991).

В целях аргументации излагаемого положения о запрограммированном характере повышения Т тела в условиях физической нагрузки представляется целесообразным обратиться к анализу данных изменения потоотделения при рабочей гипертермии. Как установлено, при выполнении мышечной работы потоотделение, хотя и существенно активизировалось, однако не носило термически адекватного характера, что наблюдалось при внешнем перегреве организма. Почему? Ведь из литературы известно (Алдерсонс А.А.,1985; Новожилов Г.Н.,1980), что возможности теплоотдачи велики, следовательно, процессы физической терморегуляции могли бы обеспечить своевременное удаление из организма работающего человека избыточного тепла. Почему нет отрицательных симптомов перегревания, а наоборот – имеет место даже существенное повышение работоспособности (?), являющейся с точки зрения теории функциональных систем, вообще, и мнения некоторых исследователей (Судаков К.В.,1983), в частности, тем “основным полезно-приспособительным результатом, который с общебиологической точки зрения в конечном итоге обеспечивает выживание”.

Очевидно, здесь причина развития гипертермии – ее необходимость для эффективности физической нагрузки. Следовательно, организм “умышленно” допускает повышение его теплового содержания, являющегося одним из необходимых условий мышечной работы.

Изученный нами “неадекватный” (в условном понимании) терморегуляторный характер потоотделения при мышечной работе в определенной мере согласуется с теми единичными данными литературы, в которых исследователи также обнаруживали не использование потоотделения на всю мощность. Авторы объясняли это тем, что повышение Т тела во время работы является физиологически регулируемым явлением, целесообразной реакцией организма на мышечную нагрузку (Бернштейн В.А. и соавт.,1975; Edholm O.,1971). Кстати, и в специальном исследовании Г.Н.Новожилова (1980) установлено, что физиологическая стоимость усиления теплоотдачи при работе значительно меньше, чем в покое.

В своё время некоторые исследователи (Van Beaumont W., Bullard R.W.,1965) также показывали, что при мышечной работе скорость потоотделения – контролируемый показатель, причем глубокая Т действует как первичный элемент обратной связи (Robinson S.,1962; Nadel E.R., Stolwijk J.A.J.,1971).

На основании вышеизложенной информации нельзя согласиться с мнением многих авторов о том, что генерализованное потоотделение (какое наблюдалось во всех наших исследованиях) всегда направлено на обеспечение термогомеостаза, и что при выполнении мышечной работы в любых Т - условиях оно зависит от мощности работы. Очевидно, при внешнем перегреве это так, потоотделение в этом случае принято называть “термическим”. В условиях же рабочей гипертермии его изменения обусловлены не столько тепловой нагрузкой, сколько самой работой мышц, поэтому с учетом этиологии его лучше было бы назвать “рабочим” потоотделением (Павлов А.С.,1988).

Таким образом, сравнением особенностей изменений Т “ядра” тела и потоотделения мы решили четвертую задачу нашего исследования, а именно: “выявить адекватность функционирования системы терморегуляции в изучаемых условиях”.

3-й критерий: “физиологическая стоимость гипертермии”

Представлялось важным оценить физиологическую “стоимость” повышения работоспособности в условиях значительного отклонения (нарушения?) Т гомеостаза. Это, кстати, намечалось в третьей задаче нашего исследования, а именно: “исследовать физиологическую стоимость функционального напряжения организма в изучаемых видах гипертермии”. Здесь, как описывалось, использованы метод математического анализа сердечного ритма (путем совместного использования электрокардиографии с гистографическим анализом кардиоинтервалов) и спирографическое обследование.

Анализ цифровых значений динамики изучаемых показателей сердечного ритма - СР показал, что повышение Т “ядра” тела на 0,50С приводило к качественно однотипным изменениям в регуляции СР у обследуемых – состоянию функционального напряжения. Однако дальнейший рост рабочей гипертермии последовательно на 1,0 и 1,50 у физически тренированных обследуемых приводил к стабилизации (“плато” - на рис.6.1.в) ведущего уровня функционирования синусного узла (показатели М0 и ПАПР), менее выражено понижая значимость автономного (D R – R, ИВР, ВПР), повышая – центрального контура регуляции (АМ0, ИН) в регуляции сердечного ритма, по сравнению с недостаточно тренированными испытателями.

Аналогичная динамика наблюдалась и при изучении спирографических показателей. С началом работы большинство показателей функции дыхания круто изменялись, но при повышении Т тела на 1,50С стабилизировались, характеризуя уравновешивание интенсивности работы и систем энергообеспечения.

Таким образом, можно полагать, что отмеченное нами постепенное увеличение физической и умственной работоспособности у физически тренированных людей при развитии рабочей гипертермии сопровождалось мобилизацией показателей вегетативного гомеостаза организма, но до того уровня (рис.6.3 и 6.4), на котором отмечена стабилизация Т ядра тела (по данным ректальной Т = 38,70С). И этот уровень - “плато” характеризовался наивысшими значениями по всем изученным критериям работоспособности. На этом же “плато”, как показано вышеизложенными данными, не происходило резкого нарастания функционального напряжения показателей и регуляции СР и функции дыхания, что, по нашему мнению, можно объяснить достижением оптимального уровня обеспечения функционирования организма в конкретных условиях развития рабочей гипертермии.

Поскольку, как изложено выше, при повышении Т тела на 1,50С у физически тренированных людей не отмечено существенного увеличения напряжения изученных показателей кардиореспираторной системы, то можно полагать, что этот факт еще раз оказывает полезность рабочей гипертермии, не увеличивающей “физиологическую стоимость” работы.

4-й критерий: “устойчивость плато”

Как указывалось выше, в 4-ой серии исследований Т тела при работе сначала повышалась, а потом стабилизировалась на высоте ректальной Т = 38,74 ± 0,060С. Здесь важно обратить внимание на 4 особенности:

1. У физически тренированных обследуемых, характеризующихся более совершенной терморегуляцией, при выполнении работы скорость развития гипертермии до стабилизации на уровне “плато” - была выше, чем у нетренированных людей; затем, в восстановительном периоде Т тела также снижалась быстрее;

2. Продолжительность “плато” при работе у спортсменов была длиннее (у некоторых индивидов - до 2-3 и более часов), его удавалось “сорвать” только у одного из 10-ти обследуемых. У нетренированных людей нам в 60% -х случаев удавалось вызвать после “плато” новое повышение Т тела (“срыв”), хотя для этого приходилось прилагать со стороны обследуемого значительные волевые усилия;

3. В восстановительном периоде (в покое) Т тела у всех обследуемых вновь стабилизировалась при ректальной Т = 38,7оС (рис.6.2), но у физически тренированных людей, как указывалось, на более продолжительное время;

4.Интенсивность потоотделения при работе у физически тренированных людей была ниже, чем нетренированных. И при работе и в восстановительном периоде отмечена стабилизация интенсивности потоотделения на том же уровне “плато”, причем на те же сроки, что и Т ректальная.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рис.6.3. Динамика температуры тела человека при работе (выполнение комбинированной физической нагрузки в термонейтральных условиях) и в восстановительном периоде

Ранее нами сообщалось о том, что все исследователи, изучавшие рабочую гипертермию и еще до “нас” показавшие фазный характер перестройки Т тела при работе, пришли к мнению о том, что скорость перестройки прямо зависит от мощности выполняемой работы: чем больше мощность тестирующей нагрузки – тем выше уровень стабилизации Т ядра тела и позже он достигается. Отличие наших результатов состоит в том, что “плато” рабочей гипертермии не зависит от “физиологической тяжести” тестирующей нагрузки (разумеется, в определенной мере), а всегда находится и у физически тренированных и нетренированных обследуемых на одном уровне.

 

В начале этой главы при критике подходов других исследователей, изучавших до нас рабочую гипертермию, указывалась также, что те данные можно легко объяснить явлением “врабатываемости”. Обнаруженное же в наших исследованиях “плато”, единое для людей, не подходит под эту категорию. По-видимому, причина здесь другая. На наш взгляд, будет уместным осветить этот вопрос под углом зрения интенсивно разрабатываемой в последнее время общей теории адаптации.

Еще со времени Клода Бернара (1878) понятно, что гомеостазис, вообще, и температурный, в частности, не является самоцелью существования гомойотермов, он есть лишь средство - способ обеспечения всех форм жизнедеятельности. При действии на организм различных адаптивных факторов, возникает ответ, направленный на экологическое уравновешивание внутренней и внешней среды. Процесс этот довольно сложен. Идет поиск оптимальных параметров гомеостатического регулирования с целью создания новой программы (Медведев В.И.,1982) “характеризующейся появлением новых свойств” (В.И.Медведев, 1998, с.13). Кстати, последнее мы и наблюдали в 3-х предыдущих сериях анализируемых исследований. В них при действии эрготермической нагрузки вначале максимально мобилизовались все возможные в данный момент механизмы, и создалась своеобразная программа “максимум”, при которой все включенные в нее элементы отвечали “гиперреакцией” (по Миррахимову,1979). Такой, кстати, гипермобилизацией и можно объяснить обнаруженные нами факты повышения отдельных показателей работоспособности (скорость ЗМР на простой и дифференцировочный раздражители) при максимальном напряжении кардиореспираторной системы (по данным РКГ и спирографического обследований). В этих случаях процесс поиска экологического уравновешивания не приводил к адекватному ответу организма, так как обследуемые выполняли неоптимальную физическую нагрузку, “насильственную” для них, темп и мощность которой, по-видимому, не соответствовали биологическим возможностям обследуемых. В 4-ой серии исследований, при выполнении оптимизированной работы, организм обследуемых находил оптимальное взаимодействие с окружающей средой на уровне “плато”. Причинами этого, по нашему мнению, являются: во-первых, - сама нагрузка, разработанная нами и соответствующая критериям оптимальности. Во-вторых, - скорректированная концептуальная модель деятельности, способствующая в извлечении из “анналов памяти” той ”старой” программы гомеостатического регулирования, которая сложилась в процессе эволюции и ”была предусмотрена” на случаи экстремальных воздействий. Можно считать, что поиск организмом оптимальных параметров гомеостатического регулирования, который должен был вести организм сам, с началом работы, был проведен нами при подготовке к обследованию (путем установки их параметров - на основании данных литературы, наблюдений за произвольной мышечной деятельностью спортсменов во время разминки и предварительных пробных опытов). Кстати, в литературе имеются сведения о том, что организм интуитивно подбирает для себя темп и характер движений (Kasparative H, Weiner Z., Duca P.R.,1974).

Может возникнуть вопрос: почему смещение Т - регуляции при работе происходит у всех обследуемых на одну величину!? Ведь “тяжесть” нагрузки для обследуемых была разной!? Но ведь гомойотермия и состоит в том, что для разных условий жизнедеятельности у каждого вида гомойотермов сложилась в процессе эволюции своя, но одна и та же нормальная температура!? Кстати, она является оптимальной для метаболических реакций всех систем, к этому ее привели главные стратегические пути адаптации, начиная с биохимического уровня (Хочачка, Сомеро, 1977). Это то, что является общим свойством для каждого вида. В изученных же условиях произошла перестройкагомеотермии” на новый уровень “нормальной” Т, одинаковый для всех обследуемых, как и при нормотермии.

Наличие у вида ,,Homo sapiеns” единого уровня смещения Т - регуляции еще раз доказывает о том, что в основе адаптационной перестройки организма лежат не физиологические (функциональные) реакции, а изменения на молекулярном уровне. Хочачка и Сомеро (1977) писали: “…поскольку все организмы представляют собой агрегаты атомов и молекул, не будет ли, в конечном счете, биохимическим любое изменение в физиологии, анатомии и даже поведении организма?... Можно проследить, по крайней мере, теоретически, что любое изменение в организме, в конечном счете, связано с какими-то изменениями, происшедшими на молекулярном уровне”.

К тому же трудно предположить, что уровень биохимических реакций у конкретного вида существенно зависит от индивидуальных свойств представителей внутри вида.

Изложенные выше сведения в определенной мере подтверждаются работами В.Н. Гурина и соавт. (см. обзор. 1986). Установлено, что “… существуют механизмы, сопрягающие процессы терморегуляции и липидного обмена …” (1986, с.168). Авторы полагают, что процесс смещения уровня терморегуляции может быть связанным с фазовым переходом липидов клеточных мембран. Трудно предположить, что такие переходы наблюдаются при разных Т фонах.

Небезынтересны также данные по изучению внутрижелудочкого введения в мозг крыс простагландинов Е2 (2 мкг) и Е (2 мкг) на температуру тела и содержание свободных жирных кислот и липопротеидов низкой плотности в крови. Применительно к нашей работе представляют интерес сведения об одинаковом повышении ректальной Т опытных животных до величины = 38,70С на 15-й и на 30-й мин. после инъекции. В опытах Ф.И.Висмонта (1982) было также показано возникновение нового фазового перехода липопротеидов высокой плотности при простагландиновой гипертермии, в то время как при кратковременном внешнем перегревании оно не наблюдалось.

Нашими морфологическими исследованиями на животных также показано, что внешние (физиологические) изменения сопряжены с изменениями в тканях, которые при рассмотрении на ультраструктурном уровне могут появляться задолго до них (Павлов А.С., Павлова Т.В., 1992; 2000). Учитывая это, можно еще раз утверждать, что перегрев обусловлен биохимическими изменениями, а если последние протекают в определенных Т - режимах, то и уровень сдвига Т может быть предопределен той программой клеточно-тканевой адаптации, которая запрограммирована в соответствующих структурах.

Таким образом, можно полагать, что нами обнаружен один из эволюционно закрепленных механизмов оптимизации, который сформировался у человека и, вероятно, у всех гомойотермов, и который, по-видимому, обусловливается изменениями на клеточно-молекулярном уровне путем смещения уровня протекания обменных реакций на “требуемую” величину. Возможно, здесь имеет место принцип, изложенный еще Л.А. Орбели, согласно которому может происходить замещение нарушенной эволюционно молодой функции (гомеотермия) более старой, в обычных условиях заторможенной или упрятанной (по В.И. Медведеву, 1982).

Нужно отметить, что наши данные о возможности стабилизации рабочей гипертермии не являются уникальными. Имеется еще две работы, правда, выполненные на животных, которые, как и наша, не соответствуют общепринятым представлениям.

Myhre, Hellstrow (1973), Tomson, Stevenson (1965) нашли, что Т тела у крыс во время физической нагрузки повышалась независимо от ее интенсивности примерно до одного уровня. Колоническая Т соответствовала 39,20, хотя авторы использовали различные диапазоны скоростей бега: 3,2 – 6,2 м/сек и 5 – 15 м/сек. Эти данные противоречат утвердившемуся мнению: чем выше физическая тренированность организма, тем ниже у него уровень рабочей гипертермии при стандартной работе (Hardy J.D., Du Bois E.F.,1938). При этом рабочая гипертермия у различных обследуемых показывает более высокую корреляцию не с интенсивностью физической работы, выраженной в Вт или кгм/мин, а с относительной нагрузкой, выраженной в % от индивидуального МПК. По этим данным субъекты с различной степенью физической тренированности будут иметь при одинаковой работе и отличающиеся уровни глубокой Т тела, а также Т кожи, частоту сердечных сокращений, легочную вентиляцию и т.п. (Van Beaumont W., Bullard R.W.,1964; Saltin B., Hermansen L.,1966). Теплопродукция и теплоотдача при этом будут сильно различаться.

Наши данные об установлении при работе единого уровня стабилизации рабочей гипертермии для лиц с различной степенью физической тренированности, согласуются с мнением лишь отдельных авторов (Thomson G.F., Stevenson J.A.J.,1965; Myhre K., Hellstrom B.,1973) и противоречат мнениям всех других исследователей.

На основании вышеизложенного анализа материала в свете 4-х критериев по оценке биологической роли гипертермии можно считать верными представленные доказательства, полученные в исследованиях и на человеке и на экспериментальных животных, и не сомневаться, что в 4-й серии исследований обнаружено смещение уровня Т - регуляции на 1,50С вверх.

Если предположить, что повышение Т тела обусловлено сдвигом “set point”, то возникает новый вопрос: что является пусковым механизмом смещения установочной точки? - Возможно, в процессе мышечной работы в крови образуются “эндогенные пирогены”, которые “включают” или “выключают” центр терморегуляции и в последующем уже его активность (либо потеря чувствительности) обеспечивает изменение соотношения между процессами теплопродукции и теплоотдачи в сторону накопления тепла в организме, “выгодного” ему для оптимального функционирования в новых условиях?!

Мысль о том, что определяющая роль в регулировании Т “ядра” тела при работе, возможно, принадлежит гуморальным факторам, высказывалась ранее (Nielsen B.,1968; 1969; Bergh V.,1980). По мнению Nielsen B. (1969) пусковым фактором в развитии рабочей гипертермии являются некие пирогеноподобные вещества, которые выделяются в кровь пропорционально интенсивности идущих в мышцах аэробных процессов. В этом отношении интересны результаты сравнения механизма рабочей гипертермии с гипертермией при лихорадке (Веселкин П.Н.,1963; Кощеев В.С., Кузнец Е.И.,1986; Darcroft J.,1937; Cagge A.D., Stolwijk S.A., Saltin D.,1969), указывающие на их аддитивность под влиянием мышечной работы и пирогенов.

В плане вышеизложенного весьма интересные результаты получены (Cannon T.W., Kluger M.T.,1983): введение крысам плазмы крови, взятой у человека после мышечной работы, вызвало повышение Т тела у животных и снизило у них содержание железа и цинка в крови. Авторы сделали предположение о том, что во время работы у человека образуется эндогенный пироген, который отсутствует в состоянии покоя. Введение животным эндогенного пирогена вызывает монофазное повышение температуры тела, достигающее максимума спустя 90 минут после введения. Аналогичные результаты были получены Бернштейном В.А. (1979).

Следует обратить особое внимание на то, что в наших исследованиях при выполнении “комбинированной пробы” (прерывистая работа) гипертермия развивалась не с момента начала работы, а у тренированных и нетренированных людей соответственно через 3,7 и 4,5 мин; в дальнейшем разница во времени развития рабочей гипертермии между группами постепенно еще больше увеличивалась и составляла при уровнях гипертермии 0,1 – 0,5 – 1,0 – 1,50 соответственно 0,8 – 1,2 – 3,7 – 5,0 минут, как это можно вычислить из рисунка 6.1-в. Как можно трактовать этот факт? - По нашему мнению, следующим образом: “стремление” организма перейти на новый Т режим начинается не с момента начала работы (пусковой механизм пока изучен недостаточно), а развивается постепенно, но в последующем у людей, привычных к работе, организм быстрее набирает скорость и раньше достигает “плато”, чем нетренированных.

Вспомним учение об опережающем отражении действительности П.К.Анохина (1962). Согласно ему приспособительная деятельность функциональных систем организма развивается в более бурном темпе, чем происходит нарастание отклоняющих факторов. То есть, мобилизация защитно-приспособительных процессов имеет прогрессирующий характер, даже сверхкомпенсирующий. Этим, вероятно, можно объяснить причины более быстрого повышения температуры тела в наших исследованиях у физически тренированных людей в условиях физической нагрузки, в сравнении с нетренированными обследуемыми.

Известно, что опережающая мобилизация функциональных систем может происходить по механизму безусловных и условных рефлексов. Можно полагать, что в наших исследованиях у нетренированных лиц развитие рабочей гипертермии проходило по первому механизму; у физически тренированных, имеющих значительный стаж занятий физическими упражнениями, более быстрое развитие рабочей гипертермии можно объяснить условнорефлекторным характером их функционирования в привычных условиях. Напоминаем, что у отдельных высокотренированных спортсменов еще до начала мышечной нагрузки имело место повышение ректальной Т до 38,70.

В наших исследованиях отмечено также, что при повторных обследованиях одного и того же субъекта развитие рабочей гипертермии осуществлялось “быстрее” и у физически тренированных и у нетренированных обследуемых. Согласно складывающейся в настоящее время общей теории адаптации известно, что в условиях интенсивных воздействий адаптогенных факторов организм работает не как следящая система, а как прогнозирующая. Поэтому можно считать, что в нашем случае “необоснованное” (более быстрое) повышение Т тела обследуемых при повторении обследований служит еще одним доказательством необходимости гипертермии для эффективности мышечной деятельности.

Небезынтересно провести аналогию между выявленным и доказанным нами фактом адаптивного перехода нормальной Т тела при мышечной работе на новый “нормальный” уровень и изученной ранее (Весёлкин П.Н.,1963) приспособительной ролью лихорадки в иммунобиологических реакциях больного организма. На аддитивность рабочей гипертермии и лихорадки указывалось также в 1969 году Gagge A.D., Stolwijk S.A., Saltin B. Сравнительно недавно (Kluger M.J.,1979-а; 1979-б) описан факт выживания большего процента крыс при гипертермии 1,50, обусловленной инфекционной лихорадкой. Именно 1,50, а не 1,00 или 2,00! Представляется уместным напомнить, что и по нашим данным при рабочей гипертермии Т “ядра” тела стабилизировалась на уровне 1,50С.

Вероятно, природа в ответ на многочисленные воздействия внешней среды “предусмотрела” не такие же многочисленные ответные реакции, а общие универсальные ответы на них. По-видимому, рано или поздно мнения многих исследователей, работающих в разных областях науки, будут сближаться, и приводить к выявлению общих законов реагирования организмов в ответ на многочисленные воздействия внешней среды и изменения во внутренней среде.

Таким образом, из 4-х серий исследований, проведенных с целью выявления физиологической роли гипертермии, мы обнаружили этот феномен лишь в одном случае, а в 3-х - имела место функциональная недостаточность адаптивных систем температурной регуляции (табл.6.2).

Таблица 6.2

Суммированные данные характера и направленности сдвигов физиологических функций и уровня Т регуляции у физически тренированных (1-я гр.) и нетренированных (2-я гр.) обследуемых в различных условиях

№/№ Характер физ. нагрузки

Внешние

Т

условия

Групы

обслед.

Работоспособность

Стадии

напря-

жения

Терморегуляция

Сдвиг

“set point”

1.Прерывиста я

В тепл.

камере

1

2

Сниж.

Сниж.

Умерен

Глубок

Адекв

Адекв

Нет

Нет

2.Непрерывная

В тепл.

камере

1

2

Сниж.

Сниж.

Глубок

Истощ.

Адекв

Адекв

Нет

Нет

3.Непрерывная

Комфор

тные

1

2

Сниж.

Сниж.

Глубокая

Перенапр

Адекв

Адекв

Нет

Нет

4.Прерывистая

Комфор

тные

1

2

Повыш

Повыш

Умерен

Глубок

Неадекв

Неадекв

Да

Да

Важно указать, что диапазон сдвига внутренней Т тела не зависит от мощности работы, как полагали ранее сторонники сдвигов “set point”, а составляет одну и ту же величину (по данным ректальной Т = 38,74 ± 0,060). Если нагрузка имеет малую мощность, то Т тела не достигает уровня “оптимальной” гипертермии, если тяжесть нагрузки слишком высока, то уровень вызванной ею гипертермии “перехлестывает” через оптимальную гипертермию, но при снижении её тяжести останавливается на оптимуме (38,70С). Эта “оптимальная” гипертермия является кратковременным, но “устойчивым” состоянием, она поддерживается до 10 - 20 мин без дополнительных усилий (т.е. в покое); в определенных пределах эта устойчивость регулируется физической терморегуляцией.

Смещение установленного уровня Т регуляции не обязательно, как считали сторонники этой точки зрения, оно может происходить, а может и не происходить. В определенных условиях, как нами установлено, заданный уровень терморегуляции сдвигается, обеспечивая эффективность (по данным работоспособности) и оптимальность (по данным кардиореспираторной системы) функционирования организма. Этот феномен нам удалось выявить в “чистом” виде, его повторяемость не вызывает сомнений.

Изложенные выше данные позволяют понять ту борьбу мнений по поводу сдвигов “set point”, которая ведется в науке, поскольку методические подходы у исследователей разные, следовательно, одни авторы обнаруживали её сдвиг, другие - нет.

Очевидно, существуют два характера накопления тепла в организме: “экзогенный” и “эндогенный”. Первый характеризуется адекватной мобилизацией системы Т регуляции, направленной на вывод избыточного тепла из организма; если же перегрев все-таки происходит, то это прогрессирует “насильственно”, в результате превышения мощности воздействия эрготермического фактора функциональных возможностей организма. При “эндогенном” характере воздействие эрготермической нагрузки вызывает в организме человека (по-видимому гуморальным путем) сдвиг “set point”, в результате чего уровень Т регуляции стремится повысится и стабилизироваться на 2-ом “этаже”, на 1,50С выше нормотермии. Этот второй уровень Т регуляции – полезен, он отличается определенной устойчивостью, т.е. регулируется.

Упомянутые два характера накопления тепла в организме могут переходить один в другой. Для реализации каждого из них требуется определенное время. Сдвиг “set point” обеспечивает достижение своего заданного уровня Т тела в течение 20-30 минут. Во многих случаях, если повышение Т тела вызвано не экзогенным фактором, а произошел сдвиг “set point”, Т тела может либо не успеть достичь этого условия, либо происходитсрыв”, когда генез гипертермии переходит на нерегулируемый путь (в условном понимании), приводящий к перегреву. Из-за отсутствия такой дифференцировки другие исследователи получали разные результаты.

Таким образом, можно полагать, что на основании аналитического подхода к поставленной проблеме (о биологической значимости гипертермии) с помощью разработанных нами 4 – х критериев, получены доказательства того, что в некоторых условиях (выполнение работы в экстремальных условиях), развивающаяся гипертермия является полезным явлением, т.е. одним из необходимых условий эффективного выполнения работы.

Ниже предлагается функциональная схема Т регуляции (рис.6.4). На ней: “У” – “установленный” природой уровень терморегуляции в обычных условиях, а “У”1 и “У”2 – его возможные смещения (также установившиеся в процессе эволюции) “вверх” и “вниз” (сдвига “вниз” также, вероятно, нельзя исключать) в экстремальных состояниях. Это было обнаружено нами в одной из серий исследований, когда уровень терморегуляции смещался “вверх”.

 

Рис. 6.4. Функциональная схема Т - регуляции человека: У - уровень Т-гомеостаза в обычных условиях, У1 и У2 - “установленные” уровни смещения Т - регуляции вверх и вниз в экстремальных состояниях.

 

Глава 7. ИСТИНЫ И ДОГМЫ ТЕРМОФИЗИОЛОГИИ СТРЕССА

(мнение автора)

 

    1. Экстремальные ситуации возникают, как правило, внезапно. Ни один человек не может на протяжении своей жизни избежать попадания в чрезвычайную ситуацию. Стресс – неизбежность!
    2. Одни люди в смертельно опасных условиях, почти не “напрягаются” и покорно погибают. Другие - ведут борьбу за жизнь, и оказываются способными так мобилизовать свои физиологические резервы, что, в конце концов, спасают себя (нередко и других людей и животных) в ситуациях, кажущихся безнадёжными.

3. Можно рекомендовать тем инструкторам-тренерам, которые ответственны за профессиональную (боевую) подготовку своих контингентов, следующее: во-первых, иметь и постоянно обновлять информацию о сложностях своей работы; во-вторых, готовить своих “питомцев” не только в модельных условиях (по разработанному шаблону), а и в условиях, максимально приближенным к реальным.

4. Рекорд в области охлаждения людей принадлежит хирургам Ниази и Льюис, которые в 1958г. охладили на один час больную в возрасте 51 года под наркозом до Т тела = 9°С. Известны случаи, когда люди с Т тела = 32—28°С были способны ходить, разговаривать. Зарегистрировано сохранение сознания у охлажденных людей при Т тела, = 30 – 26°С, а осмысленной речи – даже при 24°С.

5. Т ядра тела у профессиональных контингентов, выполняющих работу в экстремальных состояниях, может повышаться до 38,5-39,0° и более, средняя Т тела при этом также увеличивается, ее прирост может составлять 1,5° и более.

6. При развитии трудовой (рабочей) гипертермии повышается профессиональная работоспособность и у тех контингентов, в трудовой деятельности которых преобладает мышечная нагрузка с максимальными усилиями, так и у работников умственного труда. Количественная оценка изменений профессиональной работоспособности пожарных, горноспасателей, студентов и курсантов штурманского училища показала, что наивысшие результаты, на 24,7% (от 1,4 до 76,5%) превышающие те данные, которые были зафиксированы при нормотермии, показаны при повышении ректальной Т до 38,7 – 38,90,1° С.

7. Имеется предположение, что иногда в экстремальной ситуации в психике человека, а точнее – в его концептуальных представлениях, может происходить “извлечение” такой программы, которая имеется в “анналах памяти” готовая, выработанная ранее в процессе эволюции, и которая приводит к активизации физических и психических возможностей индивида.

8. Эмоции, показывая наше отношение к чему-либо, обязательно изменяют работоспособность. В основном - повышают её. Однако, если вникнуть глубже, то можно задать такие вопросы, на которые трудно ответить. В частности:

- что увеличивается при эмоциях – сила или точность? – Варианты ответов: а) и сила и точность; б) сила увеличивается, а точность уменьшается; в) сила уменьшается, а точность увеличивается; г) все зависит от уровня и “знака” возбуждения;

- какие виды работоспособности больше увеличиваются, а какие меньше? – Варианты ответов: а) показатели физической работоспособности увеличиваются, а умственной уменьшаются (или без изменений); б) привычная работа улучшается, а непривычная работа ухудшается, а может и ускоряется, но имеет больше ошибок; в) умственная работоспособность увеличивается (или её разновидности, в частности, оперативное мышление улучшается, а внимание ослабевает), а показатели физической работоспособности остаются без изменений; г) все зависит от уровня и “знака” возбуждения.

9. Название “эмоциональный стресс”- весьма условно, так как любое напряжение, т.е. стресс, всегда переживается эмоционально. “Эмоции есть вкус и аромат жизни!”. “Без стресса нет жизни!”.

10. Все авторы, которые изучали изменения в организме при различных видах стресса, отмечали порой существенную гипертермию, доходящую до 39 – 40°С. Если признать, что экстремальные состояния всегда сопровождаются повышением Т тела, то возникают два естественных вопроса: почему? И зачем?

11. Во многих случаях эмоциогенный стресс (то ли чисто второсигнальный, то ли с элементами первосигнальной этиологии) может далеко выходить за пределы “эмоционального гомеостаза” (либо по интенсивности, либо по продолжительности), тогда временная мобилизация гормонального обеспечения энергетических ресурсов сменяется общим истощением организма, и это становится основой развития разных патологических состояний (начиная с неврозов).

12. Ярость помогает человеку бороться даже в тех условиях, где у него на успех “один шанс из тысячи”. Чувство тревоги удерживает от необдуманных поступков, когда опасность еще, как говорится, не смотрит в лицо. Воодушевление, трудовой энтузиазм позволяют достигнуть результатов, которые “трезво мыслящему”, неэмоциональному человеку кажутся недостижимыми. Английский философ Ф.Бекон считал, что мы можем ровно столько, сколько знаем.

13. При недостатке информации, необходимой для организации успешной защиты от какой-либо опасности, у человека может возникнуть чувство страха.

14. Между эмоциональным возбуждением и эффективностью деятельности человека существует криволинейная, “колоколообразнаязависимость. Для достижения наивысшего результата в деятельности, нежелательны как слишком слабые, так и очень сильные эмоциональные возбуждения. Для каждого человека имеется оптимум эмоциональной возбудимости, обеспечивающий максимум эффективности в работе. Оптимальный уровень эмоционального возбуждения, в свою очередь, зависит от многих факторов: от особенностей выполняемой деятельности, от условий, в которых она протекает, от индивидуальности включенного в нее человека и от многого другого. Слишком слабая эмоциональная возбужденность не обеспечивает должной деятельности, а слишком сильная разрушает ее, дезорганизует и делает практически неуправляемой.

15. Решающей чертой эмоционального состояния является его интегративность, его исключительность по отношению к другим состояниям и другим реакциям. Эмоции охватывают весь организм, они придают состоянию человека определенное биологическое качество.

Именно благодаря эмоциям организм оказывается чрезвычайно выгодно приспособленным к окружающим условиям, поскольку он, даже не определяя форму, тип, механизм и др. параметры воздействия, может со спасительной быстротой отреагировать на него определенным эмоциональным состоянием, сведя его, так сказать, к общему биологическому знаменателю, т.е. определить, полезно или вредно конкретное воздействие.

16. При работе в условиях лимита и дефицита времени мобилизуются внутренние резервы человека, приводится в действие ряд механизмов, призванных обеспечить преодоление возникающих трудностей, и происходит перестройка способа деятельности.

17. Эмоции мобилизуют вегетативную сферу и усиливают энергетику тренированного организма, выполняющего привычную работку; это, в конечном итоге, увеличивает работоспособность, резко повышая, тем самым, вероятность выживания в опасных условиях. Однако длительный либо “чрезмерный” по интенсивности эмоциональный стресс всё же истощает организм и может лежать в основе различных патологических изменений (начиная с неврозов).

18. Вышеизложенные представления психофизиологии о стрессе и эмоциях не в полной мере могут распространяться на поведение индивидов в борьбе за жизнь. Очень может быть, что со временем, когда не только специалисты, а и большинство населения поймут, что сейчас насильственной смертью погибает в 10 – 15 раз больше людей, чем “нормальной” (физиологической), будет выделена как самостоятельная наука, именуемая как “экстремальная психофизиология” либо “экстремология”.

19. Начало экспериментального изучения стресса положил А.А.Богомолец (1905, 1909). Он впервые установил, что при самых разных формах мобилизующего воздействия (фарадизация, дифтерийная интоксикация, мышечное напряжение, ботулизм, беременность, введение стрихнина, пилокарпина, цитотоксических антител) в коре надпочечников происходят гистологические изменения, отражающие усиление секреции и сопряженные с накоплением некой “липоидной субстанции”.

20. По Селье (1960), стресс – это совокупность общих черт в реакциях живых организмов на стимулы, имеющие тенденцию нарушать динамический гомеостаз психологических, биохимических и физиологических процессов.

21. Стрессогенным моментом является не сама по себе ситуация, а отношения в этой ситуации между мотивами и возможностями субъекта действовать адекватно им. В зависимости от степени соответствия мотивации возможностям индивидуума все стрессогенные условия П.Фресс делит на две группы. Первую составляют условия, при которых объект не способен, не умеет или просто не готов действовать (новизна, необычность, внезапность ситуации). Вторую группу составляют: сверхсильная мотивация, вызывающая сверхсильное волнение, либо повышенное напряжение, либо разрядку возбуждения (в форме радости, смеха и т.д.). Особенно сказывается сверхсильная мотивация в социально значимых ситуациях, в условиях конфликта.

22. Многие ученые, изучающие стресс, судят о нем по выделению адреналина и норадреналина, частоте сердечных сокращений и субъективным реакциям испытуемых (самооценке, самочувствию и настроению). И вообще, следует отметить, что наибольшее значение большинство учёных придают именно регистрации и анализу гуморальных реакций.

23. Стресс, связанный с умиранием, у многих людей (как и животных) является главным условием, его создающим.

24. Страх в бою – это вполне обычное явление, его испытывают от 80 до 90% солдат. Кроме того, имеется целый ряд вегетативных симптомов: недомогание, боли в желудке, чувство усталости, головокружение, потливость. По проверенным американским данным, у 25% бойцов в обстановке боя бывает рвота, а недержание кала и мочи – у 10-20%.

25. Стрессогенная ситуация предъявляет человеку требования, воспринимающиеся им либо как превосходящие его возможности, что ведет к дистрессу, либо как позволяющие реализовать свои возможности, ответить на эти требования, и благодаря этому достигнуть желаемых последствий. При этом играет роль как субъективная неопределенность требований и возможности им отвечать, так и субъективная значимость последствий ответа.

26. Организм животных значительно легче переносит стрессовые ситуации, очевидно животные немедленно используют стрессовую энергию на реализацию физических реакций, обычно связанных с бегством или нападением. Человек же этой возможности в большинстве случаев не имеет, точнее он не может реализовать стрессовую энергию сразу, поэтому его физиологические системы долгое время могут работать на “повышенных” оборотах. Не поэтому ли психические стрессы играют важную роль в возникновении гипертонической болезни!?

27. От стресса уйти невозможно. Предупредить его также почти никогда нельзя. Но человек может регулировать свои стрессовые реакции.

28. Резкие изменения среды, провоцируя состояние стресса, мобилизуют скрытую генетическую изменчивость, что, в свою очередь, облегчает поиск и отбор наиболее адаптивных вариантов. Генерализованное расширение диапазона изменчивости связано с вовлечением в сферу стрессорных реакций новых нейроэндокринных систем регуляции и непосредственным влиянием гормонов стресса на геном. Свойства организма, в том числе и его стрессорная активность, являются результатом взаимодействия генотипа и среды. Из средовых влияний наиболее важными в определении признаков взрослого организма оказываются условия его раннего онтогенеза, когда организуются процессы, в частности, механизмов, обеспечивающих стрессовую реакцию, протекают наиболее быстрыми темпами, и потому могут быть легко изменены или модифицированы внешними воздействиями”.

29. Согласно представлениям Д.А.Жукова, реакция особи на неконтролируемое воздействие зависима от стратегии поведения (1996). Автор показал, что крысы “КНА” и “КЛА” различаются по целому ряду поведенческих характеристик, что позволяет говорить о двух стратегиях приспособительного поведения – активной (КНА) и пассивной (КЛА). Крысы с активной стратегией поведения устойчивы к стрессорному воздействию, если они могут контролировать ситуацию. Реакция крыс с пассивной стратегией поведения не зависит от фактора контролируемости ситуации.

30. Гормональный ответ зависит не только от природы стресса, но и от субъективной оценки стресс-ситуации, а также индивидуальной стратегии субъекта во время стресса (Е.В.Науменко, 1990). О последнем свидетельствуют также и многочисленные генетические исследования.

31. Можно заключить, что до 90-годов ХХ столетия в мировой литературе накопилась обширная информация о стрессе (его этиологии, патогенезе и частично “нормогенезе”). Было выдвинуто немало форм классификации различных видов стрессов и описаны психофизиологические особенности влияния на организм человека и животных. В последнее 10-летие ХХ века, возможно, в связи с социальными потрясениями, а может на основе закладки научного фундамента для теоретического осмысливания многих важных проблем адаптации “вообще”, или выдвижения новыхумов” (имеется в виду послевоенное поколение учёных), стали проводиться попытки углубить эту проблему, дойти до её “сути”. Проблема, как можно было предположить и раньше, кроется, вероятно, в микро – (интимных) структурах, на морфофункциональном уровне.

32. Нужно понимать, что описанные выше варианты стресса чисто условны, во всех случаях нужно ставить вопрос о субъективной эмоциогенности стрессора, его значимости для личности либо организма. Ведь понятно, что во всех случаях эмоциогенный фактор играет определяющую роль.

33. Автор этой книги, взял на себя смелость предложить с учётом своих индивидуально-характерологических особенностей следующие ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ТЕОРИИ СТРЕССА.

- Стресс возникает в условиях превышения привычных норм при действии экзогенных или эндогенных раздражителей.

- Стресс выражается сначала в неспецифических, а затем и в специфических реакциях.

- Повышение температуры тела является одной из характеристик стресса.

- Стресс последовательно проходит через стадию тревоги, “напряжения”, “перенапряжения” (по Г.Селье).

- Обеспечение стресса – регуляция нервная (высший регулятор – кора больших полушарий, в том числе и концептуальная модель деятельности) и эндокринная (полуавтоматический регулятор, в основном, “гормональная система стресса”).

- Генетическая обусловленность стресса проявляется в наследственных возможностях эндокринной “системы стресса” к усилению активности и изменению пропорции выделения катехоламинов, навязывающих стратегию поведения особи в экстремальных условиях.

- Детерминанты психологии стресса – психические факторы, вырабатываемые на основе наследственных особенностей, жизненного опыта и воли человека, обусловливающие стратегию поведения в конкретных экстремальных состояниях.

- Стресс играет определенную роль в эволюции – путём влияния экстремального состояния организма на активацию интимных механизмов изменчивости, давая, таким образом, материал для естественного отбора.

34. Предполагается, что в связи с расширением исследований по проблеме эмоционального стресса и более глубоким пониманием, как его психофизиологической сущности, так и нейроэндокринных механизмов его развития, генетической обусловленности (вызванных социальными потребностями, выросшими в связи с резким увеличением количества катастроф) через 15-20 лет наука о стрессе сделает резкий шаг вперед. Мы надеемся, что эта наша работа хоть в малой степени будет способствовать развитию и решению проблемы повышения работоспособности и увеличения, таким образом, выживаемости в экстремальных состояниях.

35. Достаточно интенсивная и продолжительная мышечная работа, носящая экстремальный характер, всегда сопровождается повышением Т тела, которое достигает величин 40-41° и более.

36. Во многих случаях повышение Т ядра тела при работе имеет фазный характер, элементом которого является стабилизация гипертермии на повышенном уровне; другие исследователи обнаруживали лишь линейное развитие рабочей гипертермии в условиях физической нагрузки.

37. Подавляющее большинство исследователей полагают, что скорость и величина перестройки Т тела в условиях физической работы зависят от мощности выполняемой нагрузки, однако отдельные авторы на крысах показали независимость стабилизации гипертермии от мощности работы.

38. Продолжает дискутироваться вопрос о целесообразности рабочей гипертермии: одни авторы расценивают её как следствие недостаточности терморегуляторной системы, другие (в том числе и мы) утверждают, что повышение Т тела во время работы является физиологически регулируемым явлением.

39. Нами проведены исследования по изменению специальной работоспособности у нескольких групп спортсменов. Работоспособность измерялась прямо на месте тренировки в условиях выполнения каждым его специфической работы (в связи с Т изменениями при достижении гипертермии 0,5-1,0-1,5-2,0°). Установлено, что наивысшие результаты показаны легкоатлетами при уровнях ректальной Т = 38,9 – 39,1°С, боксёрами = 39,1 – 39,2°С, каратеистами = 38,7 – 39,1°С. Если подсчитать средний прирост (в % - х) показателей специальной работоспособности спортсменов при повышении Т тела во время тренировки, то он составляет: 1. Легкоатлеты – 8,3% (по данным лишь тех показателей, которые регистрировались и до нагрузки), 2. Боксеры – 28,1%, 3. Карате – 37,8%.

40. Психическая адаптация в спорте связана с интеллектуальными и эмоциональными процессами. Не сама ситуация является стрессором, а отношение спортсмена к ситуации может сделать её стрессовой. Вообще, нет ни одной абсолютно стрессогенной ситуации, но каждая ситуация, в зависимости от отношения к ней, может оказаться стрессором. Отсюда и роль психологических мотивационных факторов, определяющих отношение.

41. Психический стресс приводит к симптому напряжения, он имеет приспособительный характер и может быть целесообразен. Затруднять спортивную деятельность могут явления тревоги, вызывающие напряжение ненужной мускулатуры, меняющие выработанный навык. Это определяет и профилактические мероприятия в этом периоде: снижение тревоги и предупреждение изменений мышечного тонуса.

42. В спорте психическая переменная нередко имеет большее влияние на усиление стрессовой реакции, чем нагрузочный физиологический компонент.

43. В обычных условиях наиболее мобильным медиатором является норадреналин, наименее – адреналин. Однако при физических нагрузках главную роль играет все же адреналин.

44. В наибольшей степени стрессовые проявления фиксируются при ожидании старта, и они по-разному оказывают своё влияние в зависимости от предстоящего вида деятельности.

45. П.К.Анохин (1970) рекомендовал для суждения о состоянии спортсмена ориентироваться на три параметра: психическое возбуждение, показатель биоэнергетики и показатель двигательного навыка. Условием высокой результативности спортсмена П.К.Анохин считал согласование в динамике этих трёх показателей. Значит - эмоция, энергетика, движение. Для суждения о динамике состояния спортсменов в экстремальных условиях соревновательной деятельности необходимо всегда одномоментно регистрировать показатели, характеризующие психическую сферу (уровень психического возбуждения), функциональную сферу (уровень энергетических процессов), двигательную сферу (уровень стабильности двигательного навыка).

46. Состояния тревоги и страха возникают чаще всего в спорте в следующих ситуациях: 1). Опасность получения физической травмы – 68,4%, 2). Психическая неподготовленность к ведению борьбы – 52,7%, 3). Аварийная ситуация – 52%, 4). “Невыгодные” правила соревнований - 31,4%, 5). Помехи другими лицами – 27,5%. Но в двух последних ситуациях отмечается и мобилизация функционального состояния организма, - соответственно в 37,5% и 36,9% случаев. В первых же трех вариантах мобилизация отмечается спортсменами в 21 – 23% случаев.

47. Тенденция добиться успеха способствует возникновению у спортсменов положительного эмоционального отношения к соревнованиям, формированию состояния надежды на успех, для которого характерна мобилизация. И напротив, тенденция к неудаче способствует возникновению отрицательного эмоционального возбуждения, появлению страха перед неуспехом, в котором отмечается чрезмерное возбуждение, с тревогой, порождающей чувство неуверенности.

48. Экстремальность условий деятельности – характерная черта современного спорта, кульминационным моментом которой является соревнование.

49. Спортивные соревнования независимо от наличия физических напряжений можно отнести к ситуациям, вызывающим эмоциональный стресс. Если при “чисто” физическом стрессе наблюдаются в основном физиологические реакции на реальный раздражитель – мышечную нагрузку; при спортивном стрессе – конгломерация физиологических реакций как на реальный стрессор – мышечную нагрузку, так и на саму стрессорную ситуацию – значимость соревнования, результативность противников, место соревнований и т.п.

50. Обнаружена корреляция между повышением уровней катехоламинов и мобилизацией в экстремальных условиях. Более высокие концентрации норадреналина найдены у агрессивных животных, по сравнению с неагрессивными (С.А.Разумов и др.,1974). Постепенно стало развиваться представление о гормонах “тревоги” - адреналине и “мобилизации” - норадреналине.

51. Физические нагрузки успокаивают и даже помогают переносить душевные травмы. Стресс, падающий на одну систему, помогает отдыхать другой. Физическая работа обязательно нужна человеку для нормальной жизнедеятельности, так же, как нужны ему воздух, еда, сон, общение. Функции мозга приходят в расстройство, в состояние хаоса, если мы не используем его постоянно для достойных занятий, а отсутствие мотивов к деятельности является величайшей душевной трагедией, разрушающей все жизненные устои.

52. Температура ядра тела у спортсменов в процессе обычной тренировки повышается, как правило, на 1,5°С и более. Максимальные уровни рабочей гипертермии могут достигать у спортсменов в условиях контрольных прикидок и соревнований до 40-41° , а у физкультурников во время зачётных занятий по физическому воспитанию – до 39-40°; после прекращения нагрузки ректальная Т быстро снижается. Тимпанальная Т в описываемых условиях существенно не изменяется. Изменения кожных Т спортсменов в значительной степени зависят от Т, влажности и движения окружающего воздуха, т.е. от внешних условий. Показатели специальной работоспособности у спортсменов, регистрируемые при последовательном развитии рабочей гипертермии, имеют наивысшие значения, на 8 – 28% превышающие исходные, при повышении ректальной Т от 38,8 до 39,2± 0,2°, при дальнейшем росте Т они начинают снижаться. Повышение Т тела у спортсменов во время тренировки сопровождается не только ростом показателей специальной работоспособности, но и адекватной перестройкой функциональной деятельности, не выходящей, однако, за пределы физиологической нормы.

53. Имеется огромное количество сведений о негативном влиянии внешнего тепла на различные организмы, разные виды работоспособности, органы, системы органов, ткани и т.п. А в тоже время, имеются материалы о том, что высокие окружающие Т снижают качество работы (Pepler R.D.,1958; Wing J.F.,1965), но увеличивают ее скорость (Reilly R.F., Pasker J.F.,1967; Lovingwood B., Blyth C., Peascook W., Jindsay R.,1967; Павлов А.С.,1971).

54. Больше данных о положительном влиянии внешнего нагрева на работоспособность человека описано в спортивной литературе.

55. Данные литературы об отрицательном влиянии высокой Т производственной среды на производительность труда рабочих и факты повышения максимальной работоспособности отдельных контингентов (спортсменов) в условиях внешнего перегрева тела нельзя сравнивать между собой и считать противоречивыми. Производительность труда оценивается, как правило, эффективностью выполнения работы в течение длительного времени, например, рабочей смены. А максимальная работоспособность, как правило, дифференцируется предельными напряжениями на силу, быстроту, ловкость, гибкость.

56. Биологической базой для сведений о возможности повышения работоспособности в условиях внешнего перегрева является закон Вант-Гоффа-Аррениуса, в котором обобщены общие закономерности влияния Т на живые системы. Указывалось на то, что высокие Т стимулируют обмен в клетке, а низкие его угнетают.

57. Еще в 1934 году Баркрофтом (Barcroft J., 1937) было сказано: "ясно видно, что природа научилась так использовать каждую биохимическую ситуацию в организме, чтобы избегнуть тирании простого подчинения уравнению Аррениуса. Она может регулировать жизненные процессы так, чтобы управлять химической ситуацией, а не подчиняться ей".

58. По нашему мнению, для приведения изложенных сведений по гипертермии к "общему знаменателю" нужно учитывать:

- Этиологию нагрева ("внешнее" или "внутреннее" тепло, их особенности);

- Т – градиент между Т тела, кожи и воздействующей температурой;

- Характер теплового воздействия (способы распространения от источника тепла: конвекция, теплопроведение, радиация; площадь воздействия на тело, интенсивность нагрева и т.п.);

- Критерии оценки работоспособности (кратковременные или продолжительные, количество работающих мышечных групп и т.п.);

- Степень привычности обследуемого к выполняемой работе и окружающим условиям;

- Уровень тепловой устойчивости организма обследуемого;

- Концептуально-психологические установки.

59. По мнению автора, 30-мин общее Т воздействие, сочетающееся с легкой физической нагрузкой, вызывает существенное напряжение функционального состояния организма человека, снижает его работоспособность, однако физически тренированные люди реагируют меньшим напряжением своего функционального состояния, что проявляется по большинству из регистрируемых показателей. Эти данные полностью совпадают с мнением других исследователей о негативном влиянии внешнего перегрева на функциональное состояние организма человека.

60. Зрительно-моторная реакция (ЗМР) при гипертермии 1,4° у всех обследуемых в тепловой камере не уменьшилась, как можно было ожидать, а увеличилась (ускорилась). Причём у спортсменов ЗМР увеличилась в большей мере, чем у нетренированных людей, и на простой, и на дифференцировочный раздражители (Р < 0,01).

61. По мнению автора, выполнение физической работы при жаре оказывает в основном истощающее влияние на организм человека. Но всё же легче переносится работа, имеющая перерывы для отдыха, хотя и проходящего при этой же жаре. Гипертермия у физически тренированных людей при работе в жаре развивается в 1,5 - 2 раза медленнее, чем нетренированных. При одинаковых уровнях перегрева у спортсменов, как и других физически тренированных людей, отмечено меньшее истощение организма и снижение мышечной работоспособности. Важно, что у всех обследуемых были отмечены факты повышения некоторых разновидностей работоспособности. В частности, - важно зафиксированное автором ускорение ЗМР и на простой и на дифференцировочный раздражители, особенно - у физически тренированных людей.

При одинаковых внешних тепловых экспозициях (по времени) Т показатели у физически тренированных людей изменялись меньше, чем нетренированных, а перегрев развивался медленней, что может свидетельствовать об их лучшей тепловой устойчивости.

Интересно, что в другой модификации исследований одна и та же степень гипертермии (0,5 – 1,0 - 1,4° С), обуславливаемая эрготермической нагрузкой указанной интенсивности, у физически тренированных людей развивалась примерно в два раза позже, чем нетренированных.

Изложенное выше позволяет считать, что в условиях жары (пожар, неполадки в системе терморегуляции в замкнутом пространстве, работа при прямом воздействии солнечных лучей или другой лучистой энергии и т.п.) вероятность выживания физически тренированных лиц может оказаться в 1,5 -2 раза (и более) выше, чем нетренированных.

62. В исследованиях автора на нескольких экспериментальных видах животных во всех случаях обнаружены ещё на ранних этапах внешнего перегрева (5 - 15мин) явления и приспособления и альтерации, развивающиеся параллельно. Первые направлены в первую очередь на сохранение и/или увеличение белоксинтезирующей и транспортной функций, альтеративные - захватывают все основные обменные процессы: белковый, углеводный, липидный.

По мере увеличения продолжительности и/или мощности нагрева можно проследить, что имеет место усиление и процессов приспособления и явлений альтерации. Равновесие между ними - крайне шаткое и легко нарушалось, что нередко приводило к гибели животных на всех этапах тепловых экспозиций. Можно полагать, что процесс тепловой адаптации реализуется во взаимодействии тех и других, т.е. процессы альтерации принимают деятельное участие в ней.

63. Исследования автора на животных позволяют выдвинуть мысль о том, что при тепловой адаптации движущей силой развития нового качественного состояния является "дозированное повреждение" ультраструктуры тканей, вызываемое превышением мощности привычных норм, в определенной мере "насилием", что в последующем ведёт к компенсации и даже "сверхкомпенсации".

64. Можно предположить, что в основе повышения функциональных возможностей организма (вероятно, к любому воздействию) лежат не процессы приспособления (“удовольствие”, работа не "через силу"), а объективно - "дозированное" повреждение ультраструктуры тканей, субъективно идущее через “насилие” (работа "до отказа плюс два раза"). Т.е. "мир" делают "лучшим" не наслаждения и удовольствия, а более жесткие факторы. А потому можно считать, что "восхождение к звездам" идет через кровь и смерть. Таким образом, приходится согласиться с "древней" мыслью о том, что "плохое - учит".

65. Важно тренироваться разумно, лишь на определенную величину превышая привычную норму, используя принцип "дозированной альтерации".

66. У гомойотермов всякое отклонение какой-либо жизненной функции от ее константного уровня приводит к срочной мобилизации физиологических механизмов, восстанавливающих этот установленный уровень (Ольнянская Р.П.,1969). Но почему же достаточно интенсивная и продолжительная физическая нагрузка вызывает всегда в организме гипертермию?!

67. Формы реагирования и пути адаптации организмов к тепловому стрессу могут быть различными в зависимости от вида эрготермического воздействия; в определенных условиях температурная регуляция человека при мышечной работе может нетермально смещаться на второй уровень, единый для всех людей, характеризующийся устойчивостью и оптимальной мобилизацией функциональных систем, направленной на эффективное выполнение работы.

68. Для оценки биологической роли гипертермии, развивающейся в организме человека при работе в различных Т условиях, автором разработан новый методический подход, Для этого использованы нижеследующие критерии.

- Направленность изменений работоспособности, являющейся тем конечным полезным результатом, к которому, согласно теории функциональных систем, организм стремится при мышечной работе.

- Адекватность функционирования системы терморегуляции, т.е. сопротивляется организм перегреву или наоборот – стремится повысить Т тела.

- Оптимальность функционирования при гипертермии основных физиологических систем, в частности, кардиореспираторной, т.е. физиологическая “стоимость” (“цена”) развивающейся гипертермии.

- Устойчивость в условиях гипертермии нового уровня терморегуляции.

69. Генез перегрева всегда зависим от вида эрготермической нагрузки (этиология, объем, интенсивность, техническая сложность, локализация усилий, “физиологическая тяжесть”).

70. Один из неясных вопросов термофизиологии: что является объектом Т - регуляции?! – Теплосодержание, средняя температура тела, Т ядра тела?

71. В неблагоприятных условиях перегрева происходит быстрое выравнивание Т ядра и оболочки. В этих случаях смешивание величин Т ректальной и средневзвешенной Т кожи, очевидно, не имеет существенного значения, так как средняя Т тела практически равна Т ректальной.

72. По мнению И.С.Кандрора (1984) “целью, или объектом терморегуляции и при работе, и в покое, можно считать Т глубоких слоев тела, а теплосодержание, или Т оболочки, – средством регуляции, т.е. переменным параметром”.

73. По Максимовичу В.А. (1985) “клеточные элементы ткани мозга наиболее чувствительны к нарушению термогомеостаза, а в гипоталамусе находятся центры терморегуляции. Интенсивность обмена веществ в мозге и сопровождающее его теплообразование почти в 10 раз выше, чем в среднем в единице массы тела человека. Величина притока крови к мозгу, а, следовательно, и конвекционного тепла в 5-10 раз больше, чем к другим органам такой же массы. Поэтому опасность накопления в мозге тепла, если отведение его затруднено, очевидна”. Последним можно объяснить установленный Савапас М., Caputa M. (1979) факт интенсивного охлаждения головного мозга при тяжелой физической работе вследствие потери тепла с лица и дыхательных путей.

74. Автор при изучении влияния на организм человека рабочей гипертермии использовал для диагностики перегрева не эзофагальную, аортальную, тимпанальную виды Т, а в основном - ректальную.

75. По мнению автора, можно полагать, что значительные нарушения (отклонения) теплового гомеостаза в экстремальных состояниях являются, как правило, необходимостью. Они “полезны” для работы ведущих функциональных систем организма, которые обеспечивают конечный полезный результат (Павлов А.С., 1999; 2000; 2007).

76. Повышение работоспособности - РС различных профессиональных контингентов и спортсменов при рабочей гипертермии

Исследуемые контингенты

% прироста РС

Ректальная Т- ра

Студенты вузов

“Штурманы” авиации

Горноспасатели

Пожарные

Легкоатлеты

Боксёры

Каратеисты

21,9

28,9

18,3

17,5

8,3

28,1

27,9

38,7± 0,1

38,7± 0,1

38,8± 0,1

38,9± 0,1

39,0± 0,1

39,2± 0,1

38,8± 0,1

 

77. Организм тренированного человека при работе стремится к тому уровню терморегуляции, который является оптимальным при завершении перехода от состояния “покоя” к привычному для него состоянию “движения.

78. У некоторых высокотренированных индивидуумов (спортсменов – мастеров спорта) еще до начала обследования (экстремальная физическая нагрузка) имело место повышение ректальной температуры до 38,70С, что, по мнению автора, носило условнорефлекторный характер, а частота сердечных сокращений при этом изменялась незначительно.

79. В исследованиях автора, при выполнении экстремальной мышечной работы в термонейтральных условиях потоотделение, хотя и существенно активизировалось, однако не носило термически адекватного характера, что наблюдалось при внешнем перегреве организма. Очевидно, здесь причина развития гипертермии – ее необходимость для эффективности нагрузки. Следовательно, организм “умышленно” допускает повышение его теплового содержания, являющегося одним из необходимых условий мышечной работы.

80. В исследованиях автора на Т “плато” не происходило резкого нарастания функционального напряжения показателей регуляции сердечного ритма и функции дыхания, что можно объяснить достижением оптимального уровня обеспечения функционирования организма в конкретных условиях развития рабочей гипертермии. Этот факт еще раз оказывает полезность рабочей гипертермии, не увеличивающей “физиологическую стоимость” работы.

81. При выполнении прерывистой работы Т тела у всех обследуемых сначала повышалась, а потом стабилизировалась на высоте ректальной Т = 38,74 ± 0,060С, т.е. плато. Здесь важно обратить внимание на следующие 4 особенности.

- У физически тренированных обследуемых, характеризующихся более совершенной терморегуляцией, при выполнении работы скорость развития гипертермии – до стабилизации на уровне “плато” – была выше, чем у нетренированных людей; затем, в восстановительном периоде Т тела также снижалась быстрее.

- Продолжительность “плато” при работе у спортсменов была длиннее (у некоторых индивидов – до 2-3 и более часов), его удавалось “сорвать” только у одного из 10-ти обследуемых. У нетренированных людей автору в 60% случаев удавалось вызвать после “плато” новое повышение Т тела (“срыв”), хотя для этого приходилось прилагать со стороны обследуемого значительные волевые усилия.

- В восстановительном периоде (в покое) Т тела у всех обследуемых снижалась, но вновь стабилизировалась на высоте ректальной Т = 38,7оС, однако у физически тренированных людей, как указывалось, на более продолжительное время.

- Интенсивность потоотделения при работе у физически тренированных людей была ниже, чем нетренированных. И при работе и в восстановительном периоде отмечена стабилизация интенсивности потоотделения на том же уровне “плато”, причем на те же сроки, что и ректальная Т.

82. В литературе имеются сведения о том, что организм интуитивно подбирает для себя темп и характер движений (Kasparative H, Weiner Z., Duca P.R.,1974).

83. В изученных автором условиях при экстремальной работе произошла перестройкагомеотермии” на новый уровень “нормальной” температуры, одинаковый для всех обследуемых, как и при нормотермии.

84. Хочачка и Сомеро (1977) предложили интересную точку зрения: “поскольку все организмы представляют собой агрегаты атомов и молекул, не будет ли, в конечном счете, биохимическим любое изменение в физиологии, анатомии и даже поведении организма? Можно проследить, хотя бы - теоретически, что любое изменение в организме, в конечном счете, связано с какими-то изменениями, происшедшими на молекулярном уровне”.

85. Можно полагать, что нами (автором) обнаружен один из эволюционно закрепленных механизмов оптимизации, который сформировался у человека и, вероятно, у всех гомойотермов, и который, по-видимому, обусловливается изменениями на клеточно-молекулярном уровне путем смещения уровня протекания обменных реакций на “требуемую” величину.

86. На основании анализа материала автора (в свете 4-х критериев по оценке биологической роли гипертермии) можно считать верными представленные доказательства, полученные в исследованиях и на человеке и на экспериментальных животных, и не сомневаться, что в 4-й серии исследований обнаружено смещение уровня температурной регуляции на 1,50С вверх.

87. Вопрос: что является пусковым механизмом смещения установочной точки? – Возможно, в процессе мышечной работы в крови образуются “эндогенные пирогены”, которые “включают” или “выключают” центр терморегуляции и в последующем уже его активность (либо потеря чувствительности) обеспечивает изменение соотношения между процессами теплопродукции и теплоотдачи в сторону накопления тепла в организме, “выгодного” ему для оптимального функционирования в новых условиях?!

88. Весьма важные результаты получены Cannon T.W., Kluger M.T. (1983): введение крысам плазмы крови, взятой у человека после мышечной работы, вызвало повышение температуры тела у животных и снизило у них содержание железа и цинка в крови. Авторы сделали предположение о том, что во время работы у человека образуется эндогенный пироген, который отсутствует в состоянии покоя. Введение животным эндогенного пирогена вызывает монофазное повышение температуры тела, достигающее максимума спустя 90 минут после введения.

89. Опережающая мобилизация функциональных систем может происходить по механизму безусловных и условных рефлексов.

90. Можно провести аналогию между выявленным и доказанным автором (А Павловым) фактом адаптивного перехода нормальной температуры тела при экстремальной мышечной работе на новый “нормальный” уровень и изученной ранее (Весёлкин П.Н.,1963) приспособительной ролью лихорадки в иммунобиологических реакциях больного организма.

91. Из 4-х серий исследований, проведенных автором с целью выявления роли гипертермии, был обнаружен феномен смещения Т – set point лишь в одном случае, а в 3-х – имела место функциональная недостаточность адаптивных систем Т регуляции.

92. “Оптимальная” гипертермия является кратковременным, но “устойчивым” состоянием (steady state), она поддерживается до 10 – 20 минут без дополнительных усилий (т.е. и в покое); в определенных пределах эта устойчивость регулируется физической терморегуляцией.

93. Смещение установленного уровня Т регуляции не обязательно, как считали сторонники этой точки зрения, оно может происходить, а может и не происходить. В определенных условиях, как автором установлено, заданный уровень терморегуляции может сдвигаться, обеспечивая эффективность (по данным работоспособности) и оптимальность (по данным кардиореспираторной системы) функционирования организма. Этот феномен А.Павлову удалось выявить в “чистом” виде, его повторяемость не вызывает сомнений.

94. Существуют два характера накопления тепла в организме человека: “экзогенный” и “эндогенный”. Первый характеризуется адекватной мобилизацией системы Т регуляции, направленной на вывод избыточного тепла из организма; если же перегрев все-таки происходит, то это прогрессирует “насильственно”, в результате превышения мощности воздействия эрготермического фактора функциональным возможностям организма. При “эндогенном” характере воздействие эрготермической нагрузки вызывает в организме человека (по-видимому, гуморальным путем) сдвиг “set point”, в результате чего уровень Т регуляции стремится повысится и стабилизироваться на 2-ом “этаже”, на 1,50С выше нормотермии. Этот второй уровень Т регуляции отличается определенной устойчивостью, т.е. регулируется.

95. Два характера накопления тепла в организме могут переходить один в другой. Для реализации каждого из них требуется (как установлено исследованиями автора) определенное время. Сдвиг “set point” обеспечивает (в относительно нормальных экстремальных условиях) достижение своего заданного уровня температуры тела в течение 20-30 минут. Во многих случаях, если повышение Т тела вызвано не экзогенным фактором, а произошел сдвиг “set point”, Т может либо не успеть достичь этого условия, либо происходитсрыв”, когда генез гипертермии переходит на нерегулируемый путь (в условном понимании), приводящий к перегреву.

96. Научная теория побеждает, когда вымирают представители старой науки. (М.Планк).

97. С.Либермейстер еще в 1875г. утверждал, что лихорадка представляет собой не потерю способности организма к теплорегуляции, а активное переключение организма на ее новый, более высокий уровень. В том же веке и другие клиницисты обращали внимание на то, что лихорадящий организм не только перегрет, но и стремится активно удерживать Т тела на этом новом повышенном уровне.

98. Еще С.П.Боткин указывал на то, что энергичное применение жаропонижающих средств при инфекционных заболеваниях не только не устраняет развитие дистрофических явлений в органах, но даже их увеличивает и ухудшает течение болезни.

99. По мнению Hensel H. (1981), повышение Т тела может объясняться, по меньшей мере, 4 причинами:

1.Тепловой стресс привел к рабочей погрешности;

2.Система терморегуляции перегружена;

3.Стандартные состояния измерений не значимы, так как Т-поле не изменилось;

4. Произошел сдвиг уровня Т-регуляции, т.е. “set point”.

100. Можно полагать, что в анналах видовой памяти человека сложилась в процессе эволюции программа психофизиологического поведения в экстремальных ситуациях, опасных для жизни. Она может извлекаться или не извлекаться, в зависимости от нескольких причин. В рискоопасных условиях может произойти извлечение программы “гипермобилизации” функционального состояния, характеризующейся, в частности, резким повышением показателей работоспособности на фоне относительно “безопасного” напряжения остальных функциональных систем, не выходящих за пределы физиологической нормы. Очевидно, эти факторы и являются ведущими для “чудесного” спасения людей в кажущихся безнадёжными условиях. Программа гипермобилизации извлекается либо не извлекается. И очень важно, что эта программа (“гипермобилизации”) поддаётся тренировке.

Послесловие автора

Трудно понять, но автор этой книги (научного издания) продолжает упорно настаивать на том, что имеются (лишь частично изложенные в этой книге, но полностью представленные в успешно защищённой в 1990 году докторской диссертации) доказательства о том, что в анналах видовой памяти человека сложилась в процессе эволюции программа психофизиологического поведения в экстремальных ситуациях, опасных для жизни. Она может извлекаться или не извлекаться, в зависимости от нескольких причин (изложенных в тексте).

В рискоопасных условиях может произойти извлечение программы “гипермобилизации” функционального состояния, характеризующейся, в частности, резким повышением показателей работоспособности на фоне относительно “безопасного” напряжения остальных функциональных систем, не выходящих за пределы физиологической нормы. Очевидно, эти факторы и являются ведущими для “чудесного” спасения людей в кажущихся безнадёжными условиях. Программа гипермобилизации извлекается либо не извлекается. И очень важно, что эта программа (“гипермобилизации) поддаётся тренировке.

Постскриптум: автор не претендует на безоговорочное признание своих представлений (меня не привлекают никакие регалии и другие материальные или честолюбивые достижения), а хотелось бы хоть немного приблизиться к истине.

 

 Литература

  1. Агаджанян Н.А., Катков А.Ю. Резервы нашего организма - 2-е изд., испр., доп., М.:Знание, 1982.-176с.
  2. Агаджанян Н.А. Адаптация к экстремальным условиям и резистентность организма. //Вестник АМН СССР, 1987, №6, с.24-28.
  3. Агарков Ф.Т., Павлов А.С. Влияние мышечной тренировки на тепловую устойчивость организма человека. //Физиол. журнал СССР, 1970, т. У1, с.282-287.
  4. Агарков Ф.Т., Павлов А.С. К вопросу о повышении тепловой устойчивости организма человека средствами мышечной тренировки. //Космич. биология и медицина, 1975, № 5, с.75-80.
  5. Адо А.Д. Некоторые исторические и современные аспекты учения о лихорадке (сообщение 1). //Клиническая медицина, 1993, №6, с.68-71.
  6. Ажаев А.Н., Зориле 3.И., Кольцов А.Н. Влияние высокой температуры окружающей среды на работоспособность человека. //Космическая биология и авиакосмическая медицина, 1980, №2, с.35-39.
  7. Алдерсонс А.А. Механизмы электродермальных реакций. Рига: Зинатне, 1985, 130 с.
  8. Александров Ю.И. /Отв. ред./Основы психофизиологии: учебник. М.: ИНФРА - М.,1998. 432с.
  9. Анохин П.К. Опережающее отражение действительности. //Вопросы философии, 1962,№7, с14 - 21.
  10. Анохин П.К. Теория Функциональных систем как предпосылка к построению физиологической кибернетики. В кн.: Биологические аспекты кибернетики. /Под ред. Кузина А.М., Изд-во АН СССР,1962, с.74 - 91.
  11. Анохин П.К. Системный анализ интегральной деятельности нейрона. М.:Медицина,1874.
  12. Анохин П.К. Очерки по физиологии функциональных систем. М.:Медицина,1975.- 447с.
  13. Анохин П.К. Системные механизмы высшей нервной деятельности. М.: Наука,1979,454с., илл.
  14. Анохина И.А. Нейрогуморальные факторы устойчивости к эмоциональному стрессу. “Мотивация и эмоциональный стресс: механизмы эмоционального стресса”. Ч.2. М.,1987,с.3 - 8.
  15. Аулик И.В. Определение физической работоспособности в клинике и спорте. М.: Медицина, 1990.-192 с.
  16. Баевский Р.М. Кибернетический анализ процесса управления сердечным ритмом. - В кн.: Актуальные проблемы физиологии и патологии кровообращения, М., 1976, с. 161-175.
  17. Баевский Р.М. Прогнозирование состояний на грани нормы и патологии. М,: Медицина, 1979, 298 с.
  18. Баевский Р.М., Кириллов О.И., Клецкин С.3. Математический анализ изменений сердечного ритма при стрессе. М.: Наука, 1984, 218с.
  19. Баженов Ю.И., Бочаров М.И., Турусбеков Б.Т. Терморегуляция у человека при мышечной работе в условиях высокогорной гипоксии. В кн.: Материалы П Всес. конф. по адаптации человека к различным географическим, климатическим и производственным условиям. Новосибирск, 1977, с 84-85.
  20. Баженов Ю.И. Термогенез и мышечная деятельность при адаптации к холоду. Л.: Наука, 1981, 105 с.
  21. Баранова С.В., Головко О.И., Новикова Н.С., Носов М.А., Корнева Е.А., Казакова Т.В. Влияние стресса на экспрессию индуцибельных генов С-bos и интерлейкина-2 в клетках нервной и иммунной систем //Нейрохимия,1988,т.15,вып.4.,с.380-387.
  22. Бачурихина Л.С., Бут В.И., Волохова Н.А., Катрушенко А.Г., Петелина В.В., Скоробогатов А.М., Фляфер Т.П., Яковлева М.И. Механизмы центральной регуляции защитно-приспособительных реакций в экстремальных условиях. В кн.: Эволюция, экология, мозг. Л.,1972,с.261-276.
  23. Бернштейн В.А., Синайский М.М., Груева Л.Г., Левитина Т.А., Лазутина Т.П. Об особенностях терморегуляции при мышечной работе. //Физиол. журн. СССР, 1973, № 5, с 819-827.
  24. Бернштейн В.А. О механизмах гипертермии при мышечной работе. В кн.: Теорет. и практ. вопросы терморегуляции в норме и патологии, Л., 1974, с.42-43.
  25. Бернштейн В.А. Критические замечания к теории установочной точки в терморегуляции. //Успехи физиол. наук,1975,т,6,№ 4, с. 124-133.
  26. Бернштейн В.А. 0 рабочих пирогенах. //Бюллетень экспериментальной биологии и медицины,1979, № 8, с.144-145.
  27. Беляев Д.К. Генетические аспекты доместикации животных. //Проблемы доместикации животных и растений. М.,1972,с.39-45.
  28. Беляев Д.К. О некоторых вопросах стабилизирующего и дестабилизирующего отбора. //История и теория эволюционного учения. Эволюционные взгляды И.И Шмальгаузена /к 90-летию со дня рождения/. Л.,1974, с.76-84.
  29. Беляев Д.К. Некоторые генетико-эволюционные проблемы стресса и стрессируемости. //Вестник АМН СССР. 1979, №7,с.9-14.
  30. Бобков Г.А., Татурян 3.А., Евстафьева Е.В., Кузин Е.И. Гипертемия и некоторые проявления работоспособности. Материалы I I Всес. симпозиума “Физиол. и клинич. проблемы адаптации”. М.: Университет дружбы народов им. П.Лумумбы, 1978, с.99.
  31. Богомолец А.А. К вопросу о микроскопическом строении надпочечников в связи с их отделительной деятельностью. Одесса, 1905.
  32. Богомолец А.А. К физиологии надпочечных желез Супраренотоксины. М.: Русский врач, 1909,т.29,с.972-978.
  33. Брадис С.А. Очерки по физиологии и гигиене труда горноспасателей. М.: Медицина, 1970, 231с.
  34. Бубеев Ю.А., Ремизов Ю.И., Полюхович В.В. Изменение энергетических резервов при умственном утомлении. //Физиология человека, 1996, т.22, №2, с.134-135.
  35. Бутченко Л.А. Электрокардиография в спортивной медицине. М.: Медгиз, 1963, 203с.
  36. Ведяев Ф.П., Воробъева Т.М. Модели и механизмы эмоциональных стрессов. Киев: Здоровье, 1983,136с.
  37. Ведяев Ф.П. Стресс и организм. //Вестник Российской АМН, 1992, №5, с.17-20.
  38. Веселкин П.Н. Лихорадка. М.: Медгиз, 1963, 375с.
  39. Висмонт Ф.И. Адренергические механизмы регуляции содержания холестерина липопротеидов в крови при перегревании и простагландиновой гипертермии. Автореф. дисс. канд. мед. наук. Минск, институт физиологии АН БССР,1982, 20с.
  40. Воеводина Т.М., Коржавин А.Я., Куприяшин Ю.Н., Тарасов С.И. Определение физической работоспособности. //Физиология человека,1975, т.1,№4,с.684-691.
  41. Воложан А.И., Субботин Ю.К. Болезнь и здоровье: две стороны приспособления. М.: Медицина,1998, 480с., ил.
  42. Волкинд Н.Я. Влияние экзаменов на сердечную деятельность студентов младших и старших курсов. //Журнал высшей нервной деятельности,1982,№1,с.158.
  43. Волкинд Н.Я. Изменения частоты сокращений сердца во время защиты кандидатской диссертации. //Физиология человека,1985,т.11,№2,с.330.
  44. Вяткин Б.А. Управление психологическим стрессом в спортивных соревнованиях. М.: Физкультура и спорт, 1981, 112 с.
  45. Гандельсман А.Б., Смирнов К.М. Физиологические ооновы методики спортивной тренировки. М.:Физкультура и спорт, 1970, 232с.
  46. Гельгорн Э., Луфборроу Дж. Эмоции и эмоциональные расстройства. Нейрофизиологическое исследование. Пер. с англ. М.: Мир,1966,672с.
  47. Гиппенрейтер Б.С. Температурные изменения при плавании и беге. Ученые записки Центрального института физической культуры им. Сталина. М.- Л. 1949, вып.8,с.104-II5.
  48. Гиссен Л.Д. Время стрессов. Обоснование и практические результаты психопрофилактической работы в спортивных командах. М.: Физкультура и спорт,1990, 192с., ил.
  49. Годик М.А. Метрологические основы контроля за физической подготовленностью спортсменов. Спортивная метрология: Учебник для институтов физич. культуры. /Под ред .В.М.Зациорского. М.: Физкультура и спорт.-1982.-с.175-202.
  50. Горизонтов П.Д. (ред.) Патологическая физиология экстремальных состояний. М.: Медицина, 1973, 383 с.
  51. Гримак Л.П. Резервы человеческой психики. М.,1989, 319 с.
  52. Громашевская Л.Л. Определение физической работоспособности: (лекция); Центр. ордена Ленина институт усовершенствования врачей. М., 1981, 14с.
  53. Губачев Ю.М., Иовлев В.В., Карвасарский В.Д., Разумов С.А., Стабровский Е.М. Эмоциональный стресс в условиях нормы и патологии. М.: Медицина,1976,224с.
  54. Гурин В.Н. Центральные механизмы терморегуляции. Минск: Беларусь, 1980, 127с.
  55. Гурин В.Н. Обмен липидов при гипотермии, гипертермии и лихорадке. Минск: Беларусь, 1986, 190с.
  56. Дембо А.Г., Земцовский Э.В. Корреляционная ритмография. В кн.: Спортивная кардиология. Изд. Саратовского госуниверситета, 1980, с. 130-149.
  57. Дикая Л.Г. Становление новой системы психической регуляции в экспериментальных условиях деятельности //Принцип системности в психологических исследованиях. М.: Наука, 1990, с.103.
  58. Дикая Л.Г., Семикин в.в., Щедров В.И. Исследование индивидуального стиля психофизиологического состояния //Психологич. журнал., 1994, т.15, №6, с.28.
  59. Дмитриева Н.В., Глазачев О.С. Концептуальные подходы к диагностике стресс-индуцированных функциональных нарушений у человека в условиях производственной деятельности. //Вестник РАН,1997,№4,с.28-34.
  60. Дыгало Н.Н., Юдин Н.С., Калинина Т.С., Науменко Е.В. Генетико-физиологические механизмы гормональной модификации стрессорной реактивности. Онтогенетические и генетико-эволюционные аспекты нейроэндокринной регуляции стресса. Новосибирск,1990.
  61. Душанин С.А., Пирогова Е.А., Иващенко Л.Я. Самоконтроль физического состояния. Киев: Здоровье,1985, - 26с.
  62. Ерохин И.А. Элементы теории экстремального состояния организма. //Физиол. журнал им. И.М.Сеченова,1993,№9,с.98-105.
  63. Жуков Д.А. Реакция особи на неконтролируемое воздействие зависит от стратегии поведения. //Физиол. журнал им. И.М.Сеченова,1996,т.2,№4,с.21-29.
  64. Жуков Д.А. Психогенетика стресса. Сп-Б,1997,176с.
  65. Зайчик А.Ш., Чурилов Л.П. Основы общей патологии Часть 1.Основы общей патофизиологии. /Учеб. пособие для студентов медвузов. /Сп-Б.,1999-ЭЛБИ, 624с., ил.
  66. Зациорский В.М. Физические качества спортсмена. М.: Физкультура и спорт, 1979, с.65-151.
  67. Зациорский В.М. Основы теории тестов. В кн.: Спортивная метрология. /Под ред. В.М.Зациорского. М.: Физкульт. и спорт,1982, с. 63- 81.
  68. Зациорский В.М. Основы теории оценок. В кн.: Спортивная метрология. /Под ред. В.М.Зациорского. М.: Физкульт. и спорт, 1982, с.81-94.
  69. Зинченко В.П., Леонова А.Б., Стрелков Ю.К. Психометрика утомления. М.: Изд. МГУ, 1977, 109с.
  70. Иванов К.П. Биоэнергетика и температурный гомеостазис. Л.: Наука, 1972, 171с.
  71. Иванов К.П. Основные принципы регуляции температурного гомеостаза. В кн.: Физиология терморегуляции. /Иванов К.П., Минут-Сорохтина О.П., Майстрах Е.В. и др. Л.: Наука, 1984,с. 113-180.
  72. Иванов К.П. Терморегуляция у человека в норме и при экстремальных условиях. В кн.: Физиология экстремальных состояний и индивидуальная защита человека. М., 1982,с.17-19.
  73. Иоффе Л.А., Бобков Г.А. Терморегуляторные аспекты разминки (обзор). //Теория и практика физической культуры,1988,№4,с.24-28.
  74. Кандрор И.С. Терморегуляция при мышечной работе. В сб.: Теорет. и практич. вопросы терморегуляции в норме и патологии, Л., 1974, с.12.
  75. Кандрор И.С. Терморегуляция у человека при мышечной работе. В кн.: Физиология терморегуляции. /Иванов К.П., Минут-Сорохтина О.П., Майстрах Е.В. и др. Л.:Наука, 1984, с.139-180.
  76. Карпман В.Л., Белоцерковский З.Г., Гудков И.А. Тестирование в спортивной медицине. М.: Физкультура и спорт, 1988, 207с.
  77. Кашин В.Н. К вопросу об адаптации к экстремальным воздействиям. Тез. докл. I I Всес. конф. “Физиология экстремальных состояний и индивидуальная защита человека”. М.,1986, с.436.
  78. Кеннон У. Физиология эмоций. Л.: Прибой, 156с.
  79. Киколов А.И. Умственно-эмоциональное напряжение за пультом управления. М., 1967.
  80. Китаев-Смыг Л.А. Психология стресса. М.: Наука,1983,368с.
  81. Коган А.Б., Ермаков П.Н. Электрическая активность мозга человека в экстремальных условиях деятельности. //Психол. журнал, 1987,т.8,№5,с.112-119.
  82. Койранский Б.Б. Опыт изучения влияния холода на температуру тела и кожи работающего. В сб. “Метеорологический фактор и его влияние на организм”. Л., 1960, вып. I, с.67-81.
  83. Компоненты адаптационного процесса. (Медведев В.И. и др.). Л.: Наука, 1984, 111с.
  84. Конорски Ю. Интегративная деятельность мозга. М.: Мир, 1970,412с.
  85. Кощеев В.С., Кузнец Е.И. Физиология и гигиена индивидуальной защиты человека в условиях высоких температур. М.: Медицина, 1986, 256с.
  86. Кузнец Е.И. Классификация, оценка и прогнозирование теплового состояния человека в условиях нагревающего микроклимата. В кн.: Теоретические и практические проблемы терморегуляции. Ашгабат, 1982, с.123-131.
  87. Кузнецов В.В. Спорт - основной фактор научного познания резервных возможностей человека. //Теория и практика физич. культуры, 1979 ,№3, с. 45-48.
  88. Кузнецов В.В. Методология междисциплинарных антропомаксимологических исследований человека. //Теория и практика физической культуры, 1984, №12, с.35-37.
  89. Кузнецов В.В. Новое в методологических изучениях возможностей человека. В сб.: Здоровье и фунциональные возможности человека. Тез. докл. Всес. науч. конф. /3-5 ХП 1985г./
  90. Лебедев В.И. Личность в экстремальных условиях. М.: Политиздат,1989,304с.
  91. Левитина Т.А., Левитин Н.М. Информационный подход к оценке степени влияния внешних факторов на спортивный результат /на примере плавания/. //Теория и практика физической культуры, 1981, №12,с.11-13.
  92. Леви Л. Стрессоры, выносливость к стрессу, эмоции и результаты деятельности в связи с выделением катехоламинов. В кн.: Эмоциональный стресс - физиологические и психологические реакции, медицинские, индустриальные и военные последствия. Л.: Медицина, 1970,с.225-233.
  93. Линденбратен В.Д., Ушакова Н.И., Ходасевич В.Р., Камаев В.С., Владимирова Л.П. Виды гипертермии и их биологическая роль. Тез. докл. 3 Всес. съезда патофизиологов /16-19 ноября 1982г., Тбилиси/. “Повреждение и регуляторные процессы организма”. М., 1982,с.255-256.
  94. Линденбратен В.Д., Иванов А.М., Савин С.З. Модели температурного гетеростазиса. Владивосток: Дальнаука, 2001, 231 с.
  95. Лысенков А.М. Математические методы планирования многофакторных медико-биологических наблюдений. М.: Медицина ,1979,343с.
  96. Максимович В.А. Эрготермическая устойчивость человека. Киев:Здоровье, 1985,128 с.
  97. Марьянович А.Т., Бахарев В.Д., Гридин Л.А., Ярцев П.М. Динамика функционального состояния организма и субъективного ощущения в процессе тепловой адаптации. //Физиология человека, 1983, т.9, №6,с. 956 - 962.
  98. Массарский А.С. Экспериментальное обоснование эффективности применения тепловых воздействий в процессе спортивной тренировки.: /на примере борцов высших разрядов/. Автореф.дисс. на соиск. учен. степ. канд. пед наук. Л., 1979,23с.
  99. Матюшкина Н.А. Особенности терморегуляции у человека при дозированной и максимальной работе. //Физиол журнал СССР, 1956, т.42, №11,с.939-946.
  100. Медведев В.И. Теоретические и прикладные проблемы физиологии труда: ее задачи и перспективы. //Физиология человека, 1981, Т.7, №3, с.391 - 399.
  101. Медведев В.И. Устойчивость физиологических и психологических функций человека при действии экстремальных факторов. Л: Наука, 1982,102с.
  102. Медведев В.И. (Ред.) Физиологические принципы разработки режимов труда и отдыха. Л.: Наука,1984,140 с.
  103. Медведев В.И. Физиологические механизмы оптимизации деятельности. Л.: Наука, 1985.
  104. Медведев В.И. Взаимодействие физиологических и психологических механизмов в процессе адаптации. //Физиология человека, 1998, т.24,№;,с.7-13.
  105. Меерсон Ф.З. О взаимосвязи физиологических функций и генетического аппарата клетки, М.,1963,91 с.
  106. Меерсон Ф.З. Общий механизм адаптации и профилактики. М.: Медицина,1973,360с.
  107. Меерсон Ф.З. Адаптация к стрессорным ситуациям и стресс-лимитирующие системы организма. Физиология адаптационных процессов. М.: Наука,1986,с.521.
  108. Меерсон Ф.З., Пшонникова М.Г. Адаптация к стрессорным ситуациям и физическим нагрузкам. М., 1988,256с.
  109. Мельник Б.Е., Кахана М.С. Медико-биологические формы стресса. Кишинев - Штиинца, 1981,176с.
  110. Минор Л.С. Лечение нервных болезней. М.-Л., 1935,47с.
  111. Миррахимов М.М. Клинические проблемы адаптации к природной среде. Труды ХI I I Всес. съезда физиологов. Л.: Наука, 1979, т.1, с.427-429.
  112. Михайлов В.В. Исследования двигательной и дыхательной функций при стационарных и нестационарных ритмах в циклических движениях. Автореф. дис. докт. 1970,41с.
  113. Мызников И.Л. Информационная модель развития адаптации. //Физиология человека, 1995, т.21, №4, с.63-68.
  114. Мусаков С.А. Адаптация к физическим нагрузкам у регбистов в условиях жаркого климата. Автореф. биол. канд. дис. Краснодар, 1984,19 с.
  115. Навакатикян А.О. Международный коллоквиум “Мышечная и нервно-психическая нагрузка. //Физиология человека, 1980,т.6,№2,с.373-374.
  116. Навакатикян А.О. Критерии оценки различных видов работоспособности и пути ее повышения. В сб.: Здоровье и функциональные возможности человека. Тез. докл. Всес. конф. М., 1985, с.303.
  117. Науменко Е.В., Вигаш М., Поленов А.Л. Онтогенетические и генетико-эволюционные аспекты нейроэндокринной регуляции стресса. Новосибирск,1990,230 с.
  118. Нечаев В. Жара и выносливость. //Легкая атлетика,1993, №3,с.14- 15.
  119. Новиков В.С. Иммунофизиологические механизмы стресса и адаптации к экстремальным воздействиям. //Физиология человека,1996,т.22,№2,с.25-34.
  120. Новожилов Г.Н. Оценка эффективности повышения энерготрат при тепловой адаптации. //Физиология человека, 1980, т.6,№6,с.984-988.
  121. Ольнянская Р.П. 0 гомеостатических реакциях организма и его физиологических состояниях. Л., 1969, 107с.
  122. Орбели Л.А. Вопросы высшей нервной деятельности. Л.: Изд-во АН СССР, 1949, З60с.
  123. Павлов А.С. О совершенствовании процессов терморегуляции при формировании состояния неспецифичности повышенной тепловой устойчивости, развивающейся у спортсменов под влиянием тренировки.- В сб.: Теплообразование и терморегуляция организма в норме и при патологических состояниях. Киев, 1971, с.115-116.
  124. Павлов А.С. О возможности и эффективности повышения тепловой устойчивости организма человека за счет мышечной тренировки. - Материалы 1У-й обл. конф. молодых ученых-медиков. Донецк, 1973, с.174-175.
  125. Павлов А.С. Характеристика и методика оценки состояний неспецифически повышенной тепловой устойчивости и физической тренированности спортсменов. - Автореф. дисс. на соиск. уч. степени канд. биол. наук. Донецк, 1973, 21с.
  126. Павлов А.С. Влияние высокой температуры окружающей среды на изменение функционального состояния спорсменов и неспортсменов. В кн.: Актуальные проблемы теорет. и клинич. медицины. Москва - Донецк, 1974, с. 86-87.
  127. Павлов А.С. Опыт применения множественного корреляционно-регрессионного анализа в физиологических исследованиях. //Физиол. журнал УССР, 1975, №4, с. 544-547.
  128. Павлов А.С., Романенко В.А. Изменение энерготрат и функции дыхания у спортсменов в условиях теплового стресса. //Физиол. журнал УССР, 1977, т.23, №4, с.481-485.
  129. Павлов А.С., Романенко В.А. Способ определения специальной работоспособности боксеров. - Удостоверение №2496 на рац. предложение, выданное Донецким мединститутом 30.03.78г.
  130. Павлов А.С. О повышении работоспособности человека при развитии эндогенной гипертермии. - Тез. докл. Всес. симпозиума “Физиологическое нормирование труда”. Донецк,1982, с.103-104.
  131. Павлов А.С. Изменение работоспособности человека при эндогенной и экзогенной гипертермии организма.- Тез. докл. конф. “Важнейшие теорет. и практ. вопросы проблемы терморегуляции”, Новосибирск, 1982, с.171.
  132. Павлов А.С. Влияние температуры тела на работоспособность человека. //Физиология человека,1983, т.9,№6, с.963-968.
  133. Павлов А.С. Роль физиологической гипертермии в изменении физической работоспособности человека. //Космич. биология и авиакосмич. медицина, 1983,№6, с.95-96.
  134. Павлов А.С. Значение отклонений теплового гомеостаза в изменении работоспособности человека. Деп. в УкрНИИНТИ 10.03.86, №773-Ук.86,13 с.
  135. Павлов А.С. Влияние различных видов гипертермии на работоспособность. //Физиология человека,1986,т.12,№4,с.608-614.
  136. Павлов А.С. Закон отклонения температурного гомеостаза при мышечной работе. Деп. в УкрНИИНТИ 18.12.87, .№3196-Ук87,1Зс.
  137. Павлов А.С. О роли рабочей гипертермии в изменении работоспособности спортсменов. //Теория и практика физической культуры, 1986,№5,с.45-47.
  138. Павлов А.С., Шигалевский В.В. Особенности регуляции сердечного ритма в условиях развития рабочей гипертермии. //Физиология человека,1987,т.13,№2, с.252-258.
  139. Павлов А.С. Особенности потоотделения при рабочей гипертермии. //Физиология человека, 1988,т.14,№З, с.434-440.
  140. Павлов А.С. Сдвиг установочной точки температурной регуляции в условиях физической нагрузки. //Известия АН СССР /серия биологическая/, 1988, №2, с.229-237.
  141. Павлов А.С., Молоштан В.С. О возможности и эффективности повышения работоспособности человека путем нагрева тела. //Космич. биология и авиакосмич. медицина, 1988,№3,с.42-45.
  142. Павлов А.С. Влияние совершенствования концептуальной модели деятельности на скорость поиска и извлечение оптимальной программы гомеостатического регулирования. //Физиология человека,1991,т.17,№6,с.88-94.
  143. Павлов А.С., Белик В.А., Павлова Т.В. О феномене гипермобилизации работоспособности человека в необходимых условиях. ХХ1У Чтения, посвящённые разработке научного наследия и развития идей К.Э.Циолковского /Калуга,17-20.09.1991/, с.93.
  144. Павлов А.С., Павлова Т.В. Морфологические и физиологические показатели динамики тепловой адаптации. //Физиология человека,1992,т.18,№2,с.106-113.
  145. Павлов А.С. О двух типах накопления тепла в организме человека в условиях эрготермической нагрузки. //Физиология человека,1995,№2,с.137-143.
  146. Павлов А.С. Гомеостатическое обеспечение аутогенных экстремальных состояний. Тез. докл. Всеукраинской межвузовской научно-практической конференции “Медичні проблеми фізичної культури і спорту”,ч.1,Днепропетровск-1999,с.65.
  147. Павлов А.С. Аутогенный стресс - мудрость эволюции. Междунар. научно-практич. Конф. “Молодёжь третьего тысячелетия: гуманитарные проьлемы и пути их решения”, Одесса - 2000,с.47.
  148. Павлов А.С., Павлова Т.В. О движущей силе тепловой адаптации. Там же, с.48.
  149. Павлов А.С. Спорт как средство реализации генетической информации и расширения приспособляемости к природе. 1-я Всеукр. научно-методич. конф. “Здоров¢ я та освіта: проблеми та перспективи”. Донецк-2000,с.367-368.
  150. Павлов А.С. Значение отклонений теплового гомеостаза для эффективности мышечной тренировки. Там же, с.368-369.
  151. Павлов А.С. Физиологические механизмы гомеостатического регулирования человека при стрессе. //Физиология человека,2001,том.27,№1,с.65-73.
  152. Павлов А.С. Психофизиологические механизмы и последствия аутогенного стресса. //Физиология человека,2002,том.28,№.4,с.45-53.
  153. А.С.Павлов О физиологической тяжксти гипертермии различной этиологии для человека.//Физиология человека, 2006, том. 32, №4, с.110 – 115
  154. Павлов А.С. Экстремальная работа и температура тела. – Донецк: ДонНУ,2007, - 308с.
  155. Павлов А.С. Закон смещения температурного гомеостаза при стрессе. – Донецк: ДонНУ, 2007. -144стр.
  156. Павлов А.С. Термофизиология мышечной работы и спортивного стресса. – Донецк: ДонНУ, 2007, 80стр.
  157. Парин В.В., Баевский Р.М., Волков Б.И., Газенко О.Г. Космическая кардиология. Л.:Медицина,1967, 206с.
  158. Платонов К.К. Психологический практикум. М.: Высшая школа, 1980, 165с.
  159. Положение о соревнованиях по самолетному спорту на реактивных самолетах на 1985 г. Москва: Управление авиац. подготовки и авиац. спорта ЦК ДОСААФ СССР ,1985, 55 с.
  160. Положение о соревнованиях по парашютному спорту на 1985г. Москва, 1985г., 76с.
  161. Рабинович Э.З. Температурный гомеостаз при мышечных нагрузках /обзор/: В кн. “Актуальные вопросы физиологии мышечной деятельности”. М.,1978,с.22-41.
  162. Разумов С.А. Экспериментальное изучение эмоционального стресса в условиях нормы. В кн.: Эмоциональный стресс в условиях нормы и патологии человека. Л.: Медицина,1978,с.46-81.
  163. Райхман С.П. Оптимальный температурный режим организма человека при физической работе. В кн.: Важнейшие теорет. и практ. проблемы терморегуляции. Новосибирск,1982, с.238.
  164. Романенко В.А. Двигательные способности человека. Донецк: Новый мир - УкЦентр, 1999, - 336с.
  165. Романенко В.А. Физиологическое обоснование профессионально-ориентированной физической подготовки. Автореф. дисс. на соиск. уч. степени доктора биол. наук. Киев, 1994, - 55с.
  166. Северский А.И. Лечение и предупреждение неврозов у лётного состава. М.,1965,с.7-8.
  167. Седов А.В. Космос и спорт. М.: Физкультура и спорт,1985,160с.
  168. Селье Г. Очерки об адаптационном синдроме. М.: Медицина,1960,254с.
  169. Сепетлиев Д. Статистические методы в научных медицинских исследованиях. /Перевод с болгарского/. М.: Медицина, 1968,419с.
  170. Сидоренко Г.И. Ранняя инструментальная диагностика гипертонической болезни и атеросклероза. Минск: Беларусь, 1973, 232с.
  171. Симон Э. Влияние теплого климата на спортивные достижения. Труды ХП междунар. конгресса спорт. медицины. М.: Медгиз,1959,с. 29.
  172. Симонов П.В. Адаптивные функции эмоций. //Физиология человека, 1996, т.22, №2, с.5-9.
  173. Слоним А.Д. Температура среды обитания и эволюция температурного гомеостаза. В кн.: Физиология терморегуляции. /К.П.Иванов, 0.П.Минут-Сорохтина, Е.В.Майстрах и др. Л.: Наука,1984,с. 378-440.
  174. Смирнов К.М. 0 механизмах приспособления человека к изменениям температуры внешней среды. Тез. докл. конф. “Физиология теплообмена и гигиена микрокл”. М., 1959,с.9-10.
  175. Соболевский В.И., Даракянц С.Л., Шамардин В.Н. Динамика физической и умственной работоспособности в зависимости от степени гипертермии организма спортсменов. //Теория и практ. физич. культуры,1983, №2,с.26-27.
  176. Сонькин В.Д., Зайцева В.В., Таунова О.В. Проблема тестирования в оздоровительной физич. культуре. //Теория и практика физич. культуры, 1997, №1, с.7 - 11.
  177. Суворова В.В. Психофизиология стресса. М.: Педагогика,1975,208с.
  178. Судаков К.В. Функциональные системы организма. М., 1976, 120 с.
  179. Судаков К.В. Общая физиология функциональных систем организма. В кн.: Основы физиологии функциональных систем. М.: Медицина, 1983, с.6-30.
  180. Судаков К.В. /Ред./ Основы физиологии функциональных систем. М.: Медицина, 1983, 273с.
  181. Судаков К.В., Юматов Е.А. Эмоциональный стресс в современной жизни. М.,1991, 83 с.
  182. Судаков К.В. Стресс как экологическая проблема НТП. //Физиология человека, 1996, т.22, №4, с.73-78.
  183. Судаков К.В. Системная интеграция функций человека: новые подходы к диагностике и коррекции стрессорных состояний. //Вестник Российской АМН,1996,с.15-25.
  184. Судаков К.В. Новые акценты классической концепции стресса. //Бюллетень эксперимент. биологии и медицины,1997,№2,с.124-130.
  185. Суслаков Б.А. Оценка надежности тестов в спортивной практике. //Теория и практика физ. культуры, 1981 ,№5, с. 5-9.
  186. Тесты устойчивости человека к окружающей температуре. Новосибирск, 1970.
  187. Тигранян Р.А. Гормонально-метаболический статус организма при экстремальных воздействиях. М.: Наука,1990,288 с.
  188. Трифонов Ю.Н., Алекперов И.М. Воздушно - тепловые воздействия как средство реабилитации и повышения функциональных резервов организма спортсменов. //Теория и практ. физ. культуры, 1978, №10, с.29-32.
  189. Трубицына Г.А. Потоотделение у человека в покое и при мышечной деятельности. Л.: Наука, 1968, 73с.
  190. Умрюхин Е.А., Быкова Е.В., Климина Н.В. Энергообмен и вегетативные функции студентов при учебной и экзаменационной нагрузках. //Физиология человека,1996,т.22,№2,с.108-111.
  191. Ухтомский А.А. Доминанта. М.-Л.,1966,273 с.
  192. Хочачка П., Самеро Дж. Стратегия биохимической адаптации. М.: Мир, 1977, 308с.
  193. Чусов Ю.Н. Исследование механизмов терморегуляции. //Физиология человека, 1979, т.5, №5, с.827-833.
  194. Шаляпина В.Г. Функциональные качели в нейроэндокринной регуляции стресса. //Физиол. журнал им. И.М.Сеченова,1996,№4,с.9-14.
  195. Шангин А.В., Шостак В.И. Особенности сопряжения дыхания и кровообращения у лиц молодого возраста при психоэмоциональном напряжении, вызванном экзаменационной ситуацией. //Физиология человека,1992,т.18,№1,с.117.
  196. Шанин В.Ю. Стресс-протекторная роль опиоидергической системы в условиях ведения боевых действий. //Физиология человека, 1996,т.22,№2,с.43-46.
  197. Шерман Д.Д. Температура тела при выраженном эмоциональном стрессе. Тез. докл. Всес. конф. “Физиология экстремальных состояний и индивидуальная защита человека”. М.,1986,с.70.
  198. Шонин Г.С. Самые первые. М.,1976,с.58.
  199. Франкенхойзер М. Эмоциональный стресс. М.: Медицина,1970.
  200. Фурдуй Ф.И. Физиологические механизмы стресса и адаптации при остром действии стресс-факторов. Кишинёв: Штиинца,1986,239 с.
  201. Яковлев М.Ю. Эндотоксиновый шок. //Казанский мед. журнал,1987,№3,с.4-7.
  202. Яковлев Г.М., Новиков Г.С., Хавинсон Г.Х. Резистентность, стресс, регуляция. Л.: Наука,1990,238 с.

Иностранная литература

  1. Addison T. On the constitutional and local effect of diseases of the surrenal bodies. London, 1855.
  2. Aikas E., Karvonen M. T., Piironen P., Rnosteenoja R. Intramuscular, rectal and oesophageal temperature during exercise. //Acta Physiol. Scand. – 1962. – Vol.54. - P.366-370.
  3. Alinutt M.F., Allan J.R. The effect of core temperature elevation and termal sensation on performance. //Ergonomics. – 1973. - Vol. 1,16. - №2. - P.189-196.
  4. Asmussen E., Boje O. Body temperature and capacity for a work. //Acta Physiol. Scand. – 1945. - №10. P.1 - 22.
  5. Astrand P.O., Ryhming J.A. Nomogram for calculation of aerobic capacity (physicol fitness) from pulse rate during work. //J.Appl.Physiol.,-1954.-Yol.7.-No.13.-P.218-221.
  6. Astrand J. Aerobic work capacity in men and women with special reference to age. //Acta Physiol. Scand. suppl. – 1960. - №169. - P.64-73.
  7. Astrand P.O., Rodahl K.M. Textbook of work physiologe. – New York, Mc. Graw - Hill Book Company. – 1970. – 669 p.
  8. Astrand P.- O., Rodahl К.M. Textbook of work physiologe. – New York, Physiological basis of exercise. - New York, Mc. Graw - Hill Book Company. – 1977. – 681p.
  9. Barcroft J. /Баркрофт Дж. Основные черты архитектуры физиологических функций. М., 1937. - 318 p.
  10. Burton А.С. Human calorimetry. The average temperature of the tissues of the body. //J. Nur. – 1935. – Vol.9 - №3. – P.261-280.
  11. Бартом А., Эдхолм О. Человек в условиях холода. – М.: Изд-во иностр. литературы.,1957. - 333 с.
  12. Bensinger J. Heat regulation homeostasis of central temperature in man. //Physiol. Rev. – 1969. – Vol.49. - №4. – P.671-759.
  13. Bergh V., Ekblom B. Aeroblc Power during exercise at varying body temperatures Sueimming Medicine IV /eds. B.O. Eriksson Z.В. Purberg University Park Press. Baltimore, -1978, - 323-326.
  14. Bergh V., Ekblom B. Influence of miscle temperature on muscle strength and power output In human skeletal muscle. //Acta Physiol. Scand. 1979. - Vol.101. - P.33-37.
  15. Bergh V., Ekblom B. Physical performance and peak aerobic power at different body temperatures. //J. Apll. Physiol. Respirat. Environ Exercise Physiol. - 1979. - Vol.46. – P.885-889.
  16. Bergh V., Blomstrad E., Essen B. Human anaerobic energy yield and muscle metabolites at subnormal body temperatures manuscript. 1980.
  17. Bergh V. Human power at subnormal body temperatures. - Stockholm, 1960. - 39 p.
  18. Bernard Clod. Jecons sur les phenomenes de vie. - Paris, 1878. 504 p.
  19. Bradbury P.A., Fох R.H., Goldsmith R., Hampton J.P.G. The effect of exercise on temperature regulation. //J. Physiol.(Engl.). – 1964.- Vol.171. - №3. – P. 384 – 396.
  20. Bligh J. The thermosensibivity of the hypothalamus and thermoregulation in mammals. //Biol. Rev - 1966. – Vol.41 -№3. - P.317.
  21. Cabanac M., Gunningham D.L., Stolwijk J.A.J. Thermoregulatory set-point during exercise: A behavioral approach. //J. Comp Physiol., Psychol. - 1971 - Vol.76. - №1. - P. 94-102.
  22. Blomstrand E., Bergh V., Essen-Gystowsson В., Ekblom В. Influence of loue muscle temperature on muscle metabolism during intense dynamic exercise. //Acta Physiol. Scand. – 1984. - V.120. - №2. – P.229-236.
  23. Cannon W. The Wisdom of the body. - N.Y.,1932.
  24. Cannon T.W., Kluger M.T. Endogenous pyrogen activity in human plasma after exercise. //Science. - 1983. -.Vol.220. - №4597. - P.617.
  25. Cohen I., Mitchell D., Seider R., Kahn A., Phillips F. The effect of water dificit on body temperature during rugby.//S.Abr. Wed. J.- 1981.- Vol.60.-№1. P.11-14.
  26. Cooper K.F. Temperatures regulation and the hypothalamus. //Br. med Bull. - 1966. – Vol.22. – P.238.
  27. Dancaster G.P. Body Temperatures after Rugby. //S. Afr. Med. J. - 1972. - Vol.46. - №48. – P.1872-1874.
  28. Davies By C.T.M. Maximal power output in relation to the contractile properties of the triceps source in man: (Young K.). //J. Physiol. (Gr. Brit.). - 1982. – Vol.325. – P.51-52.
  29. Davies C.T.M., Mecrow I.K., White M.J. Contractile properties of the human triceps surac with some observations on the effect of temperature and exercise. //Bur. J; Appl. Physiol. and Accup. Physiol. – 1982. –Vol.49. - №2. – Р.225-2б9.
  30. Edholm 0. Themperature regulation by continious and intermittent work. //Acta Physiol. Scand. - 1971. – Vol.61. - №1. P.1.
  31. Ekblom B., Creenleaf C.J., Creenleaf J.E., Hermansem L. Themperature regulation during exercise dehydrotation in man. //Acta Physiol. Scand. – 1970. – Vol.79. - №4. – P.475-483.
  32. Fox R.H., Bradbury P.A.., Hampton I.E. Timejudgement and body temperature. //J. of Experimental. Physiol. - 1967. -№75. – Р. 88-98.
  33. Frencois M. Contribution a 1'etude du senn du temps Ia temperature interne соmme facteurs du variation de l'appreciation subjective des durees. //J. Аnnee Psychol. – 1927. - №4. P.186 -204.
  34. Gaesser C.A., Brooks G.A.. Muscular efficiency during steadyrate exercise: effect of speed and work rate. //J. Appl. Physiol. – 1975. - Vol.38. - №б. - P.1132-1139.
  35. Gagge A.D., Stolwijk: S.A., Saltin B. Combort and termal sensation and associated physiological responses during exercise at varius amficht temperatures. //Environ Res. - 1969. – Vol.23. - P.208.
  36. Greenleaf J.E., Kozlouski S., Nаsаг R., Kasiula - Uscilko H., Brzezinska Z., Ziemba A. Ion-osmotic hypertermia during exercise In doge. //Am. J. Physiol. - 197б. - Vol.230. - №1. - P.74-79.
  37. Griffithe J.D., Boyce P.R. Рerformance and thermal comfort. //Ergonomics. – 1971. - Vol.14. -№4. – P.457-468.
  38. Haight J.S.J., Keatlnge W.B. Elevation on set-point for body temperature regulation after prolonged exercise. //J. Physiol, (Lond.). - 1973. - Vol.229. - №1. - P.77-85.
  39. Hammel H.J., Jackson D.C., Stolwijk J.A., Hardy J.D., Stromme S.B. Temperature regulation by hypothalamic proportional control with on adjustable set point. //J. Appl. Physiol. - 1963. - Vol.18. - P.1146-1165.
  40. Hammel H.J. Regulation of internal body temperature. //Аm.J. Physiol.-1968.- Vol.30. – P.641 - 710.
  41. Hапcое P.A. The simulated of Ниmаn core Temperature. //Int. J. Biomed. Comput. 1981. – Vol.12. - P.59-65.
  42. Hardy J.D., Du Bois E.F. Basal metabolism, radiation, convection end evaparation at temperatures from 22° to 35°C. //J. Nutr. - 1938. – Vol.15. – P.477 - 492.
  43. Hardy J.D. The “set-point” concept in physiological temperature regulation. Chap.6 in: Physiological Controls and Regulations. (Saunders), 1965. Р.29 - 37.
  44. Hardy J.D., Stolwljk J.A.J. Partitional calorimetric studies of man during exposures to the thermal transients. //J. Appl. Physiol. - 1966, -. Vol.21. - Р. 1799 - 1806.
  45. Hensel H. Thermoreception and temperature regulation. - Monographs of the Physiol. society №38 - Academic Press (London), 1981. - 218 p.
  46. Hill A.B. Гилл А.В. Эпизоды из области биофизики /Перевод Н.М.Фарфеля/. Под ред.Г.П. Конради. – М.-Л, 1935. - 161с.
  47. Hoagland T. The physiol agicat control of Medgements of durati on: evidence for a chemical clock. //J. of General Psycol.- 1983.-№9,Р.2б7-287.
  48. James K.P. Arch.Intern.Med.,1974, 133, No 5, p.841-864.
  49. Kasparative H., Welner Z., Duca P.R. Comparative hemodlnamic effects of placeto and oral iscsorbide dinitrate in patients with significant coronary artery disease. //Amer. Heart. J. - 1974. - Vol.90. - №1. - P.68 - 74.
  50. Kitzing J., Kytta D., Bleichert A. Thermoregulation bei lengdawernder schwerer Korperlicher. //Arbeit. Ifliigers Arch. ges. Physiol. - 1968. Vol.301. – P.241-253.
  51. Kluger M.J. Тemperature regulation, fever, and disease. //Int. Rev. Physiol. Environ. Physiol. - 1979.Ill. – Vol.20. - P.209 – 251.
  52. Кluger M.J. Fever, its biology, evolution and function. - Prlnceton Univ. Press. - Princeton, N.S. - 1979. - P.l2.
  53. Kragh A. The quantitative relation between temperature and standard metabolism in animals. //Int. E. Physik. Chem. Biol. – 1914. - Bd1. – S.491-508.
  54. Jiebermeister C. Yon. Handbuch der Pathologie und Therapic des Fiebers. – Leipzig, Vogel, 1875.
  55. Jind A.R. Practical assessment of in tolerably hot condition. //Fed. Proc. - 1963. – Vol.22. - P.891 - 900.
  56. Jovingwood B., Blyth C., Pescook W., Jindsay R. Effect of damphetamine sulphate, caffeine and high temperature on human performance. //Pesearch Quarterly. - 1967. - №З8. - P.64 - 71.
  57. Myhre K., Hellstrom B. Thermoregulation in exercising white rats. //Can. J. Physiol, Pharmacol. - 1973. - Vol.51. - N11/ - P.814-824.
  58. Nadel E.R., Stolwijk J.A.J. Physiologic control of rats of local sweat secretlon in man. //J. Physiol. (Paris). - 1971. - Vol.63. - P.353 - 355.
  59. Nadel E.R., Halmer I., Bergh V., Astrand P.-O.J., Stolwijk J.A.J. Thermoregulatary shivering during exercise. //Zibe Sci.– 1973.– Yol.13.– P.983 989.
  60. Nielsen M. Die Regulation der Korpertemperatur bei Muskelarbeit. //Skand. Arch. Physiol. - 1938. - Vol.79. - P.193-230.
  61. Nielsen B. and Nielsen M. Bodytemperature during work different environmental temperatures. //Acta Physiol. Scand. 1962. - Vol.56. - №8. - P.120 - 129.
  62. Nielsen B. Thermoregulatlon in rest and exercise. //Acta Physiol. Scand. - 1965. - Vol.64 - P.314.
  63. Nielsen B., Nielsen M. On the regulation of sweat secretion in ехercise. //Acta Physiol. Scand. - 1965. - Vol.64. - №4. - P.314 - 322.
  64. Nielsen В., Nielsen M. Influence of passive and active heating on the temperature regulation of man. //Acta Physiol. Scand.-1965. -Vol.64. -№4.-P.323-331.
  65. Nielsen B. Regulation of body temperature and heat dissipation at different levels of energy and heat production in man. //Acta Physiol. Scand. - 1966. - Vol.68. - P. 215 - 227.
  66. Nielsen B. Thermoregulatory responses to arm work, leg work and Intermittent leg work. //Acta Physiol. Scand. - 1968. - Vol.72. - P. 25 - 32.
  67. Nielsen B. Thermoregulatlon in rest and exercise. Copenhagen. 1969. - 74р.
  68. Nielsen В. Effect of change In plasma volume and asmomolarity on thermoregulation during exercising. //Acta Physiol. Scand. – 1970. - Vol.90. - №4. – P.725 - 730.
  69. Nielsen B. Thermoregulatlon in man by work. //Isr. J. Med Sci. - 1976. -Vol.12. – P.974.
  70. Pavlov A.S. Physiological Mechanisms of Human Homeostatic Regulation during Stress.//Human Physiology,-Vol.,No.1, 2001, pp.57-64.
  71. Pavlov A.S. Psychophysiological Mechanisms and Consequences of Autogenous Stress. Human Physiology Vol. 2S, No. 4, 2002. pp. 420-427.
  72. Pavlov A.S. Physiologicol Burden of Hypertermia of Various Etiologies in Humans //Human Physiology, 2006, Vol.32, No.4, pp. 468 – 472.
  73. Pepler R.D. Warmth and performance an investigatlon the tropic. //Ergonomic. – 1958. - №2. - Р.63 - б8.
  74. Petresky J.S., Burse R.L., Lind A.R. The effect of deep muscle temperature on the cardiovascular responses of man to static effort. //Eur. J. Appl. Physiol. and Occup. Physiol. - 1981. - Vol.47. - №1. - P.7 - 16.
  75. Pгоblems with temperature regulation during exercise. /Edidet bу Ethan K.Nadel. - Academic Press., 1977. – 137p.
  76. Pugh L.G.C.F., Corbett J.L, Jahnson R.H. Rectal temperatures, weight losses and sweat rate in marathon running. //J. Appl. Physiol. - 1962. – Vol.23. - №3. – P. 347 - 352.
  77. Reilly R.F., Pasker J.F. Effect of heat stress and prolonged activity on perceptual - motor performance. - Arlington, vа Biotechnology Ins, 1967.
  78. Robinson S. Temperature regulation in exercise. //Pediatrics. - 1963. - Vol.32. - №4. - part 11. - P.691-702.
  79. Rowell L.B., Brelngelmann G.l., Blockmon J.R.., Twiss R.D., Kusumi F. Splanchnic blood flow and metabolism in heat-stressed man. //J. Appl. Physiol. – 1968. - Vol.4. - Р. 475 – 484.
  80. Saltin В., Негmаnsеп L. Esophageal, rectal and muscle temperature during exercise. //J. Appl. Physiol.- 1966. - Vol.2I. - №6. – Р.1757 –1762.
  81. Selye H., McKown T. Proc. Roy. Soc. (B). London, 1935. - Vol.119. - P.1.
  82. Selye H. Syndrom prodused by Diverse nocuous agents.//Natura,1936,No.3479,Yol.138,p.32.
  83. Shvarts E., Merok A.., Mechtinger A. Simple reaction time during exercise heat exposure and heat acclimation. //Aviat. Space Environ Med. - 1976. - Vol.47. - №11. – P.11б8 – 1170.
  84. Simonov P. Parameters of action and measuring emotion. //Emotions: Their Parameters and Measurement. New York: Raven Press. 1975,421p.
  85. Simonov P. The need informational theory of emotions. //Intern.Joirn.Psychophysiol.,1984.Vol.1.No.3.P.277.
  86. Simonov P. The Emotional Brain. New York - London. Plenum Press. 1986. P.267.
  87. Snellen J.W. Set point and exercise. /Essауs on temperature refutation /Eds. Bligh J. and Moore R. - Amsterdam, 1972. - Р.139.
  88. Stolwijk J.A.J., Saltin В., Gagge A.P., Physiological factors associated with sweating during exercise. //Aerospace Med. - 1968. – Vol.39. - №10. – P.1104-1105.
  89. Strydom N.B., Holdswarth L.D. The effect of different levels of wafer deficit on physiological responses during heat stress. //Arbeitphysiol. 1968. – Vol.26. - №2. – P.95 - 102.
  90. Soltysiak J., Golec L.., Sokolowski E. Metabolism bestlenowy u ludsi prodezas pracy w iradowlsku о wysokiy temperaturze. //Acta Physiol. Pal. - 1971. - Vol.22. - №4. - P.465-474.
  91. Sutton J.R., Bar-Or O. Thermal illness in fun running. //Amer. Heart. J. – 1980. - Vol.100. - №6. - P.778 - 781.
  92. Thomson G.E., Stevenson J.A.J. The temperature responteror hypothalamic lesions. //Can.J. Physiol., Pharmacol. – 1965. - Vol.43. - №2. - Р.279-287.
  93. Van Beaumont W., Bullard R.W. Sweating: Direct influence on skin temperature. //Sci. – 1965. - Vol.147. - №3664. - P.1465 - 1467.
  94. Wyndhan С.H. The physiology of exercise under heat stress. //Ann. Rev. Physiol. – 1973. - Vol.35. – Р.193 - 220.
  95. Zuntz N., Schumburg G. Studien su einer. – Physiol. des Marsches. - Berlin, 1902.
  96. Zenon Wazny. Zarys Wiadomosci о treningu sily miesniowej. //Sport. Wyczynowy. Polk a federacja sporty. – 1974. - №12. - 69 p.

И молча я вернусь туда, пришёл откуда

Омар Хайям

 

Научная теория побеждает, когда

вымирают представители старой науки.

(М.Планк).

 

Дата публикации: 9 февраля 2009
Источник: SciTecLibrary.ru

Вы можете оставить свой комментарий по этой статье или прочитать мнения других в следующих разделах ФОРУМА:
Свернуть Защита интеллектуальной собственности и авторских прав
Диспуты по темам изобретательства. Вопросы по изобретениям, проблемы на пути изобретателей и методы их решения.
Патентование. Все о патентовании изобретений, полезных моделей, промышленных образцов и товарных знаков.
Нерешенные задачи. Здесь идет обсуждение нерешенных задач: безопорный двигатель, вечный двигатель, преодоление гравитации и пр.
Свернуть Точные науки и дисциплины
Дебаты по Теории Относительности Эйнштейна. Все кому не лень хотят опровергнуть Теорию Относительности Эйнштейна. Вам предоставляется слово для аргументации.
Физика, астрономия, математические решения. Физико-математические вопросы, наблюдения, исследования, теории и их решение.
Физика альтернативная. Новые взгляды на физические законы, теории, эксперименты, не вписывающиеся в общепринятые законы физики.
Teхника, узлы, механизмы, электроника и аппаратура. Все про технику, приборы, детали, узлы и механизмы. Электроника, компьютеры, программное обеспечение. Новые технические решения в самых разных областях.
Биология, Генетика, Все о жизни. Генетика и другие вопросы биологии. Их развитие. Медицина. Биотехнологии, агротехника и сельское хозяйство. Эволюционные теории и альтернативные им.
Химия. Вопросы по химическим технологиям, разработкам и применению химических материалов. Химические элементы и их свойства.
Геология, все о Земле и ее обитателях. Геология, метеорология, антропология, сейсмология, атмосферные явления и непознанные эффекты природы.
Свернуть Мозговой штурм
Генератор решений. Здесь Вы можете заработать реальные деньги, помогая решать фирмам, предприятиям и частным лицам те или иные технические задачи, которые перед ними стоят. Те, кто ставят задачи перед участниками должны обозначить гонорар за ее решение и перевести указанную сумму на общий счет генератора.
Головоломки. Если у Вас есть желание поломать голову над интересными логическими задачами - Вам сюда.
Гипотезы. В этой теме идет обсуждение гипотез и предположений, основанных чисто на теории и логике.
Найди ляп! Этот раздел для тех, кто хочет мысленно расслабиться. Он посвящен задачам по поискам ляпов, которые встречаются в литературе, интернете, кино и на телевидении.
Свернуть Взгляд в будущее и настоящее
Глобальные темы. Вопросы касающиеся всех. Глобальные угрозы и злободневные темы современности.
Наука и ее развитие. Все о развитии науки, направлениях и перспективах движения научной мысли и знаний.
Новая Цивилизация. Принципы социального устройства новой цивилизации. Увеличение роли созидательного интеллекта... Отдалённые перспективы развития человечества...
Вопросы без ответов. Этот раздел посвящен вопросам и проблемам, которые до сих пор не решены. Предлагайте свои решения.
Военная стратегия и тактика современных боевых действий. Об особенностях современного военного искусства. Проблемные вопросы теории и практики подготовки вооруженных сил к войне, её планирование и ведение в различных конфликтах на планете.
Свернуть Гуманитарные науки и дисциплины
Философские дискуссии. Диспуты по вопросам жизни, сознания, бытия и иных философских понятий.
Экономика. Вопросы по экономике и о путях развития России и других стран.
Социология, Политология, Психология. В этом разделе обсуждаются вопросы, как отдельных частных исследований данных наук, так и проблема соотношения этих наук с остальными.
Образование. Все об образовании: как учить, кому учить, чему учить и кого учить.
Религия и атеизм. Вопросы религий и атеистические взгляды, религиозные споры.

Хотите разместить свою статью или публикацию, чтобы ее читали все?
Как это сделать - узнайте здесь.

Назад

 
О проекте Контакты Архив старого сайта

Copyright © SciTecLibrary © 2000-2017

Агентство научно-технической информации Научно-техническая библиотека SciTecLibrary. Свид. ФС77-20137 от 23.11.2004.